Страница 6 из 7
Глава 3
Варя появилась в дверях купе с Машенькой на руках. Девочка спала, уткнувшись лицом в материнское плечо. Варя кивнула мужу в сторону тамбура. Никитин понял, вышел следом.
В тамбуре пахло холодным ветром, паровозным дымом и машинным маслом. Окно было приоткрыто – кто-то курил здесь недавно, окурки валялись на полу. За окном проносилась ночь, черная, беззвездная. Поезд грохотал на стыках рельсов.
Варя прислонилась к стене, качая Машеньку. Говорила вполголоса:
– Что там случилось?
– Убийство, – Никитин достал папиросу, закурил. – Мужчину зарезали. В соседнем купе.
– Боже мой… – Варя поежилась. – И кто… кто это мог сделать?
– Не знаю. Женщина, которая ехала с ним, говорит, что крепко спала. Ничего не видела, не слышала.
– Как это – ничего не слышала? – Варя нахмурилась. – Человека убивают в метре от нее, а она спит?
– Говорит, валерьянку приняла.
Варя хмыкнула:
– Я в первые дни, как Машеньку домой принесла, эту валерьянку ведрами пила – и все равно плохо спала.
Варя молчала, глядя в окно. Потом тихо добавила:
– Аркаша, это не наше дело. Ты в отпуске. Пусть милиция разбирается.
– Я знаю, – Никитин затянулся, выдохнул дым в окно. – Я и не собираюсь лезть.
– Хорошо, – Варя кивнула, но в голосе ее звучала тревога. – Только… Аркаша, мне наш сосед не нравится.
Никитин посмотрел на нее.
– Почему?
– Не знаю. Какой-то он… недобрый. И смотрит как-то… – Варя поискала слова. – Как волк. Знаешь, когда волк смотрит, но не нападает. Пока не нападает.
Никитин вспомнил, как сосед стоял в коридоре, глядя на купе с трупом. Спокойный, равнодушный. Будто видел такое сто раз.
– Мне он тоже не нравится, – признался Никитин. – Но это еще ничего не значит. Может, просто характер такой.
– Может быть, – голос Вари не звучал убежденным. – Только давай запирать дверь на ночь. Ладно?
– Ладно, – Никитин бросил окурок в окно, обнял жену за плечи. – Пойдем, Машка замерзнет.
Они вернулись в коридор. Около купе номер шесть уже столпилось трое мужчин в форме. Двое проводников из других вагонов и бригадир – коренастый, с седыми усами, в черном кителе с золотыми пуговицами. Он что-то записывал в блокнот, переговариваясь вполголоса.
Никитин подошел ближе, заглянул в купе. Труп все еще лежал на верхней полке. Лидии Петровны в купе не было.
– Ее переселяют, – сказал один из проводников, заметив взгляд Никитина. – В третий вагон, там есть свободное место.