Страница 59 из 72
– Я согласился вас отвести к месту дуэли, а не отдавать свой дух под ваш контроль! И теперь расплачиваюсь тем, что вынужден сам являться и напоминать... Нонсенс!
Его глаза вдруг смягчились.
– Но я не враг вам. Я лишь хочу покоя, Виктор. Двести лет без сна – немалая цена за ошибки моих подданных.
Он поднял руку и перед глазами пронеслось видение. Комната, догорающие свечи, тяжелые шаги, офицеры в мундирных плащах… Чей-то крик, глухой удар, и... белый шарф, обвивший горло. Мгновение, и я будто сам ощущаю ту боль, то ледяное сжатие и всепоглощающую пустоту. Я вздрогнул, вдохнул рвано.
Павел стоял передо мной, опустив руку.
– Шарф, – прошептал я.
– Да.
– Он... до сих пор существует?
– Существует. И пока он не уничтожен, я связан. Они задушили меня им, а потом... сохранили, как память. Как сувенир! Они даже не знают его силу и теперь шарф лежит у потомков Палена, того, кто возглавил заговор. В их родовой усадьбе под Гатчиной.
Я молчал, пытаясь переварить услышанное.
– Значит, если я смогу уничтожить этот шарф...
– Да, – кивнул старый император, понявший меня без слов. – Если шарф перестанет существовать здесь на земле, то я смогу покинуть Михайловский замок и мой дух наконец обретет покой. Ничего большего я от вас и не прошу.
Призрак посмотрел на меня как на последнюю надежду – устало, почти по-человечески.
– Исполни долг, Виктор. И мы оба будем свободны: я от этого мира, ты – от своего обещания, данного старому царю.
Я кивнул.
Он чуть склонил голову, будто был удовлетворен итогом нашей беседы и растворился в серебре лунного света. Холод ушел, оставив лишь запах старых духов и дрожь в руках – то ли от увиденного, то ли от двух бутылок виски, которые пустыми сейчас валялись возле моей кровати. Несколько секунд я находился в полной тишине наедине со своими мыслями, как вдруг в голове раздался ехидный голос Херобора:
– Вот же старый дурак, – темная сущность была, кажется, безгранично довольна. – Ничему его жизнь не учит! Да и смерть его ничему не научила… Он сам сказал тебе, где артефакт! Этот шарф нельзя уничтожать. Заберем его и сохраним, пусть его дух служит нам. Представь, Виктор: император на коленях, твой личный привиденьчик…
Я не ответил. Голос звучал липко, противно, но… соблазнительно. Я чувствовал, как эта мысль пускает корни, как будто кто-то осторожно вкручивает ее прямо под ребра.
– Заткнись, – прошептал я, сжимая виски.
– Ох, да ладно тебе. Не хочешь служить, так пусть служит он. Нам служит!
Я уставился в лунный квадрат на полу. Голова гудела, сердце билось так, что казалось я вот-вот получу инфаркт. Откинувшись на подушки я уставился в потолок, и только тогда понял, что дрожу не от холода, а от предвкушения. Завтра я найду этот чертов шарф, а потом... потом посмотрим, кто из нас действительно будет свободен.