Страница 8 из 81
— Интригуешь, мальчик, — наконец произнёс Скалз, и в его голосе появилась лёгкая, едва уловимая нота живого любопытства, пробивавшаяся сквозь привычную профессорскую напыщенность. — «Кое-что важное и ценное» — это может быть что угодно. От забытой им когда-то моей любимой трубки до… черновика очередной ереси, за который меня потом могут лишить ранга. Элиас обожает подкидывать такие «подарки».
Но я видел: сработало. Сухие, строгие уголки его губ дрогнули. Не в улыбку, нет. Скорее в воспоминание. В признание той сложной, колючей дружбы, что когда-то связывала теоретика-отщепенца и практичного молодого тогда еще студента и бакалавра земли. Элиас для Скалза был не просто чудаком: он был частью его прошлого, его молодости, того времени, когда магия была не ремеслом, а бесконечным фракталом вопросов.
— Ладно, — вздохнул маг, поправляя рукав своего камзола. — Уговорил. Как закончу тут с твоими ямами и колодцем (а это, предупреждаю, займёт у меня не мало времени, минимум до сегодняшнего вечера), навещу старого упрямца. Не из-за твоего «кое-чего», сам по себе. Просто… давно не виделись. И чертовски интересно, чем он там в своей берлоге занимается. Особенно, — его взгляд снова стал оценивающим, — если это как-то связано с тобой. Два таких чудака на одном пятачке — это уже не совпадение, а закономерность.
Я кивнул, не комментируя. Лучший ответ — позволить интриге делать свою работу. Мы попрощались. Скалз, уже отворачиваясь, что-то бормотал себе под нос, вспоминая, видимо, какой поворот ведёт к Кварталу Алхимиков, а его руки уже тянулись к скипетру из чёрного дерева. Бригада Прохора ждала, уже расчистив площадку для колодца, чуть в стороне от дома, там, где земля была мягче, а грунтовые воды, по словам Сергея, пахли ближе и лучше всего. Через час здесь должна была появиться идеально круглая шахта с облицовкой из спрессованного камня.