Страница 99 из 101
— Ну, так вот.., - произносит, — О чём это я? Вы мне больше ничего не должны, Марина Дмитриевна. Так что.. Будете вы продолжать воспитывать мою дочь, или же бросите нас на произвол судьбы. Это теперь исключительно ваша добрая воля.
— Ну, если и буду воспитывать, то и вас в том числе, — я смелею прямо на глазах.
Но Уваров, похоже, не против:
— Что ж! Последний ваш метод, не могу не признаться, имел молниеносный эффект.
— Вы о собаке? — интересуюсь, подперев подбородок рукой.
— Да, именно, — отзывается он, — О Пирожке.
— Его зовут Пирожок? Как забавно!
— Да, говорят, пирожки очень любит!
— Ну, надо же!
Наша беседа, покинув пределы серьёзных и взвешенных тем, переходит на более нужные, важные, веские. К примеру, о наших питомцах и детях. О наших проблемах с детьми. Я делюсь тем, что у меня есть внучка. И при упоминании об этом Руслан удивляется.
— Я думал, вам не больше сорока, Марина!
— Ой, да не льстите вы!
— Я не льщу, вы напрасно, — пытается он возразить.
— Я отчётливо чувствую лесть, — отзываюсь.
Когда все известные темы иссякли. А новых, ни я, ни он, пока не решаемся тронуть, то я говорю:
— Пожалуй, мы с вами заболтались, Руслан Рашидович, и мне пора спать. Да и вам!
— Да, Марина Дмитриевна, я и сам удивлён. Я давно не болтал вот так.. с женщиной.
Моё сердце стучит учащённо. С чего бы? А улыбка сама повисает на бледных губах.
— Что ж, с моей стороны это было исключительно в терапевтических целях.
— Всего-навсего в терапевтических? Жаль, — произносит Уваров.
Я уже не могу удержаться от смеха:
— Доброй ночи, Руслан!
— Доброй ночи, Марина, — слышу в трубке, и, когда разговор отключается, я, словно девочка-школьница, прижимаю к груди телефон.