Страница 11 из 25
Глава 4. «Я не привык повторять»
Глава 4. «Я не привык повторять»
Следующие несколько дней превратились в испытание.
Давид требовал внимания к деталям, к документам, к клиентам. Ни одной поблажки. Ни одного послабления. Он проверял всё, что попадало под её руки, и находил ошибки там, где другие не заметили бы.
— Здесь сумма не совпадает с прошлым отчётом.
Алина склонилась над бумагами.
— Но я сверяла...
— Ещё раз.
Она перепроверила. И нашла. Действительно, расхождение.
— Я пропустила.
— Ты торопилась.
Он говорил это не с упрёком. Констатировал факт. И это злило больше, чем если бы он кричал. Потому что рядом с ним хотелось быть безупречной. И она не понимала, почему.
— Буду внимательнее.
— Давно пора.
Алина подняла глаза. Давид смотрел на неё спокойно, но в этом спокойствии было что-то, отчего внутренности скручивало.
Она первая отвела взгляд.
---
К концу недели напряжение достигло предела.
Алина работала допоздна, проверяя договоры, и не заметила, как все разошлись. Оксана махнула рукой на прощание, Кирилл бросил быстрый взгляд и вышел. Стало тихо.
Она потянулась, хрустнув шеей, и вдруг услышала шаги.
Давид.
Он вошёл в кабинет, остановился напротив.
— Опять задержалась?
— Хочу закончить.
— Опасно.
— Что?
— Привыкать к такому ритму.
Алина усмехнулась.
— Я уже привыкла.
Давид несколько секунд смотрел на неё. Потом сел напротив, откинулся на спинку стула.
— Почему ты не боишься меня?
Вопрос застал врасплох.
— А должна?
— Все боятся.
— Может, я ненормальная.
Уголок его рта дрогнул.
— Может.
Они смотрели друг на друга. Тишина стала тяжелее, гуще.
— Ты не такая, как я думал.
— А какой вы меня представляли?
— Жалкой. Сломленной.
Алина усмехнулась.
— Я и была такой. Первую неделю.
— А теперь?
— Теперь просто злая.
Давид наклонил голову.
— Злость — хороший двигатель.
— Вы так говорите, будто сами через это прошли.
Он не ответил. Просто смотрел. И в этом молчании было столько непроговоренного, что Алина вдруг почувствовала — он знает, что такое быть сломленным. Возможно, даже лучше, чем она.
— Давид Русланович...
— Зови меня по имени.
Она замерла.
— Вне работы.
— Это уже вне работы?
Давид не ответил. Поднялся, подошёл ближе. Остановился в опасной близости. От него пахло дорогим парфюмом, кофе и чем-то ещё — глубоким, мужским.
— Ты нравишься мне.
Сердце пропустило удар.
— Что?
— Я не привык повторять.
Алина подняла глаза. Он смотрел серьёзно. Без тени улыбки.
— Это... неожиданно.
— Для меня тоже.
— Вы мой начальник.
— Я знаю.
— Это неправильно.
— Возможно.
— Тогда зачем говорите?
Давид наклонился ближе. Так близко, что она почувствовала тепло его дыхания.
— Потому что устал делать вид.
Алина не дышала. Внутри всё кричало, что надо отстраниться, сказать что-то резкое, уйти. Но тело не слушалось.
— Давид...
— Я не тороплю тебя. — Его голос стал тише. — Просто хочу, чтобы ты знала.
Он выпрямился и отошёл к двери.
— Закрывай офис. Подвезу до дома.
— Я на такси...
— Алина.
Одно слово. Она вздохнула.
— Хорошо.
---
В машине молчали. Давид вёл сосредоточенно, но Алина чувствовала его напряжение. Такое же, как у неё. Словно воздух в салоне наэлектризовался.
— Давид.
— Ммм?
— Почему я?
Он не ответил сразу. Потом сказал тихо:
— Ты не пытаешься мне понравиться. Ты просто... есть. И этого достаточно.
Алина отвернулась к окну. На глаза навернулись слёзы — непонятно отчего. От обиды за себя прежнюю. От неожиданной нежности. От того, что кто-то сказал ей то, чего она ждала годами.
*Ты просто есть. И этого достаточно.*
Машина остановилась у дома.
— Спасибо.
— Алина.
Она повернулась. Давид смотрел серьёзно.
— Подумай над моими словами. Не отвечай сейчас. Просто подумай.
Она кивнула и вышла.
Дома долго стояла у окна, глядя на пустую улицу. Внутри всё бурлило. Страх. Надежда. Неверие. И тихий голос, который шептал: «А что, если попробовать?»
---
Она не спала почти всю ночь.
Утром Алина долго смотрела в потолок, прокручивая в голове слова Давида. *«Ты нравишься мне»*. Просто. Без пафоса. Без обещаний. Но именно поэтому — страшно.
Сердце колотилось, когда она подходила к офису. Внутри всё дрожало от напряжения. Что сказать? Как себя вести?
Давид стоял у окна переговорной, разговаривал с кем-то по телефону. Увидел её — кивнул. Спокойно. Будто ничего не случилось.
Алина выдохнула. Может, ей показалось? Может, это была шутка?
Но в его взгляде, когда он проходил мимо, было что-то новое. Внимание. Чуть дольше, чем нужно. Чуть теплее, чем полагается начальнику.
К обеду она уже начала думать, что сходит с ума.
— Алина.
Она подняла голову. Давид стоял у стола, держа папку.
— Зайдите ко мне.
— Хорошо.
В кабинете он закрыл дверь. Не специально — просто так вышло. Или специально? Алина не знала.
— Садись.
Она села. Давид обошёл стол, остановился напротив. Не за рабочим местом — рядом.
— Я подумал.
— О чём?
— Вчерашнее. — Он помолчал. — Возможно, мне не стоило говорить.
Алина замерла.
— Но я не умею врать. И притворяться тоже.
— Давид...
— Дай договорить. — Он вздохнул. — Я не буду на тебя давить. Не буду создавать неловких ситуаций. На работе я твой начальник. Всё остальное — за её пределами. Если ты захочешь.
— А если нет?
— Тогда останемся коллегами. Я справлюсь.
Алина смотрела на него и не верила. Так просто? Без давления, без угроз, без «или ты с ним, или ты уволена»?
— Вы странный, Давид Русланович.
Он усмехнулся.
— Знаю.
— Слишком честный.
— Это плохо?
— Непривычно.
Он кивнул, будто понял что-то важное.
— Привыкай.
---
День тянулся бесконечно.
Алина то и дело ловила себя на мысли о нём. Его слова, его взгляд, его странная честность. Она почти забыла, что мужчины могут быть такими. Артём приучил к другому: играм, недомолвкам, постоянному чувству, что ты недостаточно хороша.
Давид смотрел так, будто она была... просто хороша. Без условий.