Вокзал для двоих. Гараж

Глава 12

— Добрый день! — поприветствовал Олег студенток, одна из которых и в самом деле тихонько плакала, а вторая подругу по мере сил утешала, гладя при этом по плечу. — Старший лейтенант Ровнин. Мне бы вам пару вопросов задать. Нет, вижу, что не ко времени, но кто-кто, а вы, как будущие юристы, должны понимать, что работа есть работа.

— Конечно, — шмыгнула носом и вытерла слезинки одна из соседок Липкина, девушка симпатичная, хоть, на взгляд Ровнина, и немного полноватая. — Надо — значит надо.

— Само собой, — кивнула ее подруга, невысокая и черноволосая. — Тем более что Игорек нам всем не чужой был. Вот какая сволочь его так?

— Игорек? — переспросил Олег. — А это кто? И что с ним случилось?

— А вы разве не по поводу смерти Рябинина пришли? — уставились на него студентки. — Его сегодня утром убили. Нам Валерка из тридцатой только что рассказал.

— Слушайте, а у вас где тут курить можно? — поинтересовался Ровнин, который никогда не верил в совпадения, а потому мигом насторожился. — Только на выходе или на лестнице, если втихую, тоже? Просто чего в коридоре стоять, всем мешаться?

— Втихую — можно, если на пятом этаже, — кивнула утешительница. — А сигареткой угостите?

— Легко, — ответил оперативник. — Пошли?

На пятом этаже обнаружилась небольшая клетушка, расположенная рядом с закрытой на висячей замок решетчатой дверью, ведущей на чердак. Девушки привычно уселись на ступеньки, оперативник тут же пристроился рядом.

— Для начала надо бы познакомиться, — предложил он. — Я — Олег.

— Маша, — сказала брюнетка, вытягивая сигарету из предложенной мужчиной пачки.

— Аня, — сказала ее светловолосая подруга, которая, похоже, не курила.

— Вот и ладушки, — произнес Ровнин, щелкнув зажигалкой. — А теперь скажите мне, кто такой Игорь Рябинин и где его убили?

— А вы сами не знаете? — изумилась Маша, прикуривая. — Странно. Мы просто подумали…

— Я очень много чего знаю, у меня работа такая, — веско произнес оперативник. — Но по той же самой причине всегда хочу знать еще больше. Рассказывайте.

— Так, а что мы знаем? — глянула на него брюнетка. — Убили Игорька. Ну, еще Валерка сказал, что вроде в парке его нашли.

— В «Вербилках»? — мигом уточнил Олег.

— Ну да! — покивала Маша.

— А что Игорек там делал? В смысле — где общежитие и где «Вербилки»? Не совсем разные концы Москвы, конечно, но и не сильно близко.

— Он еще зимой в тот район переехал, — наконец подала голос Аня, по щекам которой снова поползли слезинки. — У него там… Ну…

— Девушку он себе нашел, а у той квартира, — не особо жалея чувства подруги, которой, похоже, покойный Рябинин крепко нравился, рубанула с плеча правду-матку Мария. — Своя. Они сначала похороводились месяца три, в кино там походили, на каток, а после он вещички собрал и уехал. На свою голову, выходит.

— Выходит, да, — согласился с ней Ровнин. — Имя-фамилию девушки этой вы не знаете?

— Фамилию — нет, — мотнула головой Анна. — Она не из нашего института. А зовут Алла. Валерку можно спросить, они с ней двоюродные брат и сестра. Она потому ему и позвонила сразу. Игоря с пробежки долго не было, она в парк пошла, а там такое…

— В МГУ учится, — добавила Маша, поймала взгляд подруги и спросила: — Что? Игорек пацанам рассказывал, я услышала и запомнила.

— Девчонки, я один звонок сделаю? — поинтересовался у студенток Олег, после достал из кармана мобильник, спустился на четвертый этаж и набрал Анфису. Зная, как работает машина следствия, он был уверен в том, что прокурорские запросто могут быть еще не в курсе того, что личность жертвы уже определена. Просто маховик раскручивается иногда очень медленно, особенно если в процессе участвует много разных подразделений и на дворе воскресенье. Да и то, что одна спецслужба с другой просто не спешит информацией делиться, тоже не редкость.

— Что-то важное? — недовольно спросила Анфиса, как только ответила на вызов. — Я… Мы тут сильно заняты.

— Личность пострадавшего в «Вербилках» выяснили уже? — перебил ее Олег.

— Пока нет.

— Тогда записывай, — велел ей он и изложил все, что узнал. — Благодарить не надо. Ты же занята.

И дал «отбой», при этом улыбнувшись. А что? Вроде и пустяк, но полезный же. Анфиса еще девчонка совсем, служба душу ей не застеклила пока, так что чувство вины перед ним, Ровниным, непременно появится, а это очень удобный инструмент в тех или иных ситуациях. И не обязательно интимного плана.

Хотя и очень удобный инструмент в любом случае, что уж там.

— Так, продолжим беседу, — затушил Олег сигарету в банке с нарисованными на ней сосисками и длинной надписью на немецком языке. — Игоря, конечно, очень жалко, но я вообще-то здесь по другому поводу.

— Какому? — удивились девушки синхронно.

— Что вы мне можете рассказать про Никиту Липкина? Он тоже на вашем этаже живет, в тридцать шестой комнате.

— Про Липкина? — еще сильнее удивилась брюнетка. — А что про него расскажешь? Глист — он и есть Глист.

— Глист?

— Его так ребята прозвали, — пояснила Маша. — Просто он длинный, бледный, сутулый и прямо сильно неприятный. Всегда какую-то дичь несет, вечно свою правоту доказывает. Все у него дураки, один он умный.

— А вы что скажете, Аня? — обратился к ее подруге Олег.

— Он просто маленький еще, — заступилась за Никиту девушка, сморкнувшись в платочек, извлеченный из рукава. — Нам всем по девятнадцать или больше, а ему шестнадцать. Вот он и пытается…

— Ой, Немирова, вечно ты всех жалеешь! — фыркнула ее подруга. — Потому, наверное, он на тебя и запал.

— Маш, прекрати! — покраснела Анна.

— А чего? Так есть. Он на тебя слюни с той осени пускает. И не только слюни небось. Ленька с Марком про него кое-что рассказывали!

— Фу, даже слушать противно! — вскочила со ступеньки Немирова.

— Стоп-стоп-стоп! — Олег тактично, но цепко ухватил Анну за рукав. — Интимные подробности мы оставим в сторонке. Ленька с Марком, как я понимаю, это Возницын и Гольдбрехт, те, что с Липкиным в одной комнате проживали?

— Ну да, — снова уселась рядом с ним Аня. — Хорошие ребята, но иногда, конечно, палку перегибали по отношению к Никите.

— Глисту, — уточнила Маша с ехидцей. — Я не ты, я розовые очки не ношу.

— То есть гнобили? — подытожил Ровнин и получил в ответ два кивка.

— А что случилось-то? — поинтересовалась у него Немирова. — Почему вы про Липкина спрашиваете?