Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 84 из 162

Гонконг оказался городом контрастов. Приглушенные старомодные цвета и современные яркие. Женщины — элегантные и красивые, мужчины — суровые и болезненно привлекательные. Ее восхищали многолюдные магазины, рестораны и бары в метро. Питера веселила непосредственность Лили, ее блестящие широко распахнутые глаза, которыми она глядит на новый город на другом конце света, о чем он несколько раз сказал ей.

Спустя час езды в сторону центрального эскалатора восторг Лили нисколько не угас, зато воодушевление Питера таяло.

— Что тебя гложет? — спросила она. — Странно, что я здесь? И правда, странно. По-моему, странно, да. Я тебя раздражаю?

Питер ласково погладил ее по коленке и успокоил:

— Не говори ерунды. Все хорошо, я просто устал. Вчера поздно лег, потому что заканчивал рабочие дела. Я рад тебя видеть, Лил, честно. Какое совпадение, что тебя отправили в командировку именно сюда!

— По-моему, это знак.

Их остановка. Питер слегка похлопал Лили по коленке — пора выходить — и взялся за ее багаж. Пошутил, мол, берет назад свои слова о том, как это мило, что у нее два чемодана. Лили поморщилась, припомнив, что шутки у Питера всегда приправлены толикой осуждения и однажды они перестали казаться ей смешными и начали ранить. Она отогнала эти мысли и потянулась к чемодану, но Питер не дал ей его взять и повез обе сумки сам. Они вышли со станции, и глаза у Лили заблестели при виде окружающих пейзажей. Она выхватила телефон, готовая фотографировать все подряд, пусть потом эти снимки и будут занимать память, а она сама на них даже не взглянет.

Они прошли по надземному переходу, завернули за угол, и Лили ахнула, но не от видов города, а от неразберихи, которая предстала перед ней. Множество людей одновременно говорили на тагальском, как если бы каждый голос требовал услышать именно его версию истории, его сторону, его сплетни. До конца перехода на несколько десятков метров растянулась толпа филиппинок — пожилые и молодые женщины небольшими группками, подстелив под себя картонные коробки, расселись вдоль перил, чтобы не мешать прохожим. Они смеялись, спали, вязали, болтали, пили чай и ели из старых пластиковых контейнеров. Местные не обращали на них никакого внимания, проходя мимо. Только туристы вроде Лили глазели на них и недоумевали, почему эти женщины тут сидят.

— Кто это? Они бездомные? — спросила она. — На бездомных непохожи.

Питер пожал плечами.

— Не знаю. Обычно они вот так собираются по воскресеньям и просто сидят тут.

— Тебе разве совсем не интересно, почему они средь бела дня перегородили проход? Они как будто чего-то ждут. Но чего? — Это подключилась ее исследовательская часть.

Питер не ответил. Он молча прокладывал им путь к эскалатору. Лили не умолкала, все рассуждала о филиппинках в переходе, а он так и не сказал ни слова. У эскалатора Лили поглядела на Питера с выражением детской радости на лице и перевела тему.

— Сюрприз! Я забронировала квартиру на самом верху эскалатора. Очень долго искала и подумала, что будет здорово кататься на нем все выходные. Это же один из самых длинных уличных эскалаторов в мире! Больше восьмисот метров, представляешь? Знаю, ты живешь в Цзюлуне, но разве не классно пару дней побыть туристом в собственном городе?

Лили осеклась, потому что понять по выражению лица Питера, о чем он думает, было невозможно. Мысли забурлили у нее в голове. Она ведет себя как дурочка? Питер не хотел сюда ехать? Он приехал, потому что воспитание не дает ему отказать? Это слишком туристическое место?

Но тут Питер рассмеялся, и Лили позволила себе расслабиться. Она узнала этот смех и вгляделась в его лицо, вспомнила каждую ямочку и веснушку на скулах. Она могла бы составить карту мира из его веснушек.

Вдруг Питер перестал смеяться. Только что был веселый, а теперь надулся. Лили научилась распознавать, когда он пытается не сказать лишнего. Питер ткнул пальцем куда-то вверх. Она проследила за его рукой и задрала голову, прикрывая глаза от палящего солнца.

— Лилс, похоже, эскалатор не работает. Тут сказано, идет ремонт, он закрыт на неделю. — Питер поднял бровь. — То есть на все время твоей командировки.

В толпе туристов рядом с ними тоже поняли, в чем дело, послышалось ворчание. Все заныли и застонали: как же они будут карабкаться на самый верх по такой жаре? Какая-то дама начала обмахиваться гигантской картой города и стенать, де, надо же было притащиться в свой медовый месяц именно в Азию? На Земле, что, других мест нет? И только гонконгцы невозмутимо поднимались по неподвижному эскалатору пешком или шли наверх по бетонной лестнице справа.

— Тебе все еще смешно, что я взяла много вещей? — нервно усмехнулась Лили.

Питер ухмыльнулся, поджав губы, молча взял оба ее чемодана и поставил ногу на первую ступеньку эскалатора. Лили почувствовала, что настроение изменилось, и промолчала, как тогда, в метро. На вершину центрального эскалатора они поднялись мокрые, как мыши. Белая рубашка Питера насквозь пропотела, вены на руках вздулись, как горные цепи на равнине кожи. Безупречный наряд Лили, который она так тщательно подбирала для встречи с ним, тоже пропотел. Показалось, что они обнимались в аэропорту десять лет назад, да и за руки держаться не хотелось.

Питер поставил чемоданы на тротуар, выдвинул наконец ручки и покатил их по улице, чуть опережая Лили; колесики громко дребезжали на старой мостовой. Они проходили мимо буйной зелени, которую Лили видела на фотографиях на сайте, где бронировала жилье. Она выбрала этот район из-за его романтичного флера и думала, что лучше места для признания в любви Питеру не найти. Теперь шпалеры больше напоминали тюремные решетки, как в Диснейленде, за которыми позируют туристы.

* * *

Восстановив силы после перелета и хорошенько выспавшись, Лили проснулась в обнимку с Питером, напряжения между ними как не бывало. Может, эта первая неловкость возникла из-за того, что они не виделись два года? Нужно просто вспомнить, каково им быть вдвоем.

— Ну, много ты себе напланировала? — поддразнил ее Питер. — Я тебя знаю. У тебя сто процентов есть длиннющий список мест, которые ты наметила посетить, пока не приступила к тому, зачем, собственно, приехала, то есть к работе.

Лили засмеялась и с ликующим выражением достала телефон — показать Питеру карту, на которой отметила все, что собиралась посмотреть.

— Я думала, ты никогда не спросишь!

— Ты же знаешь, как я ненавижу расписания, списки и всякое планирование.

— Знаю, а ты знаешь, как сильно я все это люблю!