Страница 15 из 77
Хана из Кореи вышла против Максимуса Аврелия, который представлял Рим. Этот бой получился по-настоящему жестким. Максимус оказался отцом Юлия, и дрался он не хуже сына. Сеть и трезубец, каменные шипы из-под ног, непробиваемая защита. Хана носилась вокруг него на такой скорости, что камеры едва успевали фиксировать ее силуэт. Бой затянулся на восемь минут, и в итоге Хана победила с минимальным преимуществом, достав Максимуса серией ударов в незащищенное колено. Гладиатор упал на одну ногу, и Хана приставила лезвие к его шее.
— Молодец, девчонка! — я непроизвольно хлопнул себя по колену. Всегда приятно, когда побеждают друзья.
— Ты болеешь за соперницу, — заметила Лора. — Это нарушение спортивной этики.
— Ой да ладно. Тебе же она нравилась.
Юлий Деций Меридий вышел против Логана из США.
А этот волосатый коротышка был впечатляющим бойцом. Из рук у него вылезали три металлических лезвия, раны он мгновенно регенерировал, и при этом не использовал никакой тактики, только ярость зверя. Юлий решил его измотать: наносил точечные удары, выжидая, пока регенерация начнет замедляться. На седьмой минуте лезвия американца раскалились добела от жара, и он их втянул, шипя от боли. Юлий закончил бой ударом гладиуса плашмя по голове, придавив противника огромными магическими фигурами, из которых тот так и не мог выбраться.
Я ни на секунду не сомневался в своем друге.
Следующий бой: Субэдэй из Монголии против Жанны из Франции.
Монгольский генерал призвал трех каменных элементалей и попытался задавить француженку массой. Жанна подняла двуручный меч, и белое пламя превратило элементалей в щебень. Когда она пошла на Субэдэя, от ее тела веяло таким жаром, что песок под ногами превращался в стекло. Монгол сдался, когда его каменная броня начала плавиться.
После них сражался Тэмуджин из Монголии против Хасана из Османской Империи.
Ассасин пытался действовать из тени, но монгольский лучник оказался на редкость живучей мишенью. Стрелы с магической начинкой прошивали каждый темный угол, и Хасану пришлось выйти в открытый бой, где лук оказался эффективнее клинков. Три самонаводящиеся стрелы в плечо, бедро и руку закончили спор. Хасан сдался, и на его лице осталось что-то вроде уважения.
Далее Касим из Халифата против Кетцаля из Мексики.
Мексиканец призвал ацтекского духа-змея и обрушил на Касима вихрь из камней и обсидиановых осколков. Касим ответил стеной льда, которая заморозила духа в полете, после чего разбил его одним ударом водяного кнута. Кетцаль попытался перейти в рукопашную, но Касим обездвижил его ледяными оковами за четыре секунды.
Дальше было что-то странное, но, по мнению Лоры, очень милое. Поклонившись, Касим повернулся к трибунам и отправил кому-то воздушный поцелуй. Камера быстро поймала реакцию и попыталась найти ту, кому был отправлен поцелуй.
И к моему удивлению, на экране, хоть и вскользь, но промелькнули мои Рыцари.
— Вижу, кто-то нашел мотивацию, — фыркнула Лора. — Романтика и магия. Великолепная комбинация.
Наконец, случился последний бой первого раунда. Ли Мубай из Китая против Кригера из Пруссии.
Прусский артефактор в экзоскелете выглядел внушительно: магические снаряды, встроенные ловушки, механические манипуляторы. Но Ли Мубай действовал спокойно и без эмоций. Прямой меч рассекал металл, как бумагу, огненные лезвия разбивали механизмы, а когда экзоскелет наконец заклинило, китайский мечник просто положил клинок Кригеру на плечо и вежливо подождал, пока тот сдастся.
* * *
Комната ожидания.
Первый раунд закончился. Лора вывела голограмму с результатами и аналитикой.
— Итого, — она водила пальцем по именам. — Фавориты по моим расчетам: Мусаси, Фарид, Геральт, Ип Ман. Эти четверо показали наибольший запас сил и минимальный расход энергии.
— А Люпен?
— Люпен хитрый, но не мощный. Его могу взять на себя. Против Зигфрида его фокусы работали, потому что прусс ригидный и прямолинейный. Против адаптивного бойца Люпен выдохнется. Его карман фокусов не бесконечен.
— Юлий?
— Юлий силен, но мы с ним уже сражались и знаем все приемы.
— Жанна?
— Огненная берсеркерша. Ее проблема в том, что она не умеет сдерживаться. Если кто-то выживет первые три минуты, она перегорит. Буквально.
Дверь открылась, и в комнату заглянул судейский помощник.
— Господин Кузнецов! Через пять минут ваш выход!
Я поднялся. Размял шею, покрутил плечами, поприседал. Болванчик на запястье тихо зажужжал, предвкушая мордобой.
— Миша, — Лора встала рядом. — Бонд заходит справа.
— Запомнил. Выводи траекторию.
— И не красуйся. Сделай быстро и уходи.
— Обещаю.
— Врешь.
— Ну не буду же я давать слово пацана?
* * *
Когда я вышел на арену, стадион моментально взорвался. Пятьдесят тысяч человек орали, топали, свистели и размахивали флагами. Камеры повернулись ко мне, и я физически ощутил вес толпы.
Да, черт возьми, публика любит меня!
— Второй раунд! — раздался голос судьи. — Сахалин против Англии! Михаил Кузнецов против Джеймса Бонда!
Англичанин уже стоял на арене. Он выглядел точно так же. Безупречный костюм, ровная осанка, спокойный взгляд.
— Кузнецов, — он слегка кивнул. — Наслышан.
— Бонд, — я кивнул в ответ, — я так понимаю, Джеймс Бонд.
— Благодарю. Надеюсь, наш бой продлится чуть дольше, чем прошлый.
— Я бы не рассчитывал.
Судья поднял руку.
Бонд тут же исчез.
Стадион затих.
Но со мной этот трюк не сработает. Я видел Бонда. Лора отслеживала едва уловимые колебания пространства, любые изменения. Его контур мерцал у меня перед глазами голубым силуэтом.
Бонд зашел справа. Как и говорила Лора…
Два клинка вылетели, целясь мне в шею. Я сместился на полшага влево, перехватил его правое запястье и провел бросок через бедро. Бонд рухнул на спину, невидимость слетела, и он уставился на меня снизу-вверх с искренним удивлением.
Я использовал его же собственную технику. Захват запястья, разворот корпуса, перенос веса. Тот же прием, которым он вырубил Валеску, только проведенный зеркально и раза в три быстрее. Кинжалы выпали из его рук, и я наступил на один из них.
— Как? — он моргнул.
— Я быстро учусь, — пожал я плечами.
Судья начал отсчет. Бонд попытался подняться, но я положил ладонь ему на грудь и пустил импульс. Легкий и безвредный, но достаточный, чтобы парализовать мышцы. Бонд распластался на песке.