Страница 27 из 112
Так уж получилось, что очень многие люди на планете Земля прислушиваются к его мнению, потому что он харизматичен, руководит сверхдержавой и говорит, как правило, по делу. Именно поэтому властям США не удастся замолчать эту тему, особенно когда их собственные СМИ будут тщательно обсасывать её за деньгу малую.
— О людских потерях Коалиции что-то известно? — спросил Владимир.
— Аналитики оценивают общие потери Коалиции убитыми в семнадцать-двадцать тысяч человек, — ответил генерал армии Гаськов. — Пентагон говорит о пяти тысячах убитыми, а также о двухстах тысячах убитых иракских солдатах.
— А сколько потеряно Ираком реально? — уточнил Жириновский.
— 79 тысяч человек убитыми, — ответил Гаськов. — Но 41 тысяча — это силы ополчения.
— Значит, если оценка аналитиков верна, то потери, постепенно, стремятся к выравниванию? — спросил Владимир.
— Резкий рост потерь сил Коалиции напрямую связан со штурмовыми действиями в Багдаде, — объяснил генерал-полковник Сергеев.
— Но и партизанское движение тоже стоит учитывать, — возразил генерал армии Гаськов. — Логистика сил Коалиции усложнилась, а партизанские отряды регулярно атакуют конвои, что не только сказывается на снабжении передовых сил, но причиняет дополнительные людские потери врагу.
— И всё же, они не прекращают эту войну… — произнёс Жириновский.
У Иракской республики всё ещё очень много ресурсов на ведение этой войны, ведь их аккумулировали почти десять лет, но местность в Ираке совсем не вьетнамская и не афганская, поэтому затянуть эту войну на десятилетия будет сложно.
Надежда у Владимира только на американское общество, которое очень не радо происходящему и требует, чтобы Клинтон вернул солдат домой.
«США, как государство, могут вести хоть три таких войны одновременно, но США, как общественно-экономический конструкт, не тянет даже одной», — подумал Жириновский. — «От этого пахнет слабостью».
— Каждый день войны, в среднем, обходится федеральному бюджету США в 320–350 миллионов долларов, — сообщил Виктор Штерн. — В дни пиковой активности, такие как штурмы крупных городов, ежедневные расходы составляют 450–500 миллионов долларов в день. По нашим оценкам, если война сохранит нынешнюю интенсивность до марта следующего года, то финансовые потери США составят 110–130 миллиардов долларов. Если бы эта ситуация происходила с нами, я бы рекомендовал тебе, Владимир Вольфович, срочно выходить из этой войны, пусть и с политическими потерями.
— Тогда нам остаётся ждать, — сказал Жириновский. — Посмотрим, как поведёт себя Клинтон.
*США, штат Мэриленд, округ Фредерик, Кэмп-Дэвид, 1 октября 2000 года*
— Послушай меня, Билл… — попросил Дик Чейни, сидящий на диване и поглаживающий рыжего кота. — Уже свершившегося не исправить — это уже произошло. Но кое-что ты можешь изменить — степень наших потерь.
Клинтон смотрел на него тяжёлым взглядом, но молчал.
Эта встреча стала возможна только потому, что за спиной Чейни стоят очень серьёзные люди из оборонных компаний, которые попросили встретиться с ним и обсудить стратегию на остаток президентского срока.
Дик Чейни станет вице-президентом при Джордже Буше, уверенно лидирующим по данным опросов. Скорее всего, следующим президентом станет именно Буш, так как нет больше кандидатов, кроме Гора, а Гор ненавидим обществом почти так же, как сам Клинтон.
Это значит, что Белый дом точно перейдёт к республиканцам.
— Всем уже понятно, что Багдад тебе не взять, поэтому следует прекратить его бессмысленный штурм, — продолжил Чейни. — Нужно полностью сосредоточиться на принятии зрелых решений.
— С каких пор ты начал разбираться в военной стратегии, Дик? — с усмешкой спросил президент.
— Я и не разбираюсь, — ответил на это Чейни. — Но я говорю с людьми, которые разбираются. И люди говорят мне, что ещё до начала операции было понятно, что всё это ловушка, в которую нас заманили русские. Жириновский — это очень опасный сукин сын, циничный и хладнокровный — подобное вполне в его духе. Он всерьёз и практически открыто готовил Ирак к этому вторжению, будто знал, что мы обязательно в это ввяжемся. Билл, он нас переиграл — и тебя, и всех остальных. Мы сами бросили Саддама в его объятия, чем он и воспользовался, а когда Саддам начал ему мешать, он избавился от него. И мы продолжаем его недооценивать — ты продолжаешь.
— Ты преувеличиваешь, Дик, — не согласился с его доводами Клинтон.
— Нет, это ты не видишь всей полноты картины, — медленно покачав головой, сказал на это Чейни. — Зачем ты летал на остров Литл-Сент-Джеймс?
— Никуда я не летал! — очень быстро ответил Клинтон.
Дик Чейни прикрыл глаза.
— Ладно, — сказал он после паузы. — Но имей в виду — кое-кто из компетентных людей шепнул мне, что с этого острова попахивает КГБ или Моссадом. Это нехорошее место и Эпштейн не очень надёжен.
— Я не имею никакого отношения к этому человеку! — заявил президент США.
— Я просто предупредил тебя, — произнёс Чейни. — Если ты не знаешь, я бизнесмен и у меня есть очень много влиятельных друзей из бизнеса. И эти друзья очень хотят, чтобы ты прекратил усугублять ситуацию дополнительными людскими потерями. Нам с Джорджем потом всё это разгребать, поэтому окажи нам эту услугу… Мы ничего не забудем, Билл.
Клинтон посмотрел на него холодным взглядом.
— Чего именно хотят твои друзья? — спросил он.
Вопрос людских потерь — это главная тема на всех передовицах самых важных газет и в прайм-тайм на всех экранах самых важных телеканалов.
Коммунисты публикуют свои данные об американских потерях — теперь приходится считаться и с ними, так как за время войны примерное количество зрителей коммунистических каналов увеличилась до 40–50 миллионов человек.
И они дают очень близкую к реальной статистику. Согласно их подсчётам, потери Коалиции близятся к 19–20 тысячам человек убитыми — позавчера Клинтону на стол лёг отчёт, в котором говорилось о 18,7 тысячах убитых.
«Меня запомнят, как Джонсона или Мэдисона», — подумал Билл Клинтон. — «Но даже они не теряли так много людей в такой короткий срок — потери уже хуже, чем во Вьетнаме…»
Президент Мэдисон попытался аннексировать Канаду в 1812 году, пользуясь войной в Европе, но закончилось всё тем, что канадцы сожгли Белый дом — Клинтону очень не хотелось встать в один ряд с этим президентом.