Страница 56 из 72
– Саша сказал это единственный труд, в котором есть главы о том, как некроманты работают не только с энергией смерти, но и энергией жизни, – отозвалась княжна, перелистывая страничку.
“Саша сказал…” – мерзкий голос внутри меня передразнил девчонку и следом за ним прозвучал второй, уже знакомый мне голос Херобора:
– Могу помочь…
“Вот ты где!” – мысленно рявкнул я на темную сущность. “Какого хрена не пришел, когда мне нужна была твоя помощь? Когда нужно было Сашу спасти?”
– А ты уверен, что ты хотел его спасти? Уверен, что не ошибся? – голос Херобора в моей голове звучал с усмешкой. Он с наслаждением пробовал на вкус ту новую эмоцию, что испытал несколько минут назад – ревность…
“Уверен, конечно! Что за бред ты несешь!” – разозлился я.
– А я вот не уверен… – снова усмехнулась темная сущность. – Некромантия – это темное искусство, основанное на темных материях, на скрытых желаниях, на чувствах, в которых ты боишься себе признаться. Я рад видеть в тебе что-то новое, что-то что сможет дать новые возможности прокачать свою силу.
“Ой, только давай не будем” – подумал я как можно громче, всем своим видом желая показать Херобору, что он явно ошибается в своих суждениях и я не хочу продолжать этот диалог. “С чем ты там предлагал помочь?”
Ответить мне темная сущность не успела. Из диалога с самим собой меня выдернул радостный вскрик Александра, который слегка толкнул меня в плечо и ткнул пальцем в книгу:
– Нашел!
– Что нашел?
– То что ты сделал нашел, – пояснил он и, кивнув на толмуд добавил: – Вот, читай.
– Дар жизни, – прочел я вслух заголовок на старой странице. – Может некромант не только призывать смерть, но и противиться ей. Когда дыхание жизни меркнет и холод загробного ветра уже касается плоти, он может воззвать к Тьме и Свету одновременно, разорвав завесу между мирами. В этот миг он отдает часть собственной сути – искру, что разжигает огонь силы в нем самом. Сила эта перетекает из одного сердца в другое, а смерть отступает, обманутая этим обменом. Но есть и цена: спасенный и спаситель теперь будут связаны незримой нитью. Их души переплетены, и даже время не способно разорвать сей союз. Радость одного – отзовется теплом в груди другого, боль одного – станет тенью на сердце другого. Так рождается связь, что сильнее крови. Так некромант, коснувшийся самой бездны, обретает себе отражение – живое доказательство того, что даже смерть не властна над волей, рожденной любовью и жертвой…
Я уставился на старый текст, словно силясь понять то, что только что прочел.
– Я поняла, – взвизгнула Лиза, вскакивая на кресле и обнимая одной рукой меня, а второй – Александра. – Тогда на кладбище ты провел ритуал и связал меня с собой, а теперь – провел другой и связал себя с Сашей! Получается, что теперь все мы трое связаны этими самыми узами, которые сильнее крови и даже время не способно нас разъединить!
Княжна весело засмеялась, повисая на мне и блондине и заставляя нас наклониться к ней ближе. Саша улыбался просто от того, что мог слышать ее голос, а я, коснувшись щекой ее темных волос с фиолетовой прядью, с тоской подумал, что сейчас я бы не отказался вернуться на день в прошлое в то самое утро, когда проснулся в одной постели с княжной и даже подумать не мог о том, что эта надоедливая девчонка может потерять ко мне интерес или я стану не единственным, кто будет интересовать ее…
– Теперь мы втроем! – продолжала веселиться Лизавета.
– Радость-то какая, – с какой-то слишком саркастической интонацией буркнул я, но ни Саша, ни Лиза этого не заметили…
Где-то в глубине моей души расхохотался в ответ на это Херобор, а я почувствовал, как искра ревности, зародившаяся внутри несколько минут назад, перерастает в настоящее пламя…