Страница 51 из 68
Глава 14
Идея создать волонтёрскую группу родилась неожиданно, как это часто бывает с самыми важными решениями. Мы сидели вчетвером на кухне у Инги, пили чай, перебирали в памяти события прошедших недель, и вдруг Кристина сказала:
— Мы не можем просто сидеть и ждать. Мы должны что-то делать.
— Что мы можем? — спросила Ольга, и в её голосе не было сомнения, только желание понять.
— Не знаю, — призналась Кристина. — Но что-то. Помогать тем, кто ждёт, как мы. Тем, кто потерял близких. Тем, кто не знает, как жить дальше.
Я смотрела на подруг и чувствовала, как внутри загорается что-то, что я считала давно погасшим. Огонь. Желание действовать. Не сидеть сложа руки, не погружаться в отчаяние, а делать. Делать хоть что-то.
— Я знаю, — сказала я, и слова вырвались сами. — Мы можем создать волонтёрскую группу. Помогать семьям пропавших. Собирать средства на поиски. Привлекать внимание. Чтобы они не забывали. Чтобы искали. Чтобы не останавливались.
Подруги посмотрели на меня. В их глазах я увидела то же, что чувствовала сама. Надежду. Решимость. Желание действовать.
— Давай, — сказала Инга. — Я с тобой.
— И я, — кивнула Кристина.
— Я тоже, — добавила Ольга.
Мы сидели за столом, четыре женщины, которые потеряли самое дорогое, но не сломались. И мы решили: мы будем помогать. Будем делать то, что можем. Будем надеяться.
Я рассказала Алексею о нашей затее вечером, когда он вернулся с дежурства. Он сидел на кухне, пил чай, а я стояла у плиты, готовила ужин.
— Мы решили создать волонтёрскую группу, — сказала я, помешивая суп. — Помогать семьям пропавших. Собирать средства на поиски.
Он замер, и я почувствовала его взгляд на своей спине.
— Это хорошая идея, — сказал он, и в его голосе не было удивления, только поддержка.
— Ты не против?
— Почему я должен быть против? — он подошёл, обнял меня сзади. — Я горжусь тобой. Вы не сидите сложа руки, вы действуете. Это.. это важно.
— Ты поможешь? — я повернулась к нему. — Юридически? Мы не знаем, как оформлять документы, как привлекать средства, как..
— Помогу, — перебил он. — Всё, что смогу. Я поговорю с коллегами, узнаю, какие нужны разрешения. Найду юриста, который поможет с оформлением. Мы сделаем всё правильно.
— Спасибо, — я поцеловала его в щёку. — Ты даже не представляешь, как это для меня важно.
— Представляю, — он улыбнулся. — Я вижу, как загорелись твои глаза. Ты снова живая. Не та, которая ждёт и надеется, а та, которая действует.
Он был прав. Я чувствовала, как внутри просыпается что-то, что спало все эти дни. Энергия. Желание делать. Не быть жертвой обстоятельств, а быть человеком, который может помочь. Который может изменить хоть что-то.
Мы начали на следующий же день. Собрались у Инги, вооружились ноутбуками, телефонами, блокнотами. Алексей пришёл после дежурства, принёс папку с документами, контакты юриста, который согласился помочь на безвозмездной основе.
— Первое, что нужно сделать, — сказал он, раскладывая бумаги на столе, — зарегистрировать организацию. Это не быстро, но мы можем начать действовать как волонтёрская группа без официального статуса. Главное — правильно оформлять все сборы средств, чтобы не было проблем с законом.
— Мы не хотим проблем, — сказала Инга. — Мы хотим помогать.
— Тогда нужно открыть счёт, на который люди смогут переводить деньги. Я помогу с этим. Также нужно будет вести отчётность — сколько собрали, на что потратили. Это важно для доверия.
— Мы справимся, — кивнула Ольга. — Я разбираюсь в финансах.
— Отлично, — Алексей улыбнулся. — Тогда давайте распределять задачи.
Мы работали весь день. Инга взяла на себя связи со СМИ — она работала в этой сфере и знала, как привлечь внимание. Кристина занялась социальными сетями — создала страницы группы во всех платформах, написала первые посты. Ольга взялась за финансы — открыла счёт, подготовила формы для отчётности. Я отвечала за координацию — связывалась с семьями пропавших, узнавала, какая помощь нужна, собирала информацию.
Алексей помогал с юридическими вопросами, консультировал, подсказывал. Он был рядом, и его спокойствие, его уверенность передавались нам.
— У вас получается, — сказал он вечером, когда мы закончили. — Это важно. То, что вы делаете.
— Мы надеемся, — ответила я. — Надеемся, что сможем помочь.
Первые дни были самыми трудными. Мы звонили в семьи пропавших, и каждый звонок был испытанием. Голоса людей, которые потеряли близких, их слёзы, их надежда — всё это возвращало меня в те первые дни, когда я сама не знала, как жить дальше.
— Здравствуйте, меня зовут Даша, — говорила я в трубку. — Я представляю волонтёрскую группу помощи семьям пассажиров рейса 7312. Мы хотим помочь.
— Помочь? — голос женщины на том конце провода был слабым, усталым. — Кто вы? Почему вы звоните?
— Мы тоже потеряли близких на этом рейсе, — говорила я, и эти слова были правдой. — Мои подруги летели тем самолётом. Мы знаем, что вы чувствуете. Мы хотим поддержать вас. Организовать сбор средств на поиски. Привлечь внимание к нашей истории. Чтобы не забывали. Чтобы искали.
Женщина плакала, и я плакала вместе с ней. Но после разговора я чувствовала, что сделала хоть что-то. Что-то важное.
Кристина создала страницы в социальных сетях, и они начали набирать подписчиков. Люди писали слова поддержки, делились историями, предлагали помощь. Инга связалась с журналистами, и о нас начали писать. Небольшие заметки в местных газетах, потом сюжеты на телевидении, потом статьи в федеральных изданиях.
— Это растёт, — сказала Инга, показывая мне статистику. — Люди откликаются. Они хотят помочь.
— Они не хотят забывать, — ответила я. — Как и мы.
На счёт стали приходить первые переводы. Небольшие суммы — кто-то переводил сто рублей, кто-то тысячу, кто-то десять тысяч. Но каждая копейка была важна. Мы отправляли деньги на поисковые работы, на поддержку семей, на психологическую помощь.
— Вы молодцы, — сказал Алексей, когда я показала ему отчёт за первую неделю. — Вы сделали больше, чем многие официальные организации.
— Мы просто делаем то, что должны, — ответила я. — Мы не можем сидеть сложа руки.
Он обнял меня, и я чувствовала, как его тепло согревает меня. Не только физически — морально. Я знала, что он рядом. Что он поддерживает. Что он верит в нас.