Страница 20 из 77
Я подал ему руку, и он, к моему удивлению, оперся. Поднялся, отряхнул кимоно и посмотрел на меня с каким-то новым выражением.
— Береги спину, Кузнецов, — посоветовал он. — Долгие бои вредны не только старикам. Тем, на ком висит целый мир, тоже.
Болванчик вернулся на запястье и недовольно зажужжал — ему опять не дали как следует подраться.
— Не ной, — мысленно бросил я ему. — Тебя сегодня и так весь стадион видел. Будешь самым знаменитым браслетом на планете.
— Два секунды, — подвела итог Лора, пока я шел к выходу под рев трибун. — Миша, ты в курсе, что комментатор сейчас умер от нехватки слов? Он молчит уже три секунды. Для комментатора это как кома.
— Переживет.
— Переживет. А вот ставочники, которые поставили на долгий бой, вряд ли. Слышишь, как кто-то на трибуне рыдает? Это не от восторга.