Я вернулся. Дилогия

Глава 10 Ребята с нашего двора

Оделся для игры в хоккей и вышел на улицу, держа в руках клюшку и коньки. Надетые щитки, краги несколько сковывали движения. Валенки, пусть и укороченные, и на резиновой подошве, тоже резвости не добавляли.

Посмотрел на спортивную площадку, освещённую четырьмя прожекторами, и нервно передёрнул плечами. Впереди меня ждало новое испытание — ледовое сражение.

Хоккейная площадка представляла собой небольшой ледовый каток размером где-то двадцать на сорок метров с бортиками из снега. Ворота хоккейные, как и футбольные были сварены из труб и обшиты строительной, металлической решёткой. Если футбольные ворота были вкопаны в землю и на зиму не убирались, то хоккейные были только для зимы.

Образовалась в четырёх соседних домах группа молодых мужчин — энтузиастов хоккея и футбола, которые за свой счёт бульдозером выровняли на пустыре между трёх домов площадку, обеспечив её и самодельными воротами, и освещением с помощью четырех прожекторов на высоких, металлических столбах. Так пустырь между домами превращался летом в небольшое футбольное поле, а зимой в каток, где можно было и в хоккей поиграть, причём и в вечернее время.

Из нашего дома в эту группу энтузиастов входил дядя Володя Пикулин, живший в нашем подъезде на восьмом этаже, большой любитель именно хоккея. На нём каток и держался. Он его чистил от снега с нашей помощью и заливал периодически. Качество льда, конечно, желало лучшего, но для открытого катка было очень даже ничего. Резать лёд на коньках можно было уверенно.

Вот на этой ледовой площадке периодически и устраивались хоккейные матчи между командами ребятни и взрослых из соседних домов. Пацаны из-за небольшой площади катка рубились четыре на четыре плюс вратари, а взрослые трое на трое, плюс вратари, а иногда и без них.

У нас было три периода по десять минут, старшаки по пятнадцать с пятиминутными перерывами. Как правило, в команду входила одна тройка или четвёрка с вратарём от дома, реже набиралось две тройки или четвёрки. Детей в домах было много, только вот с разницей в два-три года, чтобы играть в одной возрастной группе, не так уж и много на дом получалось. Да и площадок таких по микрорайону было несколько, некоторые представляли собой нормальные хоккейные коробки. Не у всех только освещение было, поэтому на нашем катке зимними вечерами народу всегда много собиралось.

Подойдя к катку, я внимательно осмотрел всех, кто на нём находился, пытаясь вспомнить, кто есть кто. Сухарика, Мамая, Тереха, Пончика и Сашку Егорова узнал сразу. Отметил про себя, что только у Тереха были краги и ножные щитки, как у меня. Плюс у Вовки Войцехова была самодельная вратарская амуниция: щитки из прошитых одеял, что-то похожее на ловушку, фуфайка, вратарская клюшка из фанеры. Блин, судя по всему, тоже был из фанеры, обшитой тканью, плюс пластмассовая вратарская маска, поднятая на лоб.

Признаться, увидев Пончика во вратарской амуниции, я просто охренел, а с учётом того, что он довольно профессионально равнял коньками лёд в воротах, моё удивление достигло состояния полного ох… удивления. Не помнил я, чтобы Вовка играл в хоккей, тем более на месте вратаря.

Снова несоответствие реальности моим воспоминаниям. И как это объяснить, я не представляю. Либо не тот мир, либо моя память — матрица тоже подверглась каким-то изменениям при переселении или переносе. Либо, я пока находился в коме или состоянии клинической смерти за те три минуты прожил мысленно целую жизнь, которую принял за реально прожитую. Но откуда тогда знание некоторых событий⁈ Наши в хоккей выиграли, Ковин правда не забил, но завтра следующий матч. А песни я откуда знаю⁈ А сколько художественных книг и гипотез по альтернативной истории помню.

Ладно, ближайшее событие, кроме завтрашней игры, которое помню — это приезд дедушки Коли в субботу 20 февраля. А в воскресенье 21 февраля я должен был участвовать в соревнованиях по прыжкам с трамплина, но в этот раз участвовать не буду. Посмотрим, приедет дедушка Коля или нет! Пока родители об этом не говорили.

Размышляя о новой нестыковке, успел добраться до лавочек, где переодевали обувь. Ко мне сразу подлетел Сухарик, перескочив через бортик.

— Миха, ты готов к бою? Звездуны настроены решительно, да и тёзка твой тебе точно отомстить захочет, — Лёшка мотнул головой в сторону одного из трёх парней, которые разъезжали по катку в полной хоккейной форме бело-красной расцветки.

На спине у тёзки был номер десять, а взгляд, который он на меня бросил, не предвещал мне ничего хорошего. У всех троих на груди белой майки с красными полосами, была красная звезда и соответствующая надпись.

Хоккейный клуб «Звезда» щёлкнуло у меня в голове. Была у нас такая секция в микрорайоне, куда стремились попасть многие мальчишки. В основном из-за формы и амуниции, которую выдавали на руки тем, кто прошёл отбор и был зачислен в этот клуб. Тренировались там ребята трёх возрастных групп, и все три команды участвовали в городском турнире «Золотая шайба».

Иногда «звезды» или «звездуны» занимали в этом турнире призовые места. Я до того, как меня отец отвёл к Владиславу Казимировичу, один сезон отыграл в младшей возрастной группе 10 — 12 лет, и мы тогда дошли до полуфинала, но слили матч команде «Старт», а потом «Строителю» и заняли только четвёртое место.

— Что-то мне говорит, в этот раз нам не выиграть, — произнёс я и посмотрел на Лёшку в ожидании его реакции.

Как мы сыграли в прошлый раз, я совершенно не помнил.

— Да мы и в прошлый раз выиграли, только из-за того, что ты подножку поставил Мишке Воробьеву, когда он один на один выходил с Пончиком. А назначенный буллит он не забил, в штангу попал. Вот он и злой, как чёрт. Как же звездуны проиграли дворовой команде. Они, правда, тогда с Олегом только играли, а сегодня и Серёгу подтянули из старшей группы. Они с Терехом одногодки, так что имеет право играть за их команду. Теперь нам остаётся только красиво проиграть. Против их тройки мы ничего не сделаем, тем более у них ещё три игрока на замену, а у нас один Мамай. Да из него и игрок, как из меня балерина, — Сухарик, цыркнул, сплюнув сквозь зубы.