Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 112 из 162

17. Маи Зыонг

Впервые за несколько месяцев Маи Нгуен проснулась такой голодной, что съела бы целую порцию завтрака. Горе то накрывало ее, то отступало, однако каждый новый день ей становилось легче, чем было накануне. Рутина спасала, но выдерживать горе стало намного проще, когда ей позвонила Присцилла — они не общались год. Пусть ни о чем серьезном они не говорили, у Маи все равно появились силы вставать по утрам. Звонок дочери напомнил ей, что жизнь продолжается, потому что у нее еще остались кое-какие дела на этом свете. Для начала нужно наладить отношения с девочками.

Она сварила рис для конджи на скорую руку и сбрызнула соусом «Магги», сдобрив рис сушеной свининой юк сун и зеленым луком. В точности как готовила мать.

После завтрака Маи Нгуен посмотрела на себя в зеркало, разглядывая каждую новую морщинку. Она натянула кожу, вспоминая, каково это — иметь гладкое лицо. Покопалась в видавшей виды косметичке. Накраситься или нет? Она тысячу лет не красилась.

«Да какая разница? Это просто знакомство».

Недавно ей предложили кое-что необычное, и она согласилась. Удивительно, что обратились именно к ней, но в Маленьком Сайгоне подобные предложения встречались частенько. Обещали хорошие деньги. Может, хватит на мелкий ремонт пляжного домика. Она не была там с тех пор, как им зачитали мамино завещание, и никак не могла придумать, что с ним делать.

Маи решила нанести немного румян и накрасить губы — на всякий случай. Приколола брошь на свитер, в точности как ей велели. Из отражения на нее смотрела женщина, которую она не видела много лет. Сила тяжести, конечно, успела взять свое за долгие годы, и все же в зеркале отражалась не Маи Нгуен, а Маи Зыонг. И она обрадовалась, как будто встретила старую подругу после долгой разлуки.

Маи получила письменные инструкции ждать в местечке под названием «Фыок Лок Тхо», в фуд-корте на третьем этаже торгового центра «Эйжн Гарден Молл», что за Больса-авеню. Она не знала, от кого пришли инструкции, да и не хотела знать. Мало ли, миграционная служба станет вынюхивать, тогда Маи и на детекторе лжи никого не выдаст.

Поднимаясь по лестнице в торговом центре, она проходила мимо огромных бумажных фонариков красного цвета, низко свисавших с потолка, мимо рядов безлюдных ювелирных магазинов, где толпились, подперев руками головы, скучающие старухи-вьетнамки; мимо детей, которые то требовали, то упрашивали родителей зайти в магазинчики, забитые японскими мягкими игрушками и играми. Она прошла мимо и направилась к крохотному киоску с едой, где села за самый удаленный от входа столик. Точно по инструкции.

Перед ней появился целый поднос с пельменями из тапиоки, бань бот лок, блюдечко с рыбным соусом и стакан кофе по-вьетнамски. Маи поглядела на часы, потом на стакан с кофе, напиток медленно капал из металлического фильтра. Визави опаздывал уже на десять минут. Мужчины — что с них возьмешь? Она почувствовала раздражение. Ее бывший муж тоже вечно опаздывал. Вообще-то, это деловая встреча, оттого его опоздание выглядело совсем невежливо. За шестьдесят с лишним лет ничегошеньки не поменялось. Мужчины все такие же.

Маи окунула клейкий пельмень в рыбный соус, отправила его в рот и стала медленно жевать. Сама того не замечая, она теребила нефритовый браслет и вдруг подумала: может, зря она в это ввязалась? С другой стороны, пятьдесят тысяч — сумма огромная. Маи бережливая, этих денег ей хватит надолго. Может, махнуть на Гавайи с дочерями? Устроить семейную поездку, провести время вместе, попробовать спасти их отношения. Если девочки захотят.

Но опять вступать в брак, даже если он фиктивный…

—

Тяо ко

[8]

[Здравствуйте! (вьет.)]

, — раздался приятный голос. Мужчина обошел ее, выдвинул стул и сел напротив. Первое, на что обратила внимание Маи, — его глаза, светло-карие, с сиянием вокруг радужки. Она даже растерялась: никогда не видела таких глаз. Второе: мужчина сразу же снял кепку и положил ее на стол. Хочет выразить ей свое уважение — она неохотно хмыкнула в знак одобрения. Хорошие манеры — это прекрасно, но не о них обычно просишь у Будды или духов предков в первую очередь, если хочется жениха. Он подозвал официантку и заказал кофе по-вьетнамски, а потом пристально поглядел Маи в глаза, чем сильно ее взволновал, непринужденно и уверенно выдерживая ее взгляд. Маи стало не по себе от того, как он смотрит на нее, ничего не упускает. Как будто и вправду видит ее.

— Спасибо, что согласились на встречу, — по-вьетнамски поблагодарил он и протянул ей руку. — Меня зовут Ань Лэ. А вас?

Он улыбнулся. Улыбка у него будто лучилась из всего тела, и Маи буквально почувствовала, как ее окутывает сияние его гало, как манит этот свет. Она теребила браслет все быстрее и быстрее. И чего она так разволновалась? Маи не узнавала это новое чувство. За всю свою жизнь она не испытывала ничего подобного. Внутри разливалось тепло, как будто она вот-вот зайдет в уютный безопасный домик после долгой-долгой прогулки в одиночестве, изрядно устав и проголодавшись. Что-то изменилось в ней, и она поняла, что, как бы это сказать… он ей нравится.

Тут Маи подавилась пельменем — расчувствовалась и подавилась. Она застеснялась, начала кашлять, чтобы выплюнуть застрявший в горле кусок. Ань тут же вскочил с места и взялся за дело. Подозвал официантку, попросил стакан воды, обхватил Маи сзади и применил прием Геймлиха.

— Жива? — Она выплюнула пельмень, а следом креветочный панцирь. Ань терпеливо погладил ее по спине, давая ей время прийти в себя, и то и дело спрашивал, не нужно ли ей чего-нибудь еще. Его нежность одновременно растрогала и смутила Маи. Никто так о ней не заботился с самого детства.

Официантка протянула Маи стакан воды, и она сделала большой глоток. Потом поглядела на Аня и вдруг забыла обо всем на свете. О том, зачем они встретились. О предсказаниях тетушки Хюа, о матери, о сестрах, о дочерях, о смерти матери, о похоронах. «Одни похороны, одна свадьба и одна беременность. Один внук». Ей больше не было больно оттого, что три ее эгоистичные, неблагодарные дочери почти не звонят, даже когда у нее горе. Она забыла обо всем, все превратилось в белый шум. Все потеряло всякий смысл, кроме мужчины напротив.

— Меня зовут Маи. Маи Зыонг, — тихо сказала она, пожимая его руку. Когда их ладони соприкоснулись, она увидела себя босоногой девочкой: она бежит через парк у себя дома, в Кантхо, и смеется, они с сестрами несут корзины со свежими фруктами, креветками и мясом домой, родителям. Мать приготовит ее любимые рисовые блинчики бань сео ко дню рождения.