Страница 32 из 68
Глава 14
Сегодня мы снова «в гостях» у Егора. Между нами лежит Тимофей. Не знаю, как Рому, но меня этот кот успокаивает. Спросила его по дороге сюда:
— Ты действительно думаешь, нам это нужно?
Он задумался:
— Хуже не будет. Ведь так?
На что я ответила:
— Да куда уж хуже.
Окунев хмыкнул:
— Да ладно тебе! — как будто у нас всё отлично. Нужно просто чуть-чуть «подлечить».
Да, уж! Наверное, если бы всё шло по плану, то я бы уже подала на развод. Но Левон подложил мне «свинью». Да ещё и моим маме с папой.. приспичило.
— Итак, — начинает Егор. Он опять восседает «на троне». Точнее, на стуле. Напротив нас с Ромиком. Мы разбежались по разным углам. Диван специально такой длинный, наверное. Чтобы мы могли сесть, не касаясь друг друга. Да ещё Тимофей..
— Егор Аристархович, — деликатно перебиваю его, — А могу я узнать, сколько стоит один ваш сеанс?
— Э.., - начинает Егор.
Только Ромик его прерывает:
— Я всё оплачу, не волнуйся!
— Нет, я не волнуюсь, — поднимаю ладонь в адрес мужа, — Просто я тоже платежеспособна.
Он усмехается, будто не верит:
— Твоей зарплаты врача едва ли хватит на весь этот курс. Или хочешь у папы занять?
Я просто молчу потрясённо. А он продолжает:
— Марго, просто прими как данность уже. Я получаю во много раз больше тебя. Я тебя содержу! И тебя, и детей.
— Ты меня попрекаешь деньгами? — ошарашено хмыкаю я.
Окунев цокает:
— Ну, почему попрекаю? Я констатирую факт.
— У отца своя клиника, — говорю я Егору, чтобы хоть как-то себя оправдать, — И наша семья..
— Да, да! — прерывает меня мой супруг, — Ваша семья — потомственные врачи. У вас династия, — он наклоняется, двинув кота, — Только вот земелька не ваша, а государственная. А папа твой был главврачом. И работал по найму.
— Он не работал по найму! Эта клиника наша! И нашей семьи! — становлюсь на защиту отцовского дела.
— По щелчку отберут, — щёлкает пальцами Окунев, и продолжает уже в адрес Егора, — Я давно говорил, что главное — это земля. Без земли ты никто! Ты всего лишь букашка.
— Мой отец не букашка! — держусь из последних сил. Вот сейчас его двину! Убью..
— Успокоились оба! — грозным тоном вещает Егор.
Мы замолкаем, не решаясь перечить ему. Всё же он тут хозяин. Я кошусь на супруга с таким откровенным презрением. Так хочу, чтобы видел Егор. Чтобы понял, что наша болезнь неизлечима. Пусть скажет об этом сейчас, чтобы Окунев слышал! И отстал от меня со своими идеями.
— Ваша проблема гораздо глубже, чем кажется, — продолжает Егор, — И это, увы, не измена! Когда у партнёров союз, то они не изменяют друг другу. Ваш союз перестал быть таковым, вы перестали быть близкими. И наша задача понять, как давно. Что стало отправной точкой. В какой момент вы стали отдаляться друг от друга.
— Не измена, ну как же! — смеюсь, сцепив руки, — Вот как раз-то с измены всё и началось. С его первой измены!
Окунев хмыкает:
— Это проще простого. Валить на меня! А ты подумала хотя бы раз о том, почему я стал изменять тебе?
— А чего тут думать? — пожимаю плечами, — Ты мужик! Ты же сам говоришь: «Я — мужик». А все мужики полигамны!
— Не стоит разделять людей на мужчин и женщин, — произносит Егор примирительным тоном, — И мужчины и женщины в первую очередь люди. А это один вид! И те, и другие по натуре своей полигамны.
— Не правда! — плююсь я словами, — Да, бред! Ты мужчина, Егор, вот и всё! Тогда я хочу терапевта женщину. И она сто процентов поддержит меня.
— Сейчас я не мужчина, и не женщина. Сейчас я ваш врач! — говорит он настойчиво, но одновременно мягко. Наверное, их обучают вот так говорить. Что даже стыдно перечить.
— Районный грач, — шепчу себе под нос.
Он, деликатно пропустив мимо ушей мою ремарочку, продолжает:
— В измене виноваты оба. И каждый из вас виноват в измене, не только своей, но и другого.
— Конечно! Давайте меня обвиним, — говорю, — Моя вина только в том, что я слепо верила этому гаду!
— Полегче! — бросает с того конца Ромик, — У тебя тоже рыльце в пушку!
— Это ты меня вынудил, ясно? — смотрю на него.
— О, а ты прямо сильно противилась этому, — хмыкает муж.
— Факт измены останется фактом неизменным, — произносит Егор, — Прошу прощения за тавтологию.
Он опять поправляет очки. И всегда одет в тёмное. Даже летом не носит светлых вещей. Наверное, думает, тёмный цвет добавляет серьёзности.
— Нам важно определить причины измены. И тогда, может быть, мы нащупаем суть.
— Щупай, щупай, Егор! Она это любит, — усмехается Окунев. Он сидит, скрестив ноги. Отвернувшись и глядя на стену. Как будто ему претит даже смотреть на меня.
— Какой же ты мерзкий! — брезгливо кошусь на него, придвигаю к себе Тимофея.
— Давайте постараемся обойтись без взаимных оскорблений, — призывает Егор.
Это будет непросто. Но я постараюсь. Он, добившись молчания, смотрит на нас:
— Как давно у вас была близость?
Молчание длится.
— В смысле, с кем? — уточняет мой муж.
Я про себя усмехаюсь: «С любовницей, с кем же ещё?».
— В смысле, друг с другом, — кивает Егор на меня.
Я продолжаю молчать. Ромик берёт слово:
— Да, вот буквально, на днях и была.
— Я имею ввиду, полноценную близость, супружеский секс, — добавляет наш доктор.
— Ну, это и был секс, — мямлит Окунев.
— Ага! Только неполноценный, — добавляю уверенно.
— Почему это он неполноценный? — уточняет супруг.
Вместо того чтобы ответить ему, я обращаюсь к Егору:
— Егор Аристархович, а что, по-вашему, значит «полноценный супружеский секс»?
Безо всяких сомнений, Егор произносит. Даже ничуть не краснея при этом:
— Полноценный, когда оба партнёра получили удовольствие от процесса соития.
— О! Ну, тогда у нас никогда не было полноценного секса, — констатирую я.
— Почему это? — щурится Окунев.
— Потому! — говорю, избегая смотреть на него, — Потому, что я никогда не получала удовольствия от процесса.
— Ну, ты и стерва, Бузыкина! — Окунев прячет ладони подмышками.
— Прошу обойтись без взаимных оскорблений, — повторяет Егор свою просьбу.
«Жаль», — размышляю я. Только хотела назвать своего благоверного тварью..
— Ну, она же врёт? Врёт и не краснеет! — утверждает мой муж.
Хотя я покраснела. Да так, что аж щёки горят! Я вообще не любитель «выносить сор из избы», обсуждать свой интим с кем угодно. Даже с Алёнкой мы редко его обсуждаем. А тут..
— Скажите, Роман, — произносит наш доктор, — А вас возбуждает супруга?