Страница 61 из 70
Он показал гранату.
— Бросить не докинем.
— Дым можно пустить по ветру, — предложила Надя. — Как раньше.
Александра посмотрела на движение воздуха. Ветер шёл вдоль поля к оврагу, но стал слабее. Дым от гранаты расползётся медленно и закроет только часть подхода. Келлер знает направление и будет ждать края облака.
— Одной мало, — сказала она. — Нужны три в разных местах.
Савельев проверил подсумок.
— У меня одна.
Надя показала свою.
— Ещё одна.
Колесов мог иметь третью, но передать приказ голосом невозможно. Любой крик выдаст замысел и направление. Зеркальные сигналы в сером утреннем свете почти не работали.
Громов снова поднял руку. Он показывал два пальца, затем указывал на себя и лесопилку.
Два человека? Два патрона? Через две минуты?
— Он собирается двигаться, — сказала Надя.
— Нельзя, — ответила Александра.
Капитан уже принял решение. Дроздов находился внутри, Колесов прижат у штабелей, а Келлер менял позицию. Если ждать, агент уйдёт. Громов собирался использовать следующую серию разрывов или дым, чтобы преодолеть расстояние до здания.
— Он знает, что снайпер держит стену, — сказал Савельев.
— Знает. Но считает, что иначе потеряем Дроздова.
— Правильно считает.
Александра посмотрела на разбитую винтовку.
Современный опыт, точность, привычка к оптике — всё закончилось одним попаданием. Без прицела и с треснувшей ложей она снова стала женщиной с раненой рукой, лежащей в снегу под чужим огнём. Никакого особого преимущества, подаренного будущим. Только знание методов противника и напарница, которая научилась видеть детали.
— У Нади карабин, — сказала Александра.
Девушка сразу поняла.
— Дистанция слишком большая.
— Не нужно попасть в Келлера. Нужно заставить его не подняться.
— Стрелять по ячейкам?
— По местам выхода из скрытого хода. Если пуля ударит рядом, он задержится.
Надя посмотрела на винтовку.
— Я не попаду точно.
— И не должна. Возьми правый сектор. Я буду говорить поправки.
— Ты не видишь через прицел.
— Вижу местность.
Савельев переместился между ними.
— План?
— Во время следующей серии бросаем две дымовые гранаты: одну к стене Громова, вторую ближе к лесопилке. Надя стреляет по выходам Келлера, не по перископу. Громов получает несколько секунд для движения. Колесов поймёт по дыму.
— Немец тоже.
— Да. Но ему придётся выбирать между капитаном и группой у брёвен.
— Он выберет капитана.
— Поэтому Надя держит предполагаемую стрелковую точку.
Надя глубоко вдохнула.
— Какая?
Александра осмотрела склон. Перископ находился правее куста. Стрелковая ячейка должна быть соседней, но не совсем рядом. Келлер не станет стрелять из точки, где поднял прибор. Скрытый ход шёл вдоль склона. Ближайший выход виднелся под снежным бугром у тёмного пня.
— Бугор у пня, — сказала она. — Дистанция примерно четыреста девяносто. Цель ниже на два метра. Ветер справа слабый. Бери нижний край.
— Если он в другой?
— Тогда промахнёшься. Но звук рядом всё равно заставит пригнуться.
— Патронов десять.
— Три на сектор. Остальные оставь.
Надя приложилась. Карабин не имел оптики, поэтому девушка целилась по открытому прицелу. На такой дистанции точность была почти условной. Но перед ней находился не человек размером с ладонь, а участок снега шириной несколько метров.
Громов продолжал ждать.
Келлер поднял перископ ещё раз.
Александра почувствовала, как внутри становится тихо. Боль в руке отступила, превратившись в тяжёлую пульсацию. Мир снова сузился, только теперь у неё не было сетки прицела. Приходилось строить линии глазами и словами.
— Приготовились, — сказал Савельев.
Он снял гранату с предохранителя. Надя сделала то же самое, затем вернулась к карабину.
Вдалеке хлопнуло орудие.
— Не сейчас, — сказала Александра. — Это дальний сектор.
Через несколько секунд разрыв лёг за лесопилкой. Не их серия.
Они ждали.
Снова хлопок. Потом второй.
— Теперь, — сказала Надя. Она уже различала звук нужного расчёта.
Савельев бросил первую дымовую гранату к стене. Надя — дальше, насколько хватило руки. Александра прижалась к земле.
Первый разрыв ударил по дороге.
Дым начал подниматься.
Второй — возле канавы.
Белое облако закрыло часть стены.
Третий — левее штабелей.
— Стреляй! — приказала Александра.
Надя сделала первый выстрел. Пуля ударила в снег ниже пня. Второй пришёл правее. Третий выбил кору из дерева.
У снежного бугра что-то дёрнулось.
Громов поднялся и побежал к лесопилке.
Келлер выстрелил.
Пуля прошла через дым и ударила в стену за капитаном. Не попала. Надины выстрелы заставили немца сместить оружие или изменить положение.
Громов достиг первого штабеля и упал за досками. Колесов с людьми двинулся навстречу.
— Есть! — выдохнула Надя.
— Наблюдай склон.
Девушка передёрнула затвор.
Александра искала перископ. Трубка исчезла. Келлер понял, что его стрелковую ячейку вычислили приблизительно. Теперь должен сменить позицию, возможно, дальше к оврагу, откуда сможет контролировать задний выход лесопилки.
Дроздов тоже понимал, что время заканчивается.
Внутри здания раздался пистолетный выстрел, затем автоматная очередь Громова. Доски затрещали. Кто-то закричал.
— Пошли! — приказал Савельев.
Он начал ползти к канаве. Надя хотела двигаться следом, но Александра удержала её за ремень здоровой рукой.
— Мы остаёмся.
— Громов уже у здания.
— Келлер не исчез.
— Савельев ушёл.
— Его задача — Дроздов. Наша — не дать немцу добить людей.
Надя подчинилась, хотя всё тело требовало бежать вперёд. Она снова навела карабин на склон.
Дым постепенно рассеивался. Громов и Колесов скрылись за штабелями. Савельев достиг канавы. Двое разведчиков прикрывали его короткими очередями.
На поле оставался погибший Синицын. Снег вокруг тела уже почернел от земли после разрывов.
Александра посмотрела на повреждённую винтовку. Прицел висел на одном креплении. Деревянное цевьё расколото, но ствол не выглядел погнутым. Теоретически из оружия можно было стрелять по открытому прицелу, если снять обломки оптики и удержать ложу.