Страница 32 из 66
Элена поцеловала его в лоб — быстро, по-матерински — и отступила. Карлос стоял рядом, прямой, с руками, сложенными перед собой. Он не говорил ничего. Но в его лице было то, что Джек когда-нибудь, много лет спустя, захотел бы нарисовать: спокойная, нерасчётливая любовь к человеку, которого ты нашёл в море и которого отпускаешь, не зная, вернётся ли. Джек поднялся на борт. Судно отошло от пирса медленно, разворачиваясь носом на север. Он стоял у борта и смотрел, как остров уменьшается — пальмы, белый берег, хижина с плетёными стенами, два маленьких силуэта на причале. Карлос и Элена стояли и смотрели ему вслед — неподвижно, пока судно не отошло достаточно далеко, чтобы их нельзя было различить. Потом остров стал просто тёмной полосой на горизонте. Потом — ничем. Впереди было море. За морем — Сан-Хуан. За Сан-Хуаном — Нью-Йорк. За Нью-Йорком — всё то, что он ещё не знал, но знал, что оно есть. Джек достал из-за пазухи свёрнутые рисунки, тронул пальцем парусину — убедился, что всё цело— и убрал обратно.
— Я иду, Роза, — сказал он снова, тихо, чтобы слышало только море. — Жди.