Страница 85 из 112
— Этой проблемой мы тоже займёмся, — сказал Чейни. — Если смогли они, то мы точно сможем. Тенет накопал данные, что они превосходят нас по быстродействию государственного управления — мы сделаем его быстрее, чем у них. Он утверждает, что они превосходят нас по автоматизации производства — мы заставим наши предприятия автоматизировать вообще всё, что только можно. Джордж, мы превзойдём их по всем направлениям, в которых они сейчас доминируют. Мы ведь всегда были сильнее, чем они — нужно вернуть это превосходство обратно Соединённым Штатам… Примерно так должна выглядеть твоя речь перед Конгрессом. Я пропишу её более детально — нам нужно, чтобы он пребывал в постоянном страхе, а мы выглядели единственными, кто может спасти его. Справишься с этим?
— С такой речью я справлюсь, — ответил Джордж Буш-младший. — Но справимся ли мы? У тебя есть что-то, помимо уверенности в успехе? Они давят на нас экономически — нужно было что-то делать ещё десять лет назад, а теперь…
— Ситуацию ещё можно выправить, — уверенно заявил Чейни. — У нас есть важнейший союзник прямо под боком у СССР — китайцы уже давно опасаются его, поэтому готовы участвовать в нашей стратегии сдерживания. Совокупно с Китаем у нас гораздо больше ресурсов, чем у СССР, но нам нужно раскрыть потенциал китайских ресурсов — тогда СССР обречён, если смотреть наперёд. Но перед тем, как реализовывать китайский путь решения советской проблемы, нам нужно обезопасить себя. Сейчас мы очень уязвимы и СССР способен победить нас в прямой войне. Нам не нужно обгонять его — нам нужен паритет. И как только мы его достигнем, можно будет действовать смелее.
Примечания:
1 — Корпоративная инверсия — это такая юридическая реорганизация, при которой крупная компания меняет свою юрисдикцию очень нехитрым путём. Например, американская корпорация покупает небольшую компанию в стране, где очень низкие налоги, а затем проворачивает финт ушами и эта компания, после кадровых перестановок, становится материнской, а американская часть, внезапно, дочерней. На земле от этого не изменилось, ровным счётом ничего, но большая часть международных доходов компании перестала облагаться американскими налогами. В нашей с вами истории бороться с корпоративной инверсией начал ещё Барак Обама, который ужесточил правила игры и осложнил инверсию, но проблемы не решил. А затем, в 2016 году, к власти пришёл Дональд Трамп, который «нанёс СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ и ПОТРЯСАЮЩИЙ удар» по корпоративной инверсии — он снизил корпоративный налог с 35% до 21%, а также ввёл ряд правил, осложнивших вывод прибыли за рубеж, что убавило доходы федеральной казны, но лишило корпоративную инверсию большей части смысла. Да, снижение корпоративного налога и объявление этого победой над инверсией — это сродни заявлению, что это не Трампа содомизировали корпорации, а это он жёстко изнасиловал их члены своей жопой. Всё дело в том, что Трамп и его команда были уверены, что да, в моменте будут потеряны от 100 до 150 миллиардов долларов прямых поступлений в бюджет, но зато компании вернутся, невидимая рука рынка всё порешает, кукуруза заколосится, стада мустангов забегают по прериям, всё станет хорошо и американские мечты начнут исполняться. Но Объединённый комитет по налогообложению провёл в декабре 2017 года анализ и пришёл к выводу, что благодаря реформе Трампа, федеральный бюджет Соединённых Штатов недополучит 1,46 триллионов долларов в течение десяти лет. Эти самые десять лет почти прошли и уже можно делать вывод — сам Объединённый комитет по налогообложению актуализировал оценку и подтвердил, что в течение десяти лет федеральный бюджет недополучил сумму в интервале 1,4–1,8 триллиона долларов США. Всё сильно портит COVID, который искажает оценку, так как федеральное правительство засыпало проблему деньгами, но факт остаётся фактом — выиграли от этого снижения корпоративного налога только корпорации.