Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 11 из 25

Глава 4. «Я не привык повторять»

Глава 4. «Я не привык повторять»

Следующие несколько дней превратились в испытание.

Давид требовал внимания к деталям, к документам, к клиентам. Ни одной поблажки. Ни одного послабления. Он проверял всё, что попадало под её руки, и находил ошибки там, где другие не заметили бы.

— Здесь сумма не совпадает с прошлым отчётом.

Алина склонилась над бумагами.

— Но я сверяла...

— Ещё раз.

Она перепроверила. И нашла. Действительно, расхождение.

— Я пропустила.

— Ты торопилась.

Он говорил это не с упрёком. Констатировал факт. И это злило больше, чем если бы он кричал. Потому что рядом с ним хотелось быть безупречной. И она не понимала, почему.

— Буду внимательнее.

— Давно пора.

Алина подняла глаза. Давид смотрел на неё спокойно, но в этом спокойствии было что-то, отчего внутренности скручивало.

Она первая отвела взгляд.

---

К концу недели напряжение достигло предела.

Алина работала допоздна, проверяя договоры, и не заметила, как все разошлись. Оксана махнула рукой на прощание, Кирилл бросил быстрый взгляд и вышел. Стало тихо.

Она потянулась, хрустнув шеей, и вдруг услышала шаги.

Давид.

Он вошёл в кабинет, остановился напротив.

— Опять задержалась?

— Хочу закончить.

— Опасно.

— Что?

— Привыкать к такому ритму.

Алина усмехнулась.

— Я уже привыкла.

Давид несколько секунд смотрел на неё. Потом сел напротив, откинулся на спинку стула.

— Почему ты не боишься меня?

Вопрос застал врасплох.

— А должна?

— Все боятся.

— Может, я ненормальная.

Уголок его рта дрогнул.

— Может.

Они смотрели друг на друга. Тишина стала тяжелее, гуще.

— Ты не такая, как я думал.

— А какой вы меня представляли?

— Жалкой. Сломленной.

Алина усмехнулась.

— Я и была такой. Первую неделю.

— А теперь?

— Теперь просто злая.

Давид наклонил голову.

— Злость — хороший двигатель.

— Вы так говорите, будто сами через это прошли.

Он не ответил. Просто смотрел. И в этом молчании было столько непроговоренного, что Алина вдруг почувствовала — он знает, что такое быть сломленным. Возможно, даже лучше, чем она.

— Давид Русланович...

— Зови меня по имени.

Она замерла.

— Вне работы.

— Это уже вне работы?

Давид не ответил. Поднялся, подошёл ближе. Остановился в опасной близости. От него пахло дорогим парфюмом, кофе и чем-то ещё — глубоким, мужским.

— Ты нравишься мне.

Сердце пропустило удар.

— Что?

— Я не привык повторять.

Алина подняла глаза. Он смотрел серьёзно. Без тени улыбки.

— Это... неожиданно.

— Для меня тоже.

— Вы мой начальник.

— Я знаю.

— Это неправильно.

— Возможно.

— Тогда зачем говорите?

Давид наклонился ближе. Так близко, что она почувствовала тепло его дыхания.

— Потому что устал делать вид.

Алина не дышала. Внутри всё кричало, что надо отстраниться, сказать что-то резкое, уйти. Но тело не слушалось.

— Давид...

— Я не тороплю тебя. — Его голос стал тише. — Просто хочу, чтобы ты знала.

Он выпрямился и отошёл к двери.

— Закрывай офис. Подвезу до дома.

— Я на такси...

— Алина.

Одно слово. Она вздохнула.

— Хорошо.

---

В машине молчали. Давид вёл сосредоточенно, но Алина чувствовала его напряжение. Такое же, как у неё. Словно воздух в салоне наэлектризовался.

— Давид.

— Ммм?

— Почему я?

Он не ответил сразу. Потом сказал тихо:

— Ты не пытаешься мне понравиться. Ты просто... есть. И этого достаточно.

Алина отвернулась к окну. На глаза навернулись слёзы — непонятно отчего. От обиды за себя прежнюю. От неожиданной нежности. От того, что кто-то сказал ей то, чего она ждала годами.

*Ты просто есть. И этого достаточно.*

Машина остановилась у дома.

— Спасибо.

— Алина.

Она повернулась. Давид смотрел серьёзно.

— Подумай над моими словами. Не отвечай сейчас. Просто подумай.

Она кивнула и вышла.

Дома долго стояла у окна, глядя на пустую улицу. Внутри всё бурлило. Страх. Надежда. Неверие. И тихий голос, который шептал: «А что, если попробовать?»

---

Она не спала почти всю ночь.

Утром Алина долго смотрела в потолок, прокручивая в голове слова Давида. *«Ты нравишься мне»*. Просто. Без пафоса. Без обещаний. Но именно поэтому — страшно.

Сердце колотилось, когда она подходила к офису. Внутри всё дрожало от напряжения. Что сказать? Как себя вести?

Давид стоял у окна переговорной, разговаривал с кем-то по телефону. Увидел её — кивнул. Спокойно. Будто ничего не случилось.

Алина выдохнула. Может, ей показалось? Может, это была шутка?

Но в его взгляде, когда он проходил мимо, было что-то новое. Внимание. Чуть дольше, чем нужно. Чуть теплее, чем полагается начальнику.

К обеду она уже начала думать, что сходит с ума.

— Алина.

Она подняла голову. Давид стоял у стола, держа папку.

— Зайдите ко мне.

— Хорошо.

В кабинете он закрыл дверь. Не специально — просто так вышло. Или специально? Алина не знала.

— Садись.

Она села. Давид обошёл стол, остановился напротив. Не за рабочим местом — рядом.

— Я подумал.

— О чём?

— Вчерашнее. — Он помолчал. — Возможно, мне не стоило говорить.

Алина замерла.

— Но я не умею врать. И притворяться тоже.

— Давид...

— Дай договорить. — Он вздохнул. — Я не буду на тебя давить. Не буду создавать неловких ситуаций. На работе я твой начальник. Всё остальное — за её пределами. Если ты захочешь.

— А если нет?

— Тогда останемся коллегами. Я справлюсь.

Алина смотрела на него и не верила. Так просто? Без давления, без угроз, без «или ты с ним, или ты уволена»?

— Вы странный, Давид Русланович.

Он усмехнулся.

— Знаю.

— Слишком честный.

— Это плохо?

— Непривычно.

Он кивнул, будто понял что-то важное.

— Привыкай.

---

День тянулся бесконечно.

Алина то и дело ловила себя на мысли о нём. Его слова, его взгляд, его странная честность. Она почти забыла, что мужчины могут быть такими. Артём приучил к другому: играм, недомолвкам, постоянному чувству, что ты недостаточно хороша.

Давид смотрел так, будто она была... просто хороша. Без условий.