Страница 64 из 101
– Я слеп, друг мой, и мне не удержать пера в руках. Возможно, ты сам однажды будешь странствовать и к старости накопишь достаточно знаний, чтобы поделиться ими со всеми. Кстати, однажды я уже помогал кому-то писать книгу, представляешь? Хе-хе… Жаль, только, не помню, о чем она была… О-о, посмотри во-о-н туда. Кажется, там что-то лежит.
Жу Пень не стал выяснять, откуда старик узнал об этом, но, наклонившись к обломкам каменной плиты саркофага, он нашел неповрежденный деревянный ящик. Тот был достаточно большой, с руку длиной, и оказался довольно увесистым, когда парень поднял его.
– Тут этот, чтоб его, ящик! Целехонький.
Ши-Фу немедленно присел рядом.
– На нем есть что-нибудь? Знаки, символы?
– Кажется, да. Здесь нарисован меч, воткнутый во что-то странное. Может, это холм? Или гора?
– Нет-нет, – сказал монах. – Это кучка соли.
– Соли? Точно! – Малыш поставил ящик и хлопнул себя по лбу. – Братство Соленого берега! Злобные пираты, я вспомнил! Я уже видел этот знак. Такой же был на рукаве одного нашего отвратительного дружка, Хай Зу. Ух, чтоб ему, это, пусто было.
– Открывай, посмотрим, что внутри.
Жу Пень вонзил мясистые пальцы в щель под приколоченной крышкой и как следует потянул. Раздался скрип гнущихся гвоздей, в нос и глаза ударила пыль и щепки. Прокашлявшись, Малыш подставил ящик под свет и присвистнул.
– Ну? Что там, юный Зю Фень?
– Здесь… ох, – голос юноши казался разочарованным. – Тут всего лишь всякое тряпье. Ничего ценного.
– Тряпье?
– Ну эта, одежда то бишь. Платье синее, девчачье, – он начал по очереди вынимать содержимое ящика. – Зеленый халат. Погоди-ка! Неплохой, кстати! Ого, из шелка! Такой можно неплохо продать у старушки Шимаги…
– Не отвлекайся, что еще там есть?
– Накидка меховая. Три.
– Дальше, дальше.
– Какие-то не то тряпочки, не то повязки. Тоже зеленые, хе-хе. Ох… – Жу Пень озадаченно покосился на старика. – Тут несколько ряс.
– Ряс? – спросил Ши-Фу, в удивлении выгнув кустистые брови. – Каких ряс?
– Ну, этих, монашеских. Как у тебя. Желтых.
Старик раздвинул края плаща, под которым скрывалась его одежда. Совсем такая же, как и описал Малыш.
– М-да. Все это очень подозрительно. А ну-ка, дай-ка мне ее потрогать, – Ши-Фу долго ощупывал рясу, что-то бормотал, без конца хмурился. – Они точно сшиты в храме Семи ветров.
– Как ты узнал?
– Я сам ткал такие много лет. Точно из такой же шерсти, собранной с овец, что пасутся на сочных зеленых лугах вокруг храма. Сомнений нет. Пойдем дальше, мой друг.
Жу Пень поднял к нему вопросительный взгляд.
– Что делать с одеждой?
– Брось ее. У нас теперь есть кое-что куда более ценное.
– Что же, мастер?
Ши-Фу подмигнул ему.
– Пища для размышлений!
Малыш с сожалением покосился на зеленый халат, прикинул, что пища для размышлений наверняка стоит меньше, чем такая вещица, и быстренько засунул находку за пазуху. Нагнав ушедшего далеко вперед старика, он спросил:
– Что ты понял, мастер Ши-Фу? Я совсем запутался!
– Можешь вспомнить, – вместо ответа задал вопрос монах, перебравшись через поваленную колонну, – какая обстановка была тут, когда вы с юным Ляо пришли?
– Ну-у, – Жу Пень перекатился через препятствие, стянул с головы пропотевшую косынку и поскреб затылок. – Здесь, значится, было много этих, ну, каменных штук…
– Саркофагов?
– Точно, сафрокаков! На них стояли ящики, инструменты… и одежда! Тоже всякая разная. Да даже броня была, совсем как у воинов из охраны дома Кайсин. Синяя такая… Вот же глупый Жу Пень! И почему я сразу не понял, что это оно?!
– Ты не мог знать наверняка, не кори себя, – сказал Ши-Фу. – Все это очень странно. Запутанно, но и будто бы очевидно. Хм-хм.
Они остановились в конце зала, где имелся один выход в виде еще одной каменной арки. Оттуда потягивало прохладой. Ветер приносил запахи дождя и чего-то приятного. Вкусного. Желанного.
Это были ароматы свежей выпечки!
В животе Жу Пеня что-то отчаянно забурлило.
– Расскажи мне, мастер. Я что, зря, что ли, лазил по этим камням, как дзюкайская мартышка по соснам? Да еще и на голодный желудок!
– Давай сложим все, что нам известно. Из подслушанного вами разговора мы знаем, что ростовщик искал для кого-то компас У-Синь, и этот кто-то связан с посланником мага, евнухом Тейтамахом. Так?
– Так, – кивнул Жу Пень. – А потом этот Тейтамах сказал Лю, что и сам давно искал зеркало для Нефритового мага.
– А это значит..? – заговорщически подмигнул старик.
– Эм-м, что ростовщик работает на мага, – пожал плечами Малыш. – Это я уже давно понял.
– А понял ли ты, что здесь, в этом самом месте, у них было логово? Склад! И что здесь хранилась самая разная одежда, в которую можно переодевать своих людей, исходя из текущих нужд? Например, скажем… в монахов.
– О духи!
– Или в солдат имперской стражи. А то и в гвардию рода Мао. М-м? Что думаешь?
– Получается, что… – Жу Пень не выдержал накала размышлений и сел на осколок огромного булыжника. – Не было никаких монахов! Там, ну, на свадьбе, были переодетые люди мага!
– Верно, мой юный друг! – Ши-Фу принялся мерить подземелье шагами. – В час своего триумфа, когда весь народ ликовал и умолял его о спасении от засухи, маг пытался избавиться от Императора, чтобы остаться в глазах всех зрителей единственным человеком, способным провести их сквозь темные времена.
– Он хочет стать Императором?! О духи…
– Возможно. Это пока еще догадки. Однако тут нам поможет наш хмурый друг.
– Ты говоришь про… Лю?
– Про Си Фенга, глупыш! Про телохранителя, убившего собственного господина. Его одурманили, и нужно как-то помочь ему вспомнить, кто сделал с ним это.
– Но ведь, это очевидно, мастер! Это точно был тот мерзкий Тейтамах, чтоб его. Ну или его, эти, прихвостни.
– Надеюсь, Си Фенг подтвердит наши догадки. Но что, если мы попробуем узнать, что случилось с ним после того, как его разум поработили? Что он видел и слышал? М-м?
– Наверняка что-то интересненькое! – воскликнул Жу Пень, хлопнув в ладоши. – Но разве такое возможно?
Монах потер руки в предвкушении.
– Если знаешь нужную травку или грибочек, то возможно все!
Ветер вновь принес сводящие с ума запахи хлеба. Снова заворчал живот. На этот раз у Ши-Фу. Старик хлопнул себя по тощим бокам и потянулся.
– Засиделись мы тут с тобой. Пора бы и подкрепиться.