Страница 49 из 54
– Артур, – позвала я негромко, боясь спугнуть ощущение.
Наверное, что‑то в моем голосе было настораживающим, поскольку инспектор обернулся и безмолвно поднял одну бровь.
Я замерла, прикрыв глаза и сосредоточившись. Воздух здесь и без того был пропитан не самыми приятными ароматами. Моя специализация – все же духи, а не зомби, хоть с разлагающимися телами и приходилось иногда работать в Исследовательском центре.
– Здесь… что‑то не так, – признаваться в некомпетентности как определителя запаха смерти не хотелось. И, тем не менее, сказать конкретнее не получалось.
– Что вы имеете в виду? – инспектор шагнул ко мне и нахмурился.
– Здесь кто‑то умер, – не очень уверенно, тихим голосом предположила я. – Чувствуете в воздухе странный запах?
Артур недоверчиво втянул носом воздух.
– Я ничего не чувствую. Только… – он запнулся, – только запах ваших духов. Очень приятный, кстати.
Невольно улыбнулась в ответ и поздравила себя с правильным выбором аромата, который даже после забега выполнял свою функцию.
Инспектор огляделся, внимательно изучая каждый угол.
– Никаких следов крови, – пробормотал он. – Никаких явных улик. Вы уверены?
– Как некромант – уверена, – кивнула я. – Но не на сто процентов. Наш учитель в таких случаях говорил, что полностью уверенным в смерти человека можно быть, только если перед тобой скелет. И то могут возникнуть сомнения. Я к тому, что энергия смерти здесь определенно имеет место быть.
– Значит, – Артур задумчиво потер подбородок и медленно произнес, – погоня за карманником, возможно, привела нас к чему‑то гораздо более интересному.
– И гораздо менее съедобному, – добавила я, покосившись на кулек с подарками от инспектора. А ведь это лучше цветов. – Работа нас везде найдет, да?
– Зато я точно уверен: наши встречи никогда не бывают скучными, – весело подмигнул мне Артур. – Как вы, Селеста, в первый раз попали в наш участок, так я и понял, что таких, как вы, больше нет.
– И хорошо, – смущенно буркнула я. – В участок?
– Проверим, не было ли заявления о пропавших людях в этом районе, – кивнул инспектор. – Или вообще чего‑то подозрительного.
В кабинете Артура было тихо, пока дверь не распахнулась с таким грохотом, будто за ней стоял отряд стражи, а не хрупкая бабушка в цветастом платке.
– Инспектор Лейн! – провозгласила она, потрясая свертком бумаги. – Я требую немедленного расследования!
Артур, который мирно пил чай с печеньем, едва не подавился. А я все же подавилась.
– Э‑э… Здравствуйте, уважаемая Эмилия, – инспектор заботливо постучал меня по спине, не отрывая взгляда от посетительницы. – Что случилось?
– Кошки! – трагически возвестила бабушка. – По всему городу мрут, как мухи зимой! Я насчитала почти сто трупиков! И если вы не примете меры, напишу жалобы в министерство, в газеты, в Нацлото и еще в Лигу защиты пушистых созданий!
На всякий случай я отодвинула чашку подальше от себя.
– Сто трупов… кошек? – переспросил Артур, забирая бумагу, которой размахивала воинственная старушка. – И где именно вы их нашли?
– О, везде! – воодушевилась посетительница. – На Рыночной площади, у старой мельницы, возле прачечной, за таверной «Пьяный кот»… Последний – прямо в переулке за булочной. Я его даже похоронила, такой милый был полосатик!
– За булочной? – тихо переспросила я. – Той, что через улицу от базара?
– Да‑да, милочка, – активно закивала Эмилия. – Так такие вкусные пышки продаются. И булочки с корицей. И пончики…
– Понятно, – резко перебил старушку Артур и громко сглотнул слюну.
Я его понимаю: сама как наяву почувствовала запах сладкой сдобы. И ведь какое странное дело – раньше, сидя в лабораториях часами, страдать от голода мне не приходилось, а сейчас постоянно то за преступниками бегаю, то от них.
Бабушка вытащила из дамской сумочки, в которую можно легко запихать пять кирпичей, очередную бумажку и, воинственно ею потрясая, пригрозила:
– Так, инспектор Лейн, я жду действий! Для стимула еще и к вашему начальнику зайду. Пускай мне на заявление печатей наставит. Чем больше, тем лучше!
Вот так мы с Артуром снова оказались в знакомом переулке, потому что больше никому дело о смерти ста кошек старший инспектор поручить не мог. Так еще поручил действовать тихо, а то нынче развелось защитников животных. Ему пикеты перед участком вовсе не нужны. Мы тактично не стали напоминать об обещании не давать нам пока громких дел.
В переулке приятнее не стало. Я старалась ступать аккуратно, чтобы не повторить трюк с веревкой и бельем. Зная свое везение в последнее время, сгнившее яблоко решила обойти с особой тщательностью.
– Осторожнее, – Артур успел меня поддержать за локоть, когда нога поехала в сторону на мокром листочке. – Вы вынуждаете меня, Селеста, выйти за границы и купить вам ботинки на устойчивой подошве, несмотря на все ваше недовольство и самостоятельность.
Я даже удивленно моргнула: это когда так неосмотрительно с моей стороны случился прокол с этими качествами?
– А смерть животных вы воспринимаете по‑другому? – поинтересовался инспектор, осматривая с помощью ручного фонарика темные углы.
– Да нет, – поежилась я. – Смерть – она и есть смерть. Только дух в таком случае не призывается. Мол, неэтично это. Все равно ничего сказать не могут. И документов у них нет. Разве что поднять котика как зомби могу, но тоже бессмысленное занятие.
– Значит, надо опросить жителей ближайших домов, – Артур покивал своим мыслям.
– Вдруг кто‑то заметил что‑то подозрительное. Или потерял кошку.
Дверь дома с правой стороны открыл пожилой мужчина в пижаме и с расческой в руке.
– Добрый день, – вежливо начал инспектор. – Я инспектор Лейн. Хочу задать вам парочку вопросов. Не пропадала ли у вас недавно кошка?
Мужчина выпучил глаза и схватился за сердце.– Пропала?! – заголосил он. – Так она не пропала, она в отпуске! Да, в санатории! На минеральных водах! Ей врач прописал, у нее… э‑э… ревматизм хвоста!
Я деликатно кашлянула, изо всех сил стараясь не заржать:
– То есть кошка у вас есть, но сейчас ее нет дома?
– Есть, конечно, есть! – закивал мужчина. – Просто она… путешествует. Самостоятельно. У нее есть письменное разрешение, все по закону!
Артур хоть и старался сохранить невозмутимый вид, но уголки его губ начали ползти вверх.
– А когда она уехала в санаторий? И где именно вы ее в последний раз видели?