Страница 5 из 92
Глава 3 Глеб
Впервые за все время пребывания в лагере Глеб не пошел вечером на свое любимое место. Той ночью, когда он вернулся в лагерь, ему казалось, что все. что с ним случилось, было просто стечением обстоятельств и странным наваждением. А утром, только открыв глаза, он сразу вспомнил о Лине. И сколько бы ни старался отогнать от себя мысли о ней, у него ничего не получалось. Стоило на секунду закрыть глаза — и он уже видел ее образ. Образ девушки со струящимися серебристыми волосами..
Весь день он был словно под наркозом. Ходил по лагерю, ел, пил, с кем-то разговаривал, занимался со студентами, но ему казалось, что все это происходит не с ним. Сам он был там, на берегу, на том пустынном месте, и, сидя на уступе, смотрел на лунную дорожку..
Глеб вспоминал каждый момент, каждое слово, сказанное ими друг другу, каждое прикосновение. С приближением вечера в нем росло нетерпение, и внутри, казалось, что-то трепетало. Он рвался к месту их встречи, все чаще поглядывая на часы. Но, закончив работу, Глеб вошел в свою комнату, сел на кровать и, обхватив голову руками, задумался — что это? Морок, колдовство или сумасшествие? Как такое может быть? Он просто одержим этой девушкой! Сможет ли пересилить себя, постараться забыть об этой встрече, попытаться не думать о ней? Нет. Нет. Он не мог! Умом он понимал, что продолжения быть не должно, а сердцем, сердцем чувствовал, что, если он сегодня же вечером не пойдет туда, он умрет..
Такое с ним случилось впервые. Все его существо стремилось к Лине, он хотел прижать ее к своей груди и никогда больше не отпускать..
— Глеб! Как хорошо, что я тебя застал, — воскликнул его приятель, буквально ворвавшись к нему в комнату.
— Что? — не понял Глеб. — Ты что-то сказал?
— Застал тебя. Это удача! — почти прокричал Алексей, его коллега, тренер по плаванию.
— А.. А что такое? — возвращаясь в относительно нормальное состояние, спросил Глеб.
— Тут у меня мероприятие одно. Короче, подежурь сегодня за меня?
— Я? — переспросил Глеб.
— А почему нет? — удивился Алексей.
— Я не могу, у меня тоже мероприятие, — собирая вещи в рюкзак, сказал Глеб.
— Ну пожалуйста! Мне очень надо! — уже просительным тоном сказал Лёшка.
Глеб хотел снова возразить другу, но вдруг подумал — вот оно! Может, это как раз то, что нужно, — дежурить ночью по лагерю и никуда не ходить. И все хорошенько обдумать. Это судьба. Значит, что-то, какие-то высшие силы не хотят, чтобы я ходил туда. Глеб встряхнул головой, посмотрел на Алексея и подумал: что за ерунда?!
— Ну, так что? Ты согласен?
— Нет. Я не могу! — потом посмотрел Лёшке в глаза каким-то странным отсутствующим взглядом и сказал: — Хорошо. Я подежурю.
— Слушай, ты какой-то чудной. Ты себя хорошо чувствуешь? — спросил Лёшка.
— Я? Нет. Я себя вообще не чувствую! — сказал Глеб и улыбнулся другу, сделав над собой усилие и переводя все в шутку. — Не переживай, иди. Я отдежурю.
— Ну, ладно, давай! До шести утра. А потом тебя сменит кто-нибудь, — и выскочил из комнаты.
— Странный какой-то, — подумал Лёшка. — Я его никогда таким не видел!
— Вот идиот! — Глеб стукнул кулаком по столу. — Зачем я согласился?
Но делать было нечего. Согласился, значит, придется весь вечер ходить по лагерю, присматривать за студентами на дискотеке, заглядывать в кусты, в палатки — в общем, следить за моральным обликом молодого поколения и за их душевным и физическим состоянием. Глеб усмехнулся. Как он мог следить за чьим-то душевным состоянием, когда у него самого в голове была полная неразбериха, а о душе так и вообще говорить нечего!
Вечер и ночь прошли на удивление спокойно. Глебу не пришлось никого разнимать на дискотеке, вытаскивать из кустов не на шутку разгоряченные парочки. Не спокойно было ему самому. Его тянуло к Лине. Он не мог дождаться утра и знал, что, как только его сменят, сломя голову понесется туда, к ней..
Глеб думал об этом постоянно, но вдруг осознал то, чего совершенно не принимал в расчет, — ее может не быть на берегу. Вернее, ее там точно не будет! А где она живет, он не запомнил. Была ночь, да и он был в таком состоянии, что запомнить дорогу к ее дому просто не мог. Ему было не до этого.
Над лагерем все еще нависала огромная луна, звезды все так же мерцали на темном южном небе, а море немного штормило, будто возмущалось тем, что он сегодня не пришел на свое место. Глеб слушал шум прибоя, смотрел на луну, и ему хотелось завыть..
С приближением утра Глеб стал совершенно одержимым. Он не мог дождаться, когда же его сменят. Студенты, наконец, угомонились, в лагере было тихо и спокойно. Вдалеке шумело море, в траве и кустах, надрываясь, пели цикады. Вдоль аллей лагеря тускло горели фонари. Глеб еще раз прошелся мимо ряда палаток и направился к штабу. Все мирно спали, а он так и не смог привести в порядок себя и свои мысли. Ведь он хотел подумать этой ночью! Но ни одна толковая мысль так и не посетила его. Он весь дрожал, и сам не знал от чего, то ли от утренней прохлады, то ли от нетерпения..
На смену ему пришел сам Алексей, немного подшофе и очень счастливый. Глеб схватил свой рюкзак и, ни слова не говоря изумленному приятелю, выбежал из штаба лагеря.
— Эй, чумовой, ты куда? — попытался остановить его Лёшка. — Сегодня ты свободен! — прокричал он в спину Глебу. Но тот отмахнулся и побежал еще быстрее..
— Вот ненормальный, — пробормотал Лёшка и, присев на стул, откинулся на спинку. — И чего напрягаться? Все спят. До подъема еще два часа.
Он блаженно улыбнулся, закрыл глаза и моментально уснул.
Глеб никогда так не бегал. Он мчался по пляжу и думал только об одном — скорее бы добраться до своего места. Холодная галька разлеталась у него под ногами, иногда попадая в кроссовки и впиваясь в ноги, но он не чувствовал боли. И вот, наконец, Глеб увидел свой уступ, на котором так часто сидел по вечерам. Он подбежал к камню, скинул свой рюкзак и, пройдя немного вперед, посмотрел в сторону поселка. Поселок был как на ладони. По ночам его совсем не было видно, только одинокие огни.