Страница 33 из 66
Глава 28
Глава 28
Несколько долгих мгновений между нами стояла напряженная тишина. Лунный свет падал на лицо Морозова, делая черты его лица резче, строже, и от этого его слова, прозвучавшие, наконец, в тишине, показались еще холоднее:
- Я прекрасно осведомлен о жизни Елизаветы Воронцовой. Ровно так же, как и ты знакома с моей биографией.
Я моргнула, не сразу поняв смысл сказанного.
- С твоей… биографией?
Он едва заметно поморщился, будто уже чувствовал, что разговор идет не туда, но все же продолжил:
- Не делай вид, что это для тебя новость. В академии никто не скрывает подобных вещей. Ты знаешь, откуда я, знаешь, кем была моя семья. И чем все закончилось.
Я смотрела на него, и с каждой секундой недоумение внутри становилось только сильнее.
- Морозов, - с возмущением произнесла я, - ты сейчас серьезно?
- Более чем.
Я коротко усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья, лишь раздражение.
- Ты слишком много о себе думаешь.
Он нахмурился.
- Объяснись.
- Очень просто, - фыркнула я. - Я понятия не имею, что у тебя было до академии. Ни где ты родился, ни чем занималась твоя семья, ни какие трагедии ты там себе приписываешь. Для меня ты появился ровно в тот момент, когда впервые вышел на манеж и попытался меня обогнать.
На его лице на мгновение отразилось искреннее удивление.
- Не знаешь?.. - почти шепотом переспросил он. - Действительно не знаешь?
- Представь себе.
Он отвел глаза, будто только что какая-то одному ему известная стройная теория дала сбой. Взгляд стал сосредоточенным, напряженным, будто он в спешке пересматривал собственные выводы.
- Я был уверен… - начал он и осекся.
- В чем именно? - резко спросила я.
- Я был уверен, что это ты нас сюда забросила, - выдохнул он, резко глядя на меня, будто ожидая моих оправданий.
- Что? Я что сделала?! - переспросила я, не веря, что услышала правильно.
- Лесная глушь, оборванная связь с академией, сбои магии, - перечислил он глухо, словно раскладывая перед собой цепочку доводов. - Твоя нестандартная реакция на артефакты, родовые символы, твоя фамилия. Все это… выглядело слишком закономерно.
Я несколько секунд просто смотрела на него, не находя слов. А потом во мне поднялась волна негодования. Я почувствовала непреодолимое желание опустить на его не обремененную разумом голову что-нибудь тяжелое.
- То есть, по-твоему, - процедила я, - я каким-то образом перенесла нас в лес, оборвала связь с академией, а теперь хожу по чужому дому и не могу даже элементарное заклинание произнести?
Он сжал челюсть.
- Что-то пошло не так. Если перенос был осознанным, контур должен был подчиняться тебе.
Я горько усмехнулась.
- Я и осознанный перенос?! Морозов, ты вообще слышишь себя?
Он молчал. Самым неприятным в этом молчании было то, что он действительно так думал. Не шутил, а вполне серьезно полагал, что я решила из каких-то неизвестных мне мотивов вот так его подставить, в качестве предлога выбрав скачки.
- Ты… - я провела ладонью по лицу, чувствуя, как раздражение смешивается с усталостью. - Ты серьезно решил, что я тайно владею магией пространственного переноса, забрасываю нас в лесную глушь, а потом старательно изображаю полную некомпетентность? Я только что тебя спрашивала, как магию почувствовать!
Он не ответил. И этого молчания оказалось достаточно, чтобы я окончательно в нем разочаровалась. Я тихо выдохнула.
- Ты полный придурок.
Он резко поднял голову.
- Лиза, я…
- Ты просто придумал версию, которая была тебе удобна, - раздраженно перебила я. - Ты даже не подумал спросить. Просто решил, что я - вселенское зло.
Я развернулась, больше не желая продолжать этот разговор. Скрип половиц под ногами показался оглушительно громким, когда я направилась к лестнице.
- Куда ты идешь? - донесся его голос.
- От тебя подальше, - буркнула я, не оборачиваясь.
Я спустилась с чердака почти наощупь, миновала темный коридор, тихо открыла входную дверь, стараясь не разбудить старушку, и вышла наружу.
Ночной воздух оказался прохладным и свежим, пахнущим лесом, сырой землей и незнакомыми цветами. Оставив дом за спиной, я прошла чуть дальше по тропинке, пока мягкая трава не заглушила шаги, и остановилась. Где-то вдалеке шелестели листья, изредка перекликались ночные птицы, а над головой раскинулось чистое, усыпанное звездами небо.
Я медленно подняла взгляд вверх. Звезды мерцали холодно и спокойно, словно все происходящее здесь, на земле, не имело для них ни малейшего значения.
Горло неприятно сжалось.
- Прекрасно, - едва слышно пробормотала я, обхватывая себя руками. - Просто замечательно. Вот и доверяй после этого людям...
Он был уверен, что это я. Что я каким-то образом все устроила, что я контролирую происходящее и что знаю больше, чем говорю.
А я не знала ничего. Ни о переносе, ни о символах, ни даже о собственной фамилии, причем ни в том мире, ни в этом. Зато все вокруг, кажется, знали обо мне все.
Я опустилась на старый пень у края тропинки и уставилась в небо, пытаясь успокоить беспорядочные мысли. Злость постепенно угасала, уступая место обиде и странной усталости. Не от Морозова даже, а от всей ситуации, от неизвестности, от постоянного ощущения, что мир знает обо мне больше, чем я сама.
И именно сейчас мне вдруг стало ясно, насколько я одинока...