Страница 16 из 28
Весь день меня трясло, захотелось, как раньше, прийти к ней и сказать, что все будет нормально, что мы с этим справимся. Потом подумал, что мне бы тоже не помешало, чтобы мне кто-нибудь так сказал, потому что я в это уже не верю. Мне страшно от того, что никогда не знаешь, какая ссора станет последней. Вечером написал ей записку на холодильнике, попросил не общаться со мной и полностью игнорировать мое присутствие, но Машка не успела прочитать, написала мне смс, попросила воды и таблетку от головы. Пришлось нести в спальню.
— Спасибо, — прошептала Машка.
Терпеть не могу, когда она такая грустная и ранимая, абсолютно каждый раз ведусь на эту залупу!
— Посиди со мной, — говорит, как раненая, но жутко хитрожопая лань.
— Нам с тобой лучше не разговаривать, пока ты меня до греха не довела, — цежу сквозь зубы.
— Не будем разговаривать, — Машка поднимается и ползет по кровати на коленках, это очень плохой знак.
Как же я по ней скучаю. Даже по такой злой собаке скучаю.
— Но у меня есть один вопрос… — Машка смотрит на меня очень печальными, огромными глазами, — У тебя кто-нибудь был после меня?
— Нет, — говорю глухо и уже знаю, чем это всё закончится.
Машка соблазнительно тянет меня на себя, как истинный лошара, поддаюсь и опускаюсь вместе с ней на кровать, целую ее в шею, не хочу целовать в губы, злюсь и боюсь, что совсем расчувствуюсь. Я очень хочу эту бешеную. Я не буду спрашивать, был ли у нее кто-то после меня, я же прекрасно понимаю, что не было, меня удивляет, что она этого не понимает или просто очередной раз хочет убедиться в моей безоговорочной преданности. Машка гладит мою голову, пропускает волосы сквозь пальцы, пока я спускаюсь ниже к ее груди. У нее очень нежная, мягкая кожа, я касаюсь ее языком и внутри распаляется пожар, я сжимаю ее бедра, стискиваю запястье. В какой-то момент, очень палюсь, когда из груди вырывается слишком взволнованный предательский стон, но я не могу удержаться, Машка так часто и сексуально дышит и прижимается ко мне, что контролировать себя не получается. Наш секс выходит слишком нежным, обычно, такое не любим ни я, ни Машка, но все складывается именно так. Наверно, нашим телам нужна передышка и капля мягкости, в остальном наши взаимоотношения сплошной стресс и хардкор. Но мне очень классно. Видимо, она просекла фишку, что я целую ее куда угодно, только не в губы и опять играет со мной, пытается заставить меня передумать, чувственно стонет в мой приоткрытый рот, но поцеловать не пытается. Жалко, я хотел. Сам бы не стал, но поддался бы. Обычно, после финала я всегда говорил, что люблю ее, крепко чмокал ее в губы, а потом мы лежали в обнимку, но я боюсь, если так сделать и в этот раз, Машка воспримет это, как примирение и мою капитуляцию, и мы пересремся на следующий же день с новыми силами. Поэтому я нежно и затяжно целую ее в плечо, говорю, что мне завтра рано вставать и возвращаюсь на свой диван, переваривать случившееся и еще раз вспоминать ее вздохи.