Страница 10 из 68
— Нет, — прошептала я. — Нет-нет-нет-нет-нет.
Я вскочила со стула, опрокинув его. Грохот, наверное, был слышен на весь этаж, но я не обратила внимания. Я схватила телефон и бросилась в свою комнану.
Пальцы дрожали так, что я едва попадала по экрану. Новостные сайты — все, какие только могла вспомнить. Я открывала их один за другим, и везде было одно и то же: «Самолёт пропал с радаров», «Связь потеряна», «Поисковая операция готовится».
— Этого не может быть, — твердила я, листая страницы. — Этого просто не может быть.
Я набрала номер Инги. Гудки. Один, второй, третий. Четвёртый. Пятый.
— Даш, я только что.. — начала она, но я перебила.
— Ты видела новости? — мой голос сорвался на крик. — Ты видела?!
— Видела, — голос Инги был странно спокойным, словно она ещё не до конца осознала, что произошло. — Но это не значит, что..
— Самолёт пропал! Потеряна связь! Они летели на нём! Маша, Женя, Лера — они там!
— Даш, успокойся. Мы не знаем ещё..
— А что мы знаем?! — закричала я. — Что мы знаем, Инга?! Что они не отвечают на звонки, что самолёт исчез с радаров, что..
— Даша! — голос Инги стал твёрже. — Дай мне договорить. Сейчас в новостях только предварительная информация. Может быть, это технический сбой. Может быть, они уже сели, просто не выходят на связь. Ты же знаешь, как это бывает — паника, а потом оказывается, что всё в порядке.
— А если нет? — спросила я, и в голосе моём не было силы. Только страх.
— Если нет.. — Инга запнулась. Я услышала, как она всхлипнула. — Если нет, мы будем ждать. И надеяться. Это всё, что мы можем.
Она плакала. Инга, которая никогда не плакала, которая была самой сильной из нас, которая всегда говорила «всё будет хорошо», — она плакала в трубку тихо, сдавленно, как будто боялась, что я услышу.
— Инга, — прошептала я, и слёзы наконец хлынули из моих глаз. — Инга, что же это такое?
— Не знаю, Даш. Не знаю.
Мы молчали. Я слышала её дыхание, чувствовала, как она пытается взять себя в руки. И не могла помочь. Потому что я сама рассыпалась на куски.
— Надо позвонить Кристине и Ольге, — наконец сказала Инга. — Они не знают. Кристина вчера была в больнице, они могли не видеть новости.
— Я позвоню, — сказала я. — Ты.. ты как?
— Позвоню родителям, — голос Инги был глухим, словно она говорила из-под воды. — И в авиакомпанию. Узнаю, что известно.
— Я тоже позвоню.
— Даш, — она помолчала. — Ты там.. ты одна. Ты как?
— Я не знаю, — честно ответила я. — Я не знаю, как я.
— Держись. Мы справимся.
Она отключилась, и я осталась одна в этой маленькой комнате с телефоном в руке, с мокрым лицом и с единственной мыслью, которая пульсировала в голове: они там. Они в том самолёте. Они там, и я здесь.
Я набрала номер авиакомпании. Горячая линия была перегружена — автоответчик вежливо сообщил, что все операторы заняты, и предложил ждать на линии. Я ждала. Минуту, две, пять. В наушнике играла приторная музыка, и я ненавидела её каждой клеткой своего тела.
Наконец, после десяти минут ожидания, раздался голос — женский, усталый, с нотками фальшивого спокойствия:
— Авиакомпания «Северные крылья», здравствуйте. Чем я могу вам помочь?
— Рейс 7312, — выпалила я. — Вчера, 24 декабря, вылет из.. в.. Что с ним?
— Секунду, — оператор что-то щёлкнула. — Вы родственница пассажира?
— Да, — сказала я, и это было правдой, потому что подруги — это семья, которую выбираешь сам. — У меня там три подруги. Они летели этим рейсом.
— Ваше имя и данные пассажиров?
Я продиктовала. Оператор что-то долго вбивала в компьютер, и тишина в трубке становилась всё более зловещей.
— По предварительной информации, рейс 7312 не вышел на связь в установленное время, — наконец сказала она. — В настоящее время ведутся поисково-спасательные работы. Информация будет обновляться на нашем сайте. Рекомендую вам следить за новостями.
— Это всё? — спросила я, чувствуя, как во мне закипает бессильная ярость. — Вы не можете сказать мне ничего больше?
— На данный момент, к сожалению, нет. Приношу свои извинения. Если у вас есть дополнительные вопросы..
Я сбросила звонок. Сжимала телефон так, что побелели пальцы. Извинения. Они приносят извинения. Словно это какой-то технический сбой, словно я жалуюсь на задержку багажа.
Я заставила себя глубоко вздохнуть. Не сейчас. Сейчас нужно позвонить Кристине и Ольге.
Кристина ответила не сразу. Я слышала в трубке больничный гул — голоса, шаги, где-то объявляли вызов врача.
— Даш? — голос у Кристины был слабым, но в нём чувствовалось удивление. — Ты чего? Поздно же.
— Крис, ты видела новости? — спросила я, стараясь говорить ровно.
— Новости? Нет, у меня тут телефона почти не было, я только сейчас его включила. А что случилось?
Я закрыла глаза. Сказать ей. Как сказать ей?
— Крис, самолёт.. тот, на котором улетели Маша, Женя и Лера.. он пропал. Потеряна связь. Его ищут.
Тишина. Такая долгая, что я испугалась, не отключилась ли связь.
— Крис? Ты слышишь?
— Слышу, — голос Кристины стал чужим, каким-то далёким. — Как пропал? Что значит пропал?
— Не вышли на связь. Исчез с радаров. В новостях говорят..
— Какие новости? — в голосе Кристины появилась истерическая нотка. — Даш, какие новости?! Они же летели.. они же должны были прилететь..
— Должны были, — сказала я. — Я не знаю, что случилось. Я звонила в авиакомпанию, они ничего не говорят.
— А Маша? Женя? Лера? Ты им звонила?
— Не дозвониться. Телефоны недоступны.
Кристина зарыдала. Я слышала, как она плачет, как её голос ломается, как она пытается что-то сказать и не может. И я не могла её утешить, потому что сама была на грани.
— Крис, послушай, — сказала я, когда плач немного утих. — Ты сейчас в больнице?
— Да, меня только что осмотрели, сказали, что можно ехать домой. Ольга за мной приедет.
— Ты с ней свяжись. Вы вместе. И.. не смотри новости. Пока не надо.
— Как я могу не смотреть? — всхлипнула она. — Они там..
— Я позвоню, как только что-то узнаю. Хорошо? Ты сейчас нужна себе. Ты после аварии. Береги себя.
— Даш, — она вдруг замолчала, а потом спросила тихо-тихо: — А если бы ты полетела? Если бы тебя не обокрали? Ты была бы с ними.
Слова ударили меня, как пощёчина. Я открыла рот, но не смогла ничего сказать. Потому что она была права. Если бы меня не обокрали, я была бы в том самолёте. Я сидела бы рядом с Машей, или с Женей, или с Лерой. Я была бы там.
— Крис, — выдавила я наконец. — Я сейчас не могу об этом думать. Пожалуйста.
— Прости, — она всхлипнула. — Прости, я не хотела..