Страница 155 из 193
Гриша, парень лет двадцати пяти в огромных (зрение у него было явно хуже, чем у Саши) очках в старомодной оправе, в этот момент очень активно говорил по телефону, всячески помогая себе мимикой, которую его невидимый собеседник, к сожалению, не мог увидеть, но на секунду отвлекся и помахал рукой Соне.
– Гриша – продавец от Бога. Он маме родной средство для простаты впарит, если план гореть будет. Кстати, Саш, слово «впарить» мы не употребляем, это я так. А вот Марк.
Марк, неопрятный длинноволосый неформал в засаленном балахоне, в этот момент сосредоточенно чистил яблоко перочинным ножиком.
– Марк тоже мог бы делать по двести тысяч в месяц, но Марк ленится. Правда, Марк?
В ответ на эту претензию Марк закатил слегка подведенные глаза и продолжил издеваться над яблоком.
– А вот за этим столом сидит Ангелиночка. Тоже продавец от Бога. Сегодня у нее выходной.
Соня оставила Саше криво сверстанные распечатки, а сама куда-то вышла. Все менеджеры очень громко разговаривали, что сильно отвлекало. Саша никак не мог сосредоточиться, и если этапы продаж он выучил быстро (знакомство, выявление потребностей, представление товара, работа с возражениями, закрытие сделки), то часть про «Занзибар Плюс», где уже начинались слова и словосочетания «импотенция», «эректильная дисфункция», «сидячий образ жизни», он даже прочитывал с трудом.
Просто не верилось, что такие чудики, как очкастый Гриша и патлатый Марк, могли на голубом глазу впаривать такое дерьмо. А, Соня же просила не употреблять слово «впаривать».
5
– Саш, закончишь звонок, подойди ко мне.
Саша, увлеченный разговором, кивнул.
– Назовите ваш фактический адрес, и мы направим платежку. «Почтой России». Вы оплачиваете эту платежку в любом отделении Сбербанка. Товар мы отправляем только после оплаты. Диктуйте, я записываю.
– Закрыл? – спросила Соня, когда Саша вместе со своим стулом к ней подъехал.
– Да.
– Молодец. Ты знаешь, что уже план перевыполнил?
– Догадываюсь.
– Саш, сколько ты без выходных работаешь?
– Не помню.
– Зато я помню. Одиннадцать дней. Ты вообще как держишься?
– Энергетики пью. Один раз в метро заснул, правда. На «Юго-Западной» в депо уехал.
Соня повертела в руках дешевую «биковскую» ручку.
– Пойдем покурим.
Они вышли на улицу, миновав турникет, лифт и потом еще один турникет на первом этаже. Саше показалось, будто они вышли из подземелья на свет – в офисе все время было темно.
– Саш, я тебя выгоняю на выходные. Мне сотрудники нужны живыми. Отдыхаешь с завтрашнего дня.
Соня курила какие-то тонкие ароматические сигареты. У нее был замысловатый маникюр – ногти острые, как стрелы, покрашенные фиолетовым с вкраплением золотого. Смотрелось впечатляюще.
– На работу выходишь в понедельник. И только попробуй в один из этих дней выйти на работу, я тебя премии лишу! Отдыхаешь как положено – секс, наркотики, рок-н-ролл. Понял меня?
– Понял.
И что ему делать с таким количеством свободного времени? Бабушка считала свободное время уделом бездельников. Поэтому у Саши его не было с детства. Он либо учился, либо читал книги, либо снова учился. Майя Анатольевна презирала праздность всей душой. В Сашиной жизни было только два момента, когда он позволил себе отдохнуть, и по злой иронии судьбы оба этих момента были связаны с похоронами, в первый раз – Ани Красун, во второй раз, разумеется, бабушки.
Вот как обычные люди проводят свой досуг? Обычные, не Гриша (он по ночам играет в «Варкрафт») и не Марк. Чем по ночам занимается Марк, Саша предпочел бы не знать.
В субботу Саша решил сходить в клуб. Ему уже исполнилось восемнадцать, и нет никого, кто может это запретить.
Клуб назывался Naked and Famous, и это название очень смущало Сашу, так как знаменитым он точно не был, а уж голым быть не хотел и подавно. Клуб этот находился где-то в районе метро «Университет».
Саша забрал из бабушкиной заначки три тысячи рублей. Приоделся – надел белую рубашку, которую приобрел специально для ЕГЭ (какая странная ирония судьбы), новые джинсы, купленные бабушкой незадолго до ее смерти, вместе все смотрелось даже неплохо. На ноги – не очень новые, но вполне цивильные «вансы», по идее, должно прокатить. Вот бы еще без очков обойтись, старомодные очки портили весь образ, но, увы, без очков Саша обойтись не мог. Конечно, хотелось проехаться на такси, благо деньги все-таки были, но Саша решил пока воздержаться от дополнительных трат. На такси мы поедем домой. В клуб он поехал на метро, тут было всего несколько станций. Приехав на место, Саша, конечно, удивился. Он-то прежде никогда не был в клубах, поэтому думал, что Naked and Famous – это прямо КЛУБ, то есть нечто пафосное, с официантами в белых рубашках, красивыми девушками, похожими на Настю Задорожную из сериала «Клуб», а само помещение выглядит как нечто просторное с зеркалами, гигантскими софитами и чем-то таким ослепительным. Словом, все свои знания о подобных местах Саша почерпнул из телевизора, и стоило признать, что единственным человеком в белой рубашке здесь и был Саша. Официантов здесь было штуки три от силы, потому что это же клуб – сюда приходят выпить и потусить, а не пожрать.
«Голые и Знаменитые» представляли собой – э-э-э – подвальчик, крохотный подвальчик с низким потолком. С потолка свисали тусклые лампочки, слева было несколько круглых столиков, где уже выпивали какие-то типы, справа – маленький танцпол, а посреди этих двух полюсов разместилась барная стойка со скучающим барменом, который (оказывается, киношники все врут) просто стоял и скучал, а стаканы не протирал. За спиной у бармена была подсвеченная светодиодами, как в отделе элитного алкоголя, витрина. В «Перекрестке» на Покрышкина было что-то типа такого.
Саша подошел к барной стойке.
– Попробуйте шоты, – подсказал бармен.
И Саша попробовал шоты. Он пил какую-ту дрянь, пахнущую микстурой от кашля, потом еще какую-то дрянь, пахнущую микстурой от кашля, только более горькую. Потом ему налили какой-то сладкой, но очень крепкой ерунды.
И все это время, пока он пил, сидя за барной стойкой…
…слева выпивали…
…справа танцевали…
И бумбумкала странная, очень квадратная, очень назойливая музыка. Часть из этой музыки Саша уже когда-то слышал. Вот какие-то духовые заиграли, и призывный мужской голос сладко заговорил что-то типа here’s my key philosophy a freak like me just needs infinity.