Моё проклятие

Раздался негромкий щелчок, и рабочий стол открылся. По телу пробежал озноб. Он использовал моё имя...

Почему?

Неужели знал, что я приду сюда, когда он покинет дом?

Первым делом я попыталась зайти в браузер, но страницы не грузились. Даниил предусмотрел это — интернета не было, похоже, что, он отключил его перед уходом. Оставшись один на один с файловой системой, я начала просматривать папки.

Моё внимание привлекла папка в самом углу, названная просто — «Любимая».

Дыхание перехватило. Я открыла её и замерла. Внутри было несколько датированных текстовых файлов. Я открыла первый попавшийся и узнала свои собственные слова. Это были письма, которые я отправляла ему давным-давно. Все мои, ни одного от другого человека. Он сохранил каждое из них.

Листая дальше, я наткнулась на фотографии. Там были сотни моих снимков, скачанных из моих социальных сетей за последние пару-тройку лет. Фотографии с прогулок, из кафе с подругами, случайные селфи... Он следил за каждым моим шагом задолго до того, как запер меня в своём доме. В этой папке была задокументирована вся моя жизнь его глазами.

Я смотрела на экран, и не могла поверить тому, что вижу своими глазами. Даниил не просто был одержим идеей подчинить меня себе — он, возможно, по-своему, страшно и искаженно, действительно любил меня всё это время.

Или папка была приманкой?

Он снова сделал это нарочно? Может, в комнате была скрытая камера?

Я встала и повертела головой, пытаясь найти что-нибудь похожее. Ничего. И на мониторе не было вэб-камеры. Видимо, не следил...

Сил возвращаться в свою комнату не было. Опустошенная и запутавшаяся в своих чувствах, я забралась на его кровать, вдыхая его запах с подушек, и сама не заметила, как провалилась в тяжелый, тревожный сон под оглушительные раскаты и мерный стук дождевых капель о карниз.

Я проснулась от странного ощущения, что на меня смотрят. В комнате было серо — раннее утро только начинало просачиваться сквозь тяжелые шторы. Я медленно открыла глаза и тут же вскрикнула, отпрянув назад.

Над кроватью, прямо надо мной, возвышалась темная фигура. Даниил стоял неподвижно, сложив руки на груди. Его лицо было скрыто тенью, но я чувствовала его тяжелый, немигающий взгляд, прошивающий меня насквозь. Он вернулся гораздо раньше, чем обещал. И он нашел меня в своей постели.

Можно ли было назвать это неподчинением? Конечно же, нет! Черт, нет! Он не запретил мне ходить по дому. Не запрещал же!

— Честно, когда я не нашёл тебя на чердаке, сразу подумал, что ты здесь, — сказал он, опустившись на свою кровать. — Что ты искала?

— Ничего. Просто мне страшно одной, на этом чердаке.

— А со мной тебе не страшно?

— И с тобой страшно.

— Ясно, — вздохнул он и добавил: — Выйди из моей спальни. Тебе здесь делать нечего.

— Ладно, хорошо, — пролепетала я, пытаясь встать.

— И не заходи сюда больше. Меня тоже больше не жди. Спать с тобой в одной постели я больше не собираюсь, буду приходить, когда захочу трахнуть тебя, поняла? — он произнёс это с такой злостью, что меня прошиб холодный пот. Даниил и раньше был не слишком-то вежлив со мной, но всё равно, не так. Совсем не так... Я вышла из его спальни, доковыляла до чердака, и когда зашла в спальню и закрыла за собой дверь, отчаянно и горько расплакалась.