Страница 129 из 162
23. Семейства Зыонг, Нгуен, Фам, Лам и Лыонг
Тетушки работали день и ночь, чтобы свадьба удалась на славу. Им выпала возможность искупить вину, доказать духу матери, что женщины семьи Зыонг и их дети — все четыре сестры и восемь внучек — могут жить мирно. Им выпала возможность исправить ошибки прошлого.
Тетя Минь пригласила свою дочь Джойс из Нью-Йорка. Тетя Хюен поручила Элейн и Кристин спланировать репетицию свадебного обеда. Тетя Ким велела Лили и Рози вести себя прилично, потому что им, как недавним изгоям, нужно много чего всем доказать и есть что терять.
Маи Зыонг выпал шанс помириться с дочерями.
Времени подготовиться к внезапному нашествию разных поколений семей Зыонг, Нгуен, Фам, Лам и Лыонг было мало.
Присцилла Нгуен не спеша ехала из Сиэтла по побережью и наконец пересекла границу штата Орегон и Северной Калифорнии. Тхао Нгуен только что приземлилась в аэропорту Лос-Анджелеса, куда прилетела из Сайгона. Джойс вылетела из аэропорта Джона Ф. Кеннеди, правда, с неохотой, потому что почти не знала тетю Маи. Приехать ее вынудило зловещее сообщение от матери, в котором та предупредила, что хочет сказать что-то очень важное, и Джойс занервничала. Лили Лыонг прилетела в аэропорт Джона Уэйна, из Сиэтла прямиком в округ Ориндж, где ее встретила Рози.
Состояние у всех было неопределенное, особенно с учетом того, как прошел предыдущий год. Предугадать, что будет дальше, не смог бы никто, даже тетушка Хюа.
* * *
Тхюи подъехала к дому покойной бабушки. Всем показалось, будет лучше собраться там. Тхюи десять лет не была дома у бабушки, с тех пор как в семье все разругались. Она повернулась и сжала руку Дэниела. Он сидел на пассажирском, волосы зачесал назад, как обычно, белоснежная отглаженная рубашка была аккуратно заправлена в узкие брюки.
— Спасибо, что поехал со мной. Я тебе очень признательна.
— Нет проблем! Нельзя оставлять тебя один на один с твоим семейством. — Он тоже стиснул ее ладонь и провел рукой по волосам. — Я так понял, встреча будет напряженная. Сколько вы не общались? Десять лет? История как в кино!
— Женщины в моей семье любят драматизировать. — Тхюи нервно засмеялась. Потом прокашлялась. Сейчас она задаст вопрос, который не решалась задать всю дорогу. — Слушай, как мне тебя представить?
Энди съехал от нее месяц назад, и с тех пор Дэниел уходил от этой темы, как только она ее поднимала.
— Скажем так: мы очень хорошие друзья. Я бы не хотел все усложнять, тем более что семейная ситуация у тебя и так непростая.
— Ясно. Разумно. — Тхюи постаралась скрыть растерянность.
Дэниел посмотрелся в зеркало и взял букет пионов с заднего сиденья.
— Готова?
Тхюи слегка кивнула, они вышли из машины и направились к дому, миновав гигантских каменных собак Фу. Тхюи посмотрела на статуи внимательнее. Она готова была поклясться: одна собака оскалилась при виде Дэниела. Когда они вошли в сад, Тхюи заметила Присциллу, которая бродила туда-сюда к ней спиной. Она почувствовала странный прилив нежности, как только поняла, что не видела старшую сестру почти два года.
— Присцилла! — позвала Тхюи. — Почему ты не позвонила мне, когда прилетела?
Присцилла замерла.
Она медленно развернулась, и Тхюи ахнула.
— Пришлось добираться на машине. — Она погладила себя по животу. — С учетом моего положения.
— Надо же! — воскликнула Тхюи и попятилась, как будто беременность — это заразно. Она не знала, бежать ей к сестре или от нее. — Ты беременна? Почему ты ничего не сказала! — Оправившись от удивления, она подошла и положила руку Присцилле на живот. — Кто отец? Марк? — шепотом спросила она. Вдруг их мать где-нибудь поблизости?
По лицу Присциллы градом катился пот. Хотя ей и было за тридцать, ей не доставало смелости показаться на глаза весьма консервативной матери без кольца на пальце, зато с животом.
— Есть проблемка. Я не знаю на сто процентов, кто отец. Догадываюсь, но не хочу ничего говорить ему, основываясь только на догадках. — Она нервно усмехнулась, всплеснула руками, как будто она цирковая артистка, а перед ней равнодушная публика. — Сюрприз получается!
Тхюи оглядела Присциллу с головы до ног и не смогла сдержать смех. Ее старшая сестра влипла. Безупречная Присцилла. Мамина гордость. Идеальная вьетнамская дочь — старшая, две научные степени Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, магистр Уортонской школы бизнеса, единственная, кому удалось заработать свой первый миллион в двадцать пять, генеральный директор в собственной компании. И вот она беременна, а кто отец — не знает. Тхюи согнулась пополам от смеха.
— Если ты сейчас зайдешь в дом, боюсь, мама помрет, как только увидит тебя. — Тхюи вытерла слезы. — Вот, надень мое кольцо, как будто вы с Марком обручились.
— Ну да, ты права. — Присцилла надела кольцо на безымянный палец. Она подняла глаза и тут заметила Дэниела позади сестры. — А ты кто такой? Ты не Энди.
Тхюи почувствовала, как щеки залились краской.
— Мы с Энди расстались. Это Дэниел. Он мой… друг.
Дэниел протянул Присцилле руку, она осторожно пожала ее.
— Ты, похоже, очень близкий друг, — заметила она.
— Можно и так сказать, — ответил Дэниел, одарив ее ослепительной улыбкой, а Присцилла едва не закатила глаза. Таких, как Дэниел, она видела насквозь. И что Тхюи в нем нашла? Ей нравился Энди. Всем нравился Энди. Кроме их матери, но в основном им всем нравился Энди! Почему сестра спуталась с этим сладкоречивым зализанным типом? Вылитый Кевин Нгуен. Еще и в золотых «Ролексах»! Тхюи бы ни за что такого не выбрала.
— Слушай, мне все равно, кто ты. Запомни: держи рот на замке и подыгрывай. — Присцилла ткнула в него пальцем, мгновенно раздражаясь, как нормальная беременная женщина. — Главное для нас, чтобы в следующие несколько дней мать на меня не срывалась.
Дэниел примирительно поднял руки, закрыл рот на невидимый ключик и кивнул.
Позади раздались шаги, приехали сестры Лам. При свете дня ресницы у Элейн и Кристин казались гуще обычного, оделись они в тон к наращенным ногтям, светлые пряди у лица выглядели еще ярче под калифорнийским солнцем. Каблуки стучали по дорожке. У каждой в руках были цветы, фрукты и сумки с домашней вьетнамской едой.
— Глазам не верю, — шепнула Тхюи Присцилле. — Неужели правда вся семья съедется?
— Будь паинькой, — так же шепотом ответила Присцилла. — Родственников не выбирают.
— В отличие от гардероба.