Страница 53 из 68
— Мы хотим открыть центр поддержки семей, — сказала Инга. — Чтобы люди могли приходить, общаться, получать помощь. Не только финансовую, но и психологическую.
— Это дорого, — заметила Ольга. — Но мы попробуем найти спонсоров.
— Я знаю одного бизнесмена, который хочет помочь, — сказала Татьяна. — Он видел наш репортаж, хочет встретиться.
— Отлично, — кивнула я. — Давайте встретимся.
Мы работали, и я чувствовала, как внутри меня растёт уверенность. Мы можем. Мы сделаем. Мы поможем.
Через месяц наш центр открылся. Небольшое помещение в центре города, где мы могли принимать людей, проводить встречи, организовывать группы поддержки. Мы пригласили психологов, юристов, социальных работников. Люди приходили, и я видела, как их глаза загораются надеждой.
— Вы не представляете, что вы сделали, — сказала мне одна женщина, мать двоих детей, потерявшая мужа. — Я не знала, как жить дальше. А вы дали мне надежду.
— Мы просто делаем то, что должны, — ответила я, и эти слова стали нашим девизом.
Я стояла у окна нашего центра, смотрела на улицу, на людей, которые шли мимо, и думала о том, как изменилась моя жизнь. Несколько недель назад я была девушкой, которая потеряла подруг, которая не знала, как жить дальше. А теперь я была частью чего-то большего. Частью движения, которое помогало людям. Частью надежды.
— Ты справляешься? — спросил Алексей, подходя ко мне.
— Справляюсь, — ответила я. — Мы справляемся.
Он взял меня за руку, и я чувствовала тепло его пальцев. Он был рядом. Всегда. И это давало мне силы.
— Я горжусь тобой, — сказал он. — Ты прошла такой путь. От жертвы до человека, который помогает другим.
— Я не одна, — ответила я. — У меня есть ты. Есть подруги. Есть те, кто верит в нас.
— Но ты — та, кто начала. Ты — та, кто не сдалась.
Я посмотрела на него, и в его глазах я увидела любовь, гордость, уважение. И я поняла, что он прав. Я изменилась. Не потому, что забыла. А потому, что научилась жить с этой болью. Научилась делать её частью себя, но не давать ей уничтожить себя.
— Давай работать, — сказала я. — Нас ждут.
Мы вернулись в комнату, где кипела работа. Инга обсуждала с журналистами новую публикацию, Кристина отвечала на сообщения в соцсетях, Ольга сверяла отчёты. Татьяна разговаривала с женщиной, которая только что пришла к нам впервые.
Я села за свой стол, открыла ноутбук. Новые письма, новые запросы, новые возможности. Я отвечала, планировала, организовывала. И чувствовала, как внутри, вместе с болью, растёт что-то ещё. Уверенность. Сила. Жизнь.
Вечером, когда все разошлись, я осталась в центре одна. Смотрела на стены, на плакаты, на фотографии тех, кого мы помогали. И думала о них. О Маше, Жене, Лере. О том, как они обрадовались бы, увидев, что я делаю. О том, как они гордились бы мной.
— Я помню вас, — прошептала я. — Я всегда буду помнить. И я буду делать всё, чтобы другие помнили. Чтобы не забывали. Чтобы надежда жила.
В дверь постучали. Я обернулась — на пороге стоял Алексей.
— Ты не ушёл? — спросила я.
— Ждал тебя, — ответил он. — Пойдём домой.
— Пойдём.
Мы вышли на улицу. Город сиял огнями, и где-то далеко мигали огни самолётов, заходящих на посадку в аэропорту. Я смотрела на них и думала о том, что когда-то эти огни вызывали у меня только боль. Теперь они вызывали надежду.
— Алексей, — сказала я, когда мы шли по заснеженной улице.
— Да?
— Спасибо тебе. За то, что ты рядом. За то, что веришь в меня. За то, что помогаешь.
— Не за что, — он сжал мою руку. — Я с тобой. Всегда.
Мы шли по заснеженному городу, держась за руки, и я чувствовала, как внутри, вместе с болью, растёт что-то ещё.