Страница 45 из 68
– Меня лишат титула. Признают самозванкой. Все сделки, все обязательства моей компании аннулируют. Имение уйдет под временное управление, а потом – кому сочтут нужным. Меня же… – она сделала короткую паузу. – Отправят под надзор, ну, или как тут любят говорить, под опеку, а это как ты понимаешь, почти одно и то же. Неужели ты думаешь, что в Империи не найдется людей, желающих поживиться имуществом моего отца?
Я скривился.
– Красиво звучит.
– Именно, – кивнула Саша. – И очень удобно для тех, кто будет этим распоряжаться.
Лиза до этого молчала, но тут почему-то решила подать голос:
– Мне все это не нравится… – сказала она.
Саша посмотрела на нее мягче, чем на меня и улыбнулась:
– Такое никому не нравится.
Я откинулся на спинку стула.
– Хорошо. Допустим. Но ты же понимаешь, что это… – я пытался подобрать выражение, – постоянная жизнь на пороховой бочке. Один прокол. Один лишний свидетель…
– Я знаю, – перебила она. – Поэтому я не пользуюсь силой.
– Вообще? – я нахмурился.
– Вообще, – подтвердила Саша. – Я все еще могу, я чувствую ее. Она никуда не делась. Но чем реже я к ней прикасаюсь, тем легче мне самой верить, что ее у меня нет.
Она снова подняла руку и на этот раз не стала играть – просто позволила капле воды, оставшейся на блюдце, дрогнуть и испариться, будто ее и не было.
– Видишь? Даже следов не остается.
– Ты себя калечишь, – сказал я жестче, чем собирался.
Саша усмехнулась.
– Нет, Виктор. Я себя контролирую.
Я открыл рот, собираясь что-то возразить, и закрыл его. Потому что понял: спорить тут бесполезно. Это не позерство, а давно принятое и уже успешно реализуемое решение.
– Значит, ты собираешься продолжать, – медленно сказал я. – Будешь дальше делать вид и притворяться братом… Будешь играть свою роль.
– Я не играю, – спокойно ответила Саша. – Я так живу.
Повисла пауза.
– И никто не должен об этом знать, – добавила она, глядя прямо на меня. – Ни Петр. Ни Нечаев. Ни Император… Никто! Даже демоны не должны знать! Вообще никто.
Я усмехнулся:
– А если узнают?
Она пожала плечами.
– Тогда и буду думать…
– Ладно, – сказал я наконец. – Я все понял.
Саша чуть расслабилась, едва заметно улыбнулась и открыла было рот, чтобы что-то сказать мне, но в этот момент тишину в доме нарушил резкий, торопливый стук в дверь. Блондинка замолчала на полуслове и в комнату заглянул Олег:
– Александр Евгеньевич, Виктор Павлович… Пришел солдат, говорит, что в городе бедлам… – он попытался донести до нас новости максимально спокойным голосом, но у него не слишком хорошо получилось:
– Виктор Павлович! – донесся из-за спины Олега запыхавшийся голос, – Викто-о-ор Палы-ы-ы-ыч! Это срочно-о-о!
Я бросил взгляд на Лизу, которая словно что-то почувствовала, а в коридоре в этот момент раздался какой-то грохот и тяжелые быстрые шаги пошли в нашу сторону. Через секунду из-за спины Олега, появилась голова какого-то военного, который, закашлявшись, проорал (словно я плохо его слышал):
– Беда! Беда-а, ой, Виктор Па-а-алыч!
Солдат, даже не снимая наспех застегнутого пальто, сбивчиво дышал, сопел, и неуклюже пытался протиснуться в комнату. Зачем – не ясно. Лицо у него было бледное, глаза лихорадочно блестели…
– В городе… – начал он и сглотнул. – В районе Старых складов. Демон. Солдаты там… но справиться не могут.
– Прорыв? – коротко спросил я, вставая из-за стола.
Солдатик наконец протиснулся мимо Олега и замотал головой:
– Так нет же! Нету никакого прорыва! Не было, матерью клянусь! Нечаев предположил, что был малый – сам открылся, сам закрылся, а тварь осталась. Людей пугает. Не нападает напрямую, но… нехорошо там.
Я выдохнул и пошел к выходу из комнаты – гонец посторонился, пропуская меня и засеменил следом продолжая:
– Таких странных я ни в жизнь не видал, – бормотал он, – а я тут ведь давно! Я много чего видал… Необычный он, толи демон – толи выбледок, не ясно. По форме на выбледка похож, но не тупой, совсем не тупой…
– Лиза, – позвал я княжну, перебивая и без того не слишком связный рассказ военного. Нежить уже была рядом, застегивала ботинки и оглядывалась вокруг в поисках оружия. Девочнка принципиально не пользовалась огнестрелом, что, впрочем, с ее скоростью и силой было вполне нормально: после той встречи с демоном в городе ее любимым средством борьбы с выбледями и вовсе стал кусок арматуры, которым она обычно гасила тварей наотмашь. Тем не менее, мы с Петром справили ей прекрасный удлиненный нож, больше похожий на мачете, и уговорили брать его на вылазки с собой.
– Я готова! – бодро отозвалась она.
– Я думаю от меня толку больше будет дома, – подала голос Саша, стоя в дверях. С нами на прорывы Альский ходил редко, поэтому солдатика, уже начавшего нетерпеливо подгонять нас, такой расклад не удивил.
Город встретил нас непривычной суетой. В районе складов стояла толпа – не плотная, но тревожная. Местный люд, привычный к прорывам, демонам и сущностям разного толка, часто воспринимал их как развлечение и не отказывал себе в удовольствии поглазеть на то, “как вояки очередную тварь угомонят”. Сейчас люди держались от здания склада на расстоянии, переговаривались вполголоса, кто-то крестился, кто-то просто смотрел, не торопясь уходить.
Здесь же были и солдаты, оцепившие периметр. Вид у них был… неуверенный: так смотрят не на врага, а на задачу, которая не хочет решаться привычными способами.
– Что тут у вас? – спросил я у офицера.
– Там, – тот махнул рукой в сторону старого кирпичного ангара. – То появляется, то исчезает. Стреляли – толку ноль. Огонь, вода не берут его…
Я пригляделся, но ничего не увидел – ни привычного после прорыва дыма, ничего подобного. Только потом я заметил его: демон, или что бы это ни было, стоял в тени ангара. Форма у него была… почти человеческая. Почти. Слишком длинные руки. Слишком ломкие движения. Когда он двигался, казалось, что кадры реальности перескакивают, не успевая за ним. Он повернул голову – я вздрогнул. Мне показалось, что он не просто пялится на меня или на кого-то рядом, выбирая себе жертву, а словно… изучает собравшихся. Тварь наклонила голову – жест был до боли человеческим.
– Это что еще такое… – пробормотал я, чувствуя как по спине бегут мурашки.