Страница 123 из 134
Лорен посмотрел на него.
— Вы ничего не делаете, пока взрослые не подтвердят, что можно. Потом, если сами согласитесь, попробуете различить одного дракона. Не двадцать четыре. Одного. Лучше Тарна, потому что вы его знаете дольше всех.
Роэн напрягся.
— Тарн сейчас не связан с Единой уздой.
Лорен посмотрел на него.
— Вы уверены?
Тишина.
Роэн медленно повернул голову к окну.
Тарн находился на внешней городской площадке.
Мы не видели его.
Но Роэн чувствовал.
— Пока да. Связь нормальная.
— Тогда выберем другого знакомого дракона. Сарра, если он внутри сети.
Теон покачал головой.
— Сарра нет. Я чувствую его далеко. Не в сети.
Лорен задумался.
— Хорошо. Значит, первого дракона выбираете по самому четкому ощущению. Но никаких попыток охватить всех.
Норен сказал:
— И я остаюсь рядом. Если пульс растет, появляется сильная боль, тошнота, спутанность или Теон перестает различать собственные ощущения, прекращаем независимо от результата.
— Согласна, — сказала я.
Все посмотрели на Роэна.
Он стоял неподвижно.
Мне было видно, как он ненавидит этот план.
Не потому, что считает нелогичным.
Потому что он требовал доверить сыну хотя бы крошечную часть риска.
Того самого риска, от которого он пять лет пытался оградить.
— Я хочу поговорить с Элиной, — сказал он.
Теон возмутился:
— Опять без меня?
Роэн не сорвался.
— Не о том, что ты можешь или не можешь. Обо мне. Это моя проблема, не твоя. Дай нам две минуты.
Теон посмотрел на меня.
Я кивнула.
— Две минуты.
Норен увел мальчика в соседнюю комнату.
Лорен вышел следом.
Дверь закрылась.
Роэн повернулся ко мне.
— Скажите, что это безумие.
— Не скажу.
— Ему шесть.
— Знаю.
— Я пять лет делал все, чтобы никто даже не знал, что он существует. А сейчас должен сам привести его туда, где человек, охотившийся за ним, запускает систему из узд.
— Не к Дейрану. В отдельный защищенный зал, с Нореном и мной, под судебной охраной, пока вы и Лорен идете дальше.
— Это звучит лучше только потому, что вы правильно подбираете слова.
— Нет. Это объективно другой план.
Роэн провел рукой по лицу.
— Если что-нибудь случится...
— Тогда будете винить себя независимо от того, какой вариант выбрали. Если оставим Теона здесь и погибнут драконы, тоже будете. Если отправим далеко и система все равно потянется за его отпечатком, будете. Проблема в том, что вы хотите решения без риска. Его нет.
— Я знаю.
— Тогда выбирайте не по тому, чего сильнее боитесь.
Он посмотрел на меня.
— А по чему?
— По тому, что дает Теону наибольшую безопасность и при этом не делает вид, будто его способность не существует.
Роэн молчал.
Я подошла ближе.
— Вы сами сказали мне в горах, что связь с Тарном существует потому, что он выбрал вас. Не потому, что вы сильнее. Не потому, что можете заставить. Сейчас Теон тоже должен выбирать в пределах того, что способен понять. Он уже сказал, что хочет помочь. Наша задача — поставить такие границы, чтобы его выбор не превратился в жертву.
— Если он испугается в последний момент?
— Уйдет.
— Если Лорен скажет, что без него система не рухнет?
— Уйдет.
— Если один дракон уже почти освобожден, а Теон скажет, что больше не может?
— Уйдет.
Роэн закрыл глаза.
Потом тихо спросил:
— И вы действительно сможете остановить его, если он увидит, что кому-то больно, и решит терпеть дальше?
— Да.
Я ответила без паузы.
— Даже если он будет ненавидеть меня за это.
Роэн открыл глаза.
— Вот поэтому я доверяю его вам.
Я не успела ответить.
Он обнял меня.
Просто обнял.
Не как в горах.
Не как мужчина, который хочет продолжения поцелуя.
Крепко.
На несколько секунд.
Я прижалась к нему.
— Вернемся втроем.
— Это обещание, которое вы не можете дать.
— Тогда считайте планом.
Он чуть усмехнулся.
— С вами невозможно.
— Именно поэтому вы еще не успели снова похоронить половину семьи из соображений безопасности.
— Очень смешно.
— Немного.
Он отпустил.
Когда Теон вернулся, Роэн согласился.
Неохотно.
С длинным списком условий.
Но согласился.
Мальчик выслушал до конца.
— Я могу отказаться в любой момент, не должен специально слушать всех, остаюсь только с госпожой Маррен и Нореном, к центральной печати не иду, если становится плохо — ухожу. Я запомнил.
Роэн спросил:
— И если я сам скажу уходить?
Теон подумал.
— Если вы объясните почему.
Роэн чуть не возразил.
Я посмотрела на него.
Он выдохнул.
— Хорошо. Объясню настолько быстро, насколько позволит ситуация.
Вот и договорились.
К цитадели мы отправились через двадцать минут.
Не тайно.
С нами шли люди судебной комиссии, несколько всадников, подписавших показания по уздам, Лорен и Норен.
Роэн настоял, чтобы сведения о Единой узде уже были переданы в три разных канцелярии и нескольким командирам крыльев.
Он больше не собирался оставлять ни одного документа в руках одного человека.
По дороге к Главной цитадели становилось ясно, что запуск системы уже меняет город.
Драконов сняли с обычных площадок.
Некоторых всадники пытались удерживать на земле.
Один большой зеленый дракон стоял посреди тренировочного двора и бил хвостом по камню. Его всадница держалась за шею и что-то говорила, но животное будто одновременно слушало ее и совершенно другой приказ.
Теон шел между мной и Нореном.
Я держала его за руку.
— Не слушайте каждого.
— Я стараюсь.
— Что видите?
Он уже знал.
— Красную крышу. Башню. Вашу руку. Белый плащ того человека. Дверь цитадели.
— Хорошо.
Роэн шел впереди.
На нем снова был меч.
Но я знала: главный бой сегодня не должен был решаться оружием.
Главная драконья цитадель была старше всего комплекса вокруг.
Черный камень.
Низкие широкие башни.
Огромные арки, рассчитанные на драконов.
По обе стороны главных ворот стояли люди Дейрана.
Когда наша группа подошла, командир поднял руку.
— Вход закрыт по приказу маршала Валька. Внутри проводится аварийная стабилизация драконьих связей.