Страница 21 из 68
Лиза сделала шаг к блондину, но Петр схватил ее за руку. Фрыса тихо зарычала, уставившись на снег перед камнями, я последил за ней взглядом и похолодел. На белом насте рядом с нашими отпечатками появились новые следы: небольшие, узкие, как будто кто-то легкий прошел босиком. Но шаги вели не к камням, а чуть в сторону, в тундру, туда, где мерцал горизонт.
– Здесь кто-то есть кроме нас, – выдохнул я. – Дух или не дух, бог или не бог, я не знаю…
– Ты разве не чувствуешь всех этих духов, которые приходят из-за грани? – уточнил Чагодаев.
Я пожал плечами – сейчас я ничего не чувствовал, только страх и усталость.
– Саамы верят, что тьма и духи говорят только с теми, с кем сами хотят. Может они не хотят говорить с ним, – тихо произнес Саша. Он наконец обернулся, и в его глазах я увидел некую уверенность: мы близко.
Ветер снова зашевелился, поднял легкий вихрь снега, и мне показалось, что в нем на секунду мелькнула тень. Человеческая. Маленькая. Словно девочка – та самая Иришка из Романова – пробежала мимо нас по насту… Я помогал головой, отгоняя наваждение и чувствуя безумную усталость. Посмотрел на своих спутников и готов был поклясться, что они испытывали сейчас то же чувство.
– Может остановимся тут? У подножия камней, неподалеку от сиейди, – спросил я. – Понимаю, что еще не вечер и могли бы продолжить путь, но во-первых мы не знаем куда идти; во-вторых, мы впервые нашли хоть какое-то свидетельство жизни в этой снежной пустыне; а, в-третьих, после этой ночки неплохо бы перевести дух.
Мое предложение было встречено “на ура”. Мы развели костер и немного отогревшись стали пытаться разобраться с палаткой. Огонь потрескивал тихо и неровно и вдруг, где-то в отдалении, в пелене снежного тумана что-то вспыхнуло – крошечная точка света. Я даже подумал сначала что это мираж – бывают же миражи в песчаных пустынях, так почему бы им не быть и среди снегов? Но нет: огонек разгорался, сверкая и привлекая внимание.
– Это знак. Это нас зовут, – пробормотала Лиза, глядя на сверкающую точку.
От ее слов огонь в нашем костре будто на миг ослаб, затрепетал, словно прислушался. А потом разгорелся с новой силой: ровно, спокойно, отвечая тому, кто подавал знак и ждал нас: Мы уже здесь. Мы уже близко.