Страница 9 из 70
Глава 6
Платон
Поначалу я ощутил небывалое облегчение, будто гора с плеч свалилась. Уже полгода как я живу с мыслью, что от меня родила какая-то незнакомая женщина. Женщина, которую я так и не смог отыскать, сколько ни пытался. И мой брат Гордей предоставил мне неопровержимые доказательства в виде результатов исследований клиники, где мы оба сдавали на хранение биоматериал, который по грубейшей ошибке персонала передали не в те руки. Так что я по сей день не сворачиваю поиски матери своих возможных детей.
Но карты Надин дали мне надежду, всего на мгновение. У меня нет никаких детей. Во всяком случае, пока..
А потом я пришел к выводу, что тем самым просто хочу выдать желаемое за действительное.
Гадание – редкостная чушь. А метод Надин – всего лишь способ психологического воздействия на клиента с целью заинтересовать его, сказать то, что он желает услышать, и дать ему призрачную надежду.
Спасибо, конечно, но я пас.
Надин не дала мне выразить свой скепсис, который ясно читался по моему лицу. Хозяйка салона только на меня глянула, как сразу поняла, и объяснять не пришлось, что зря она ко мне со своим гаданием прицепилась, как тот самый буйный и голодный клещ по весне.
— Давайте перейдем к анкете, – предложила она деловито, а карты собрала со стола, сложила ровной стопочкой, перекинула между руками на манер заправского шулера и отложила в сторону.
Посмотрел на них как на ядовитую змею. Передернул плечами даже. Пусть подальше от меня лежат. Это гадание ко мне не имеет никакого отношения – и точка.
— Давно пора, – обжег ее недовольным взглядом, и ей просто повезло, что я человек сдержанный и вежливый – не привык посылать людей по известному направлению.
А очень, если честно, хотелось. Но всё, что я сделал, это поерзал на стуле и вперил в Надин тяжелый, многозначительный взгляд, который говорил не хуже слов.
— Итак, Платон, обещаете быть честным? – Хозяйка занесла руки над клавиатурой и вопросительно глянула на меня.
Глаза светились теплотой и дружелюбием.
— Готов, – кивнул ей коротко и стал ждать опроса, который последовал незамедлительно.
Она выспросила у меня всё про возраст, родню, работу, увлечения. Говорила уверенно и четко, и этот подход вызвал у меня гораздо больше уважения, чем какие-то там карты.
Цифры и ясные факты – это по мне. Здесь я как рыба в воде. С цифрами и фактами работать гораздо удобнее, результат более точный, а анализ – эффективный.
Так что и вердикта после опроса я ждал конкретного и не расплывчатого. Смотрел на нее в ожидании и вдруг понял, что опрос меня утомил. Аж взмок весь с непривычки оттого, что практически вывернул душу перед чужим человеком.
Не заметил, как под шумок снял пиджак, идеально завязанный галстук остался в прошлом, и я даже рукава рубашки закатал, настолько втянулся в процесс.
— Вот что, Платон, вам будет необходимо изменить свое расписание, – огорошила меня мадам, – иначе не видать вам невесты, а тем более жены, как своих ушей.
— Это почему это? – я взвился, возмутиться захотелось, и даже какая-то обида проскользнула.
Чем это я плох?! Я вот, честно говоря, думал, что мне выдадут готовые портфолио подходящих невест, и я пальцем тыкну в тех, кто мне понравится. А тут, оказывается, надо что-то менять, да еще и расписание, за которое я держусь как за основу своего мироздания.
Без него я ничего не успею! Без расписания и четкого распределения времени будет хаос. Как она этой простой истины не понимает?!
— А вы сами посудите, – она всмотрелась в экран компьютера, где перед ней была заполненная анкета, – работаете вы на убой. Добавим сюда внеурочные встречи, командировки, переговоры, сертификации, дополнительное обучение. Я ничего не забыла?
— Нет, – поморщился я, не понимая ее посыла, – а что не так?
— Подождите, Платон, не так быстро. К выводам мы позже перейдем. Спорт, плавание, прогулки, бег, шахматы – это у вас всё на неделе, а на выходных – еще и лыжи зимой, а летом – серфинг, яхтинг.
— Именно, – снова кивнул, – иначе откуда мне брать энергию на работу, если я не буду заниматься спортом? А что не так с серфингом и лыжами? Я это совмещаю с путешествиями.
— Что-то вы в этих путешествиях себе девушку не нашли, – проворчала она, – но к вашим пожеланиям насчет невесты мы еще перейдем. Платон, с таким графиком, как у вас, просто некуда впихнуть свидания. У вас нет времени даже на встречи с потенциальными невестами, я не говорю уже про жену и детей.
Я нервно сглотнул. Во мне вопило отрицание. Не хотелось соглашаться. Хотелось запротестовать и сказать, что детей я сделал – помимо воли – так уж сложилось. Даже усилий прилагать не пришлось. Но я промолчал, желая услышать продолжение. Показалось, что я сейчас на крючке рыболова, который умелым движением подтягивает меня к себе за леску.
— Вам придется изменить расписание, Платон, иначе никак, – вздохнула Надин и участливо улыбнулась. – Когда люди хотят похудеть, они меняют режим питания, а кто надеется на волшебную таблетку, тот – форменный глупец. Но вы же не такой, вы же понимаете, как это работает?
Понимаю. Я очень даже понимаю, как работает техника ее убеждения. Пассивная агрессия, как она есть. Но что поделать – со мной тоже сработало. Я ж не глупец, я ж человек разумный.
— Я могу прислать к вам свою секретаршу. Я не занимаюсь своим расписанием, – холодно процедил, разрываясь между желанием найти жену и оставить всё как есть и ничего не менять.
— Никакой секретарши, – замотала головой хозяйка, – это ваша жизнь, Платон. Никакие посторонние не должны принимать в ней участия.
— А как же вы? – заметил я резонно и приподнял бровь.
— А я же разве посторонняя? Сваха – она же как мама. Как теща, – хмыкнула она и растянула губы в улыбке, – как самая лучшая подруга. Или врач. А еще и психолог. Всё в одном флаконе. Мадам Надин плохого не посоветует.
Глава 7
Платон
— Так что же вы мне советуете делать? Изменить свой график ради свиданий? Ходил я на свидания, между прочим, – довел до ее сведения, – у меня было девять неудачных свиданий.
— Интересно, очень интересно, – она побарабанила пальцами по краю столешницы и откинулась на спинку кресла, – и почему же они были неудачными? Надо же, целых девять, серьезный случай, – удивленно бормотала она, заставляя себя чувствовать необычным подвидом птицы, которую обнаружил орнитолог и теперь рассматривал с научным интересом.