Страница 5 из 77
Глава 3
Я вжал педаль газа в пол и разогнал четырку не думая ни о чем. Но пока мы мило беседовали с Сойкой, я совсем забыл о датчике топлива. Только я заехал за поворот, проехал метров 50, как машина встала. Все, закончился фарт, подумал я. И мы побежали в сторону виднеющегося здания какого-то завода. Я так не бегал со школы, когда сдавал зачет по стометровке. Колонна байкеров заметила нас и уже въезжала в поворот. На бегу я проверил заряжено ли ружье, оба патрона были на месте. В рюкзаке за спиной было еще около десятка патронов. Посмотрел на Сойку. Оружия у нее я не видел.
Сойка, есть оружие? — крикнул я, — могу молоток дать!
На мой вопрос, она на бегу достала из-под куртки 2 блестящих ножа.
Мы уже подбегали к Химзаводу. Только сейчас я более внимательно осмотрел его снаружи. В металлических кишках этого места было нечто исключительно угрожающее. Они разветвлялись, как побеги жуткого гигантского растения. От некоторых труб и баков поднимался желтый дым.
Атака пришла быстро, как вихрь. Фигуры вырывались из высокой травы, направляясь прямо к нам. Броня их была похожа на ржавчину, и за каждым шлемом прятались лица, вывернутые наизнанку страхом и религиозным бредом. Это были те же сектанты, которых я уже видел в городе. Они были вооружены большими блестящими тесаками и мачете.
Первым раздался выстрел из моего ружья, огласивший эхом округу. Раненым сектантам не было места для укрытия от проникающей дроби.
Сойка, с блеском в глазах, была не менее смертоносной. Ножи в ее руках были столь же красивы, сколь и грозны. И она, как настоящий хирург, вонзала их в оппонентов. Создалось впечатление, что секунды сгущаются подобно облакам грядущей бури.
Сектанты продолжали атаковать. Мой запас патронов был на исходе. Сойка уже торопливо подбирала ножи с трупов. Нехватка боеприпасов. Нехватка времени. Мы были прижаты к витиеватым трубам завода. Химический завод представлял собой лабиринт стальных труб, креплений и ржавых цистерн.
Мы протиснулись вглубь конструкций химического монстра. Использование элементов конструкций завода было нашим единственным шансом выжить.
Сойка с невероятной грацией и мастерством владела ножами. Она перепрыгивала через металлические трубы, используя их в качестве точек опоры и парируя атаки сектантов. Каждый из ее ударов был хореографией смерти, где ножи в ее руках становились ее продолжением.
Наконец, я обнаружил место в стыке труб, откуда выходил сильно едкий дым и слабое пламя. Я выстрелил в эту точку и вскоре воздух наполнился ядовитым облаком. Ужасные звери, стражи секты, задыхались и падали на землю.
Я забрался наверх стальных лабиринтов завода, чтобы посмотреть поверх ядовитого облака, сколько еще осталось живых сектантов. Их оставалось еще несколько человек. Но среди них я увидел их главаря. Он неумолимо шел на едкое облако. Казалось, что ему вообще оно никак не угрожает. В следующее мгновение он уже прошел через него и оказался перед Сойкой.
Я выстрелил в Джакса, но он продолжал идти, не чувствуя картечи, с каждым шагом приближаясь к Сойке. Сойка была готова сразиться с ним лицом к лицу. Она вращала свои ножи с быстротой и ловкостью, делая резкие выпады, пытаясь проникнуть сквозь броню и нанести решающий удар. Но Джакс был слишком быстр и силен.
Напряжение нарастало с каждым мгновением. Я видел в глазах Сойки решимость и отчаяние, но она не сдавалась. Она продолжала атаковать, в надежде изменить ход событий.
Однако внезапно все изменилось. Мощным ударом роботизированной руки Джакс попал в Сойку. Я услышал звук ломающихся костей и ее тело беспомощно рухнуло на землю.
В течение мгновения все замерло. Я увидел, как она падает, бездыханная, на холодный бетон завода. Мое сердце остановилось, видя потерю соратницы.
Оказавшись на грани отчаяния, я попытался отступить, но оступился и не смог удержаться. Я кувырнулся и упал на люк цистерны, стоящей неподалеку. Под моим весом ржавый люк продавился, и я провалился внутрь цистерны.
С ежесекундным истощением я чувствовал, как силы покидают мое тело. Смертельные испарения проникали в мои легкие, забирая последний воздух. Мне казалось, что я стал частью этого безжалостного завода, неразрывно связанным с его разрухой и мраком.
До меня доносились глухие обрывки фраз сектантов снаружи:
Готов свежак, сварился, не успели загнать кабанчика.
Постепенно глаза мои закрывались, и я провалился во мрак токсичной дремы.
Не знаю сколько прошло времени, но я проснулся от химического дурмана. Сверху на меня падал луч солнца. Когда я упал на ржавый люк, то нарушил герметизацию цистерны. Самой химической жидкости почти не было внутри, может быть несколько сантиметров. А токсичные пары выветрились в открытый люк.
Я начинаю вспоминать прошедшие события. Сойка! Начинаю оглядываться по сторонам в полутьме цистерны. Вижу железные перекладины. Да, точно, это лестница для того, чтобы можно было спускаться в цистерну и чистить ее изнутри. Сил у меня почти нет. Каждая ступенька дается с большим трудом. Чувствую жжение по всему телу. Ожоги от лежания в химикатах. Но что странно, обычный человек с такими ожогами не то что ходить, встать бы не смог.
Выбираюсь на крышу цистерны. И только сейчас понимаю, как сильно меня мучает жажда. Рюкзак? Рюкзак за спиной, как и был, только весь пропитался токсичной жидкостью. В рюкзаке есть фляжка с живцом. Пью живец. Живительное тепло растекается внутри. Даже мерзкий носочный запах кажется не таким мерзким. Лежу, смотрю в небо.
Такое ощущение, что я выпил какой-то волшебный напиток. Мне реально становится легче. Вспоминаю методичку по Стиксу. В Улье у иммунных все заживает гораздо быстрее. Переворачиваюсь на живот, подползаю к краю цистерны, смотрю вниз. Тела Сойки не вижу. Наверное, сектанты увезли с собой… Переворачиваюсь на спину.
Лежу и смотрю в небо.
Высоко надо мной плыли лишь редкие облака, измятые ветром. Солнце, отправляя свои теплые лучи в пространство, старалось согреть меня. Они проникали сквозь облака и окутывали меня своим ласковым теплом. Наблюдая далеко в вышине беззаботно летающих птиц, я ощущал лишь тихую зависть. Они, в отличие от меня, были свободны в своих полетах, а не привязаны к жестокой реальности. Беспечно паря надо мной, они казались маленькими точками на фоне голубого неба.