Страница 11 из 18
9
– Мой Король, к вашему возвращению я приготовил сюрприз, – кланялся Министр Тайн и Интриг. – Сегодня в Смрадной комнате всех нас будет ждать жемчужина подземелья, возлюбленная всех бродяг и уродов, хрупкая, невинная, беззащитная, но очень хотящая жить – девушка, которую все считают моей дочерью. Думаю, она скрасит нам этот вечер.
– Хорошо, мой верный слуга. Будь по-твоему, если тебе не жалко.
– Для услады Вашего Величества мне ничего не жалко. Обещаю – вы будете в восторге. Чем закончились ваши переговоры с Императором Востока?
– О, я думаю, он давно оставил свои безумные мысли о войне, – ответил Король, чуть улыбнувшись, – Император не настолько безрассуден, чтобы снова рисковать своими воинами. И собой. Он больше никогда не отважится напасть на наше королевство. Ему больше нравится видеть меня своим союзником.
– Рад это слышать. Я надеюсь, к вечеру вы успеете отдохнуть с дороги.
– Не волнуйся. Уж зрелище-то я ни за что не пропущу.
Король, кряхтя от усталости, проследовал в свою спальню.
Министр, оставшись один, гнусно ухмыльнулся и потер ладони.
***
В спальне пахло благовониями, которые заботливо зажгла Королева. Ее самой здесь не было – она знала, что после своих поездок Король предпочитает побыть один. На столе стоял кувшин с вином, а рядом – свежий ароматный хлеб, вяленое мясо косули и головка твердого сыра из коровьего молока. Король любил простую еду.
Он провел рукой по поверхности стола – это была его гордость. Сделанный из черепашьего дерева, он переливался всеми цветами радуги, был бархатным на ощупь и пах клубникой. Теперь таких деревьев уже не осталось в природе; этот стол был сделан из последнего.
Когда-то на этих деревьях жили летающие черепахи. Но во время одной из войн с Императором Востока враги сожгли их все до единого. Погибли и черепахи – добрые лупоглазые создания с большими крыльями и красивыми панцирями.
И однажды жестокий Император попал к Королю в плен. И Король, во власти которого было раз и навсегда расправиться со своим извечным врагом, пощадил его, сохранил ему жизнь и вскоре отпустил. Многие подданные встали на его сторону и прониклись его добротой, включая Министра Тайн и Интриг. Но только не Королева. Как же она была недовольна тогда! Такой обозленной он никогда ее больше не видел. Она кричала на него, обзывала словами, которых бы устыдился даже пьяный матрос, и говорила, что Императора лучше было бы тотчас казнить, мол, своих попыток завоевать это королевство он все равно не оставит. Король только снисходительно улыбался: женщины мало что понимают в политике.
Однако после этого между Королем и Императором наступило перемирие: последний признал силу и мощь войска своего соперника и пообещал отступить раз и навсегда. Король остался доволен. Время от времени они даже собирались вместе, чтобы напасть на другие земли. Так Король потерял врага и нашел соратника.
А с Королевой он потом помирился – подарил ей двух смешных карликов. Она накинула на них поводки и была абсолютно счастлива. Первое время они сопровождали ее почти всегда и везде, словно два мопса-переростка, бегая на четвереньках.
Король очень любил свою жену и не любил с ней ссориться.
***
Гости начали собираться задолго до начала представления. Они перешептывались и делали ставки: предугадать исход сегодняшней битвы было проще, чем обычно. Девушка, чей вес едва достигал веса одного барашка, вряд ли сумеет выстоять против злобного, потерявшего надежду соперника.
Уважаемые господа пришли в хорошем настроении.
А вот Ехидна, хорошо знающий, что такое подземелье, идти не хотел. Нечего ему смотреть на эти зверства! Принцесса настаивала: раз уж он теперь живет в замке, то обязан придерживаться образа жизни его обитателей. В конце концов, для него этот кошмар позади, а она будет сидеть рядом и даже может держать его за руку, чтобы ему не было так страшно. На том и порешили.
Труподети, напевая, приводили в порядок ее наряд, разглаживая каждую складку на ее черном пышном платье.
А Дракон в Смрадную комнату не ходил принципиально. Он всегда говорил, что предпочитает утонченные мучения, а здесь все слишком буквально и очевидно.
Ехидна нервничал. А вдруг с ним играют злую шутку и его чудесное спасение окажется всего лишь частью хитроумного плана, чтобы доставить ему еще и душевные страдания? И потом, когда он расслабится и ни о чем не будет подозревать, его выкинут на середину комнаты, вручив для защиты только зубочистку и яблочный огрызок?
Его лоб покрылся испариной. Не место ему среди этих важных, надушенных и разодетых господ. Он другой. Он бы выпустил всех пленников подземелья на свободу, а их угнетателей – ну, кроме Принцессы, – заставил бы день и ночь трудиться в полях.
Он сам не заметил, как его усадили на место среди остальных гостей. Принцесса ободряюще ему улыбнулась и надела на лицо маску лисицы. Ехидна посмотрел вокруг – в масках зверей были все. Какая-то карлица, внезапно оказавшаяся по левую сторону от него, протянула ему маску бобра.
Король хлопнул в ладоши три раза. Представление началось.
***
Первой на середину комнаты вышла светловолосая девушка – очень бледная, худая и испуганная. Она была одета в лохмотья, еле-еле прикрывающие наготу. В руке держала небольшой кинжал. Она осмотрелась, словно ища поддержки у невидимых покровителей. Но их не было.
Надзиратель толкнул ее в спину. Но она смогла удержаться на ногах.
Следом за ней вышел мужчина, по возрасту годившийся ей в отцы. Рядом с молодой красивой девушкой его дряблое, в кровоточащих язвах, тело выглядело еще более отвратительно. Мужчине обещали свободу, если он убьет девушку. Желание снова увидеть небо и почувствовать запах свежей травы уничтожило в нем всю жалость и сочувствие. Это там, в прошлой жизни, он был добрым крестьянином, не смевшим тронуть даже муху. Здесь же все было иначе.
Крепко сжимая палицу, насколько хватало сил, он пошел на девушку. Она подняла кинжал, чтобы защититься. Одним ударом по запястью он выбил маленькое оружие из ее руки. Кинжал отлетел в сторону, к ногам какой-то дамы.
Королева опустила взгляд вниз, разглядывая веер, лежащий на коленях. Принцесса крепко сжала руку Ехидны. Король смотрел равнодушно – для него, закаленного в многочисленных боях, не было разницы, кто бьется: люди или мастифы. Зато Министр Тайн и Интриг глядел во все глаза, подпрыгивая на месте от нетерпения.