Страница 36 из 134
Глава 6. Нельзя растить ребенка как тайну
Глава 6. Нельзя растить ребенка как тайну
Следующие два дня прошли без новых людей на холмах, подзорных труб и внезапных приказов запирать половину дома.
Охрана продолжала дежурить усиленными постами, но утром третьего дня Роэн разрешил вернуть Теону прогулки до северного ручья. Правда, теперь нас сопровождали двое мужчин, и спорить об этом я не стала. Пока человек с холма оставался неизвестным, осторожность была разумной.
Теон воспринял возвращение прогулок как личную победу.
— Я говорил, что отец не сможет держать меня в саду долго. Вы ведь тоже говорили с ним?
Мы шли по тропе, а мальчик старательно наступал только на выступающие корни, превращая обычную дорогу в собственное испытание.
— Говорила, но не о том, чтобы немедленно отпустить вас гулять. Ваш отец сам решил, что опасность сейчас ниже.
— Значит, он все-таки умеет менять решения.
— Разумеется. Просто иногда ему требуется время.
Теон перепрыгнул на следующий корень и оглянулся.
— Вам тоже иногда требуется.
— Мне значительно реже.
Он рассмеялся.
— Отец сказал бы наоборот.
— Ваш отец вообще слишком много себе позволяет в последнее время.
— Я ему передам.
— И останетесь после обеда переписывать страницу правил поведения воспитанного наследника.
Теон сразу стал серьезнее.
— Тогда не передам.
— Как быстро вы научились дипломатии.
Такие разговоры стали привычными.
За первую неделю я поняла, что Теон вовсе не был трудным ребенком в том смысле, в каком это слово употребляли некоторые родители. Он не устраивал истерик из-за каждой мелочи, не пытался унижать слуг, не считал, что титул отца дает ему право распоряжаться людьми.
Он просто привык задавать вопросы.
И очень плохо переносил ответы, в которых не было смысла.
Если я объясняла, зачем нужно переписывать неправильно написанные слова, он ворчал, но делал. Если говорила, что нельзя подходить к лошади сзади, потому что она может испугаться и ударить, он запоминал с первого раза. Если запрещала лезть на мокрые камни у ручья, достаточно было показать скользкий мох.
А вот фраза «потому что нельзя» действовала на него как приглашение к переговорам.
Я начала подозревать, что значительную часть своих привычек Теон приобрел именно благодаря отцу.
Роэн считал себя человеком кратких распоряжений.
Теон считал каждое распоряжение началом обсуждения.
В результате оба были удивительно похожи и совершенно этого не признавали.
После возвращения из леса я окончательно занялась классной комнатой.
До моего приезда она выглядела как помещение, где время от времени пытались учить ребенка, но никто не собирался проводить с ним по несколько часов каждый день.
Стол.
Два стула.
Три полки.
Чернильница.
Карты, свернутые в трубки и сложенные в углу.
Учебники, среди которых рядом стояли букварь для четырехлетних детей и военный справочник по устройству воздушных крыльев.
Я стояла посреди комнаты и смотрела на все это, когда вошла Марта.
— По вашему лицу вижу, что сейчас что-нибудь начнется.
— Почему в этом доме все говорят так, будто я представляю постоянную угрозу?
— Потому что после вашего появления лорд Арден уже отдал больше новых распоряжений, чем за последние три месяца.
— Полезных распоряжений.
— Не спорю.
Я указала на стены.
— Мне нужна большая доска.
Марта оглядела комнату.
— Здесь?
— Нет, в конюшне. Конечно, здесь.
— Какая именно?
— Обычная темная доска, на которой можно писать мелом. Еще два низких шкафа, чтобы Теон сам доставал книги. Большая карта империи на стену. Отдельная карта северных округов. И нужно переставить стол ближе к окну.
Марта слушала, чуть прищурившись.
— Что еще?
— Коробки для камней.
— Для чего?
— Для его коллекции. Сейчас половина лежит на подоконниках.
— Это очень важная часть образования?
— Если он начнет подписывать, где и когда нашел каждый камень, получим письмо, географию и порядок одновременно.
Марта улыбнулась.
— Хорошо. Что еще?
Я посмотрела на дверь.
— Небольшой стол для практических занятий.
— Каких?
— Разных.
— Мне уже страшно.
— Не преувеличивайте. Я не собираюсь разводить здесь огонь.
— После истории с медовыми лепешками я обязана уточнять.
Я уже слышала эту историю от Роэна и решила, что кухня заслуживает отдельного внимания.
— Кстати, о лепешках. Завтра после занятий мы идем на кухню.
Марта перестала улыбаться.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я помню предыдущий раз.
— Тогда ему было пять.
— Именно поэтому я помню особенно хорошо. Половина кухни была в муке, повар два дня искал деревянную ложку, а соль пришлось покупать заново.
— Значит, завтра научим его отличать соль от сахара.
— Элина.
— Марта.
Мы посмотрели друг на друга.
— Вы ведь все равно пойдете к Роэну, если я откажу.
— Нет. Кухней управляете вы.
Это ее удивило.
— Правда?
— Конечно. Я спорю с людьми в пределах их полномочий.
— Очень утешает.
Я подождала.
Марта сдалась первой.
— Один час. Вы отвечаете за все.
— Согласна.
— И повар имеет право выгнать вас обеих.
— Нас двоих?
— Теона и вас.
— Несправедливо. Я пока ничего не испортила.
— Поэтому начинаете с хорошей репутацией.
Через полчаса комнату уже переставляли.
Теон пришел после обеда и замер в дверях.
Два работника двигали шкаф. Свернутые карты лежали на полу. Старый стол стоял посреди комнаты.
— Что случилось?
— Я решила, что учиться здесь скучно.
Он посмотрел на меня с явным подозрением.
— И поэтому вы убрали мой стол?
— Переставляем.
— А книги?
— Разбираем.
— Все?
— Все.
Теон вошел.
— Можно мне решать, куда что ставить?
— Отчасти.
— Что значит отчасти?
— Что карту вы можете выбрать сами, а стол возле окна поставлю я.
— Почему?
— Потому что там светлее.
Он подумал.
— Хорошо. Тогда карту драконьих крыльев сюда.
Он показал на стену, где я собиралась повесить географическую карту.
— Нет.
— Почему?
— Потому что это классная комната, а не военный штаб.
— Можно сделать и то и другое.
— Нельзя.