Бывшие. Порочная связь

Глава 31

Я не помню, как мы добираемся до дома. Знаю лишь, что Дамир несколько раз останавливал меня и просил немного потерпеть. Обещал, что если я буду хорошей девочкой, то он разрешит мне быть сверху. Но я, похоже, что-то нарушила, потому что стоило за нашими спинами закрыться двери в квартиру, как я тут же оказалась прижата к стене и не смогла от нее отлипнуть до нашего первого на двоих оргазма. Яркого, но схлынувшего слишком быстро, чтобы на этом остановиться.

Второй оргазм случается в душе. Дамир и правда делает, как обещал, и в ход идет язык. Он вылизывает меня с таким энтузиазмом, что в какой-то момент я начинаю умолять его замедлиться. Хватаюсь за все, что плохо лежит в ванной – за трубу, на которой висит лейка, за полку, с которой валятся шампуни и маска для волос. В итоге сдаюсь и, прошипев что-то вроде «скотина похотливая», с глухим стоном кончаю.

В реальность я возвращаюсь не сразу – только когда мое тело оказывается распластанным по кровати, а ноги – где-то возле ушей, собираюсь возмутиться и, набрав в легкие воздуха, готовлюсь вылить на Агеева очередную тираду, но он толкается в меня сразу на всю длину. Получается только охнуть и распахнуть шире глаза от удивления.

Дамир… слишком внушительный, чтобы реагировать на его вторжение спокойно. И он слишком меня будоражит, поэтому я отзываюсь каждой клеточкой. И быстро перехожу на стоны и мольбы продолжать.

– Еще, – то ли просьба, то ли требование, но Агеев ускоряется, тараня меня и вбиваясь с влажными шлепками, от которых по телу каждый раз прокатывается горячая волна.

Я тону в похоти. Чувства выкручиваются на максимум. Хочу его, горю им, обожаю его и то, как он филигранно доводит меня до состояния, в котором я могу только ощущать. Жадно впитывать эмоции и, сжавшись, пульсировать вокруг твердого члена.

Затраханные до изнеможения, мы оба устраиваемся в кровати. Дамир укладывает меня на свою грудь. Я, разомлев окончательно, не сопротивляюсь и даже закидываю ногу ему на бедро.

И надо бы наверное просто лежать. Молча наслаждаться присутствием и млеть от нежности, с которой его пальцы выводят узоры на моем плече, но во мне растет потребность говорить.

– Зачем тебе охрана? – вопрос разрезает уютную тишину, и я, почувствовав легкий укол вины, спешу оправдаться: – Я вдруг поняла, что не знаю почти ничего о тебе настоящем.

– Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо еще, – целует мою ладонь. – А охрана… – он вздыхает, оставляет еще один поцелуй на ладони и мажет губами по запястью. – У меня не только клуб. Клуб – это, скорее, развлечение и дань тому, чем я занимался раньше. Основной мой профиль – охрана и сопровождение. Я сооснователь охранного агентства, сейчас единоличный владелец. – Он предупреждающе качает головой, когда я собираюсь задать следующий вопрос. – Не спрашивай про эту сторону работы, я ничего не расскажу. Мои клиенты – это тайна, и поэтому они все еще со мной.

Прикусываю губу. Дамир теперь открывается для меня с совершенно другой стороны. И становится понятна его резкость и прямота. Он, конечно, всегда был таким, но раньше все же в Агееве сохранялось больше мягкости, чем сейчас. Но я в один момент прощаю ему все. Вот так, просто лежа рядом с ним.

– А Костя? Про него можно спросить? – не хватает мне женской мудрости промолчать.

– Знаешь, у меня есть более интересное занятие для твоего охуенного рта, – Дамир опускает мою ладонь прямо на член, который стремительно твердеет. Обхватываю его, чуть сжимая.

– Там настолько интересная история? – приподнимаюсь на локте и вопросительно вскидываю брови. Рука ведет по стволу вверх и вниз. Дамир прикрывает глаза и рвано выдыхает.

– Она совсем неинтересная, – медленно качает головой. – Бля, я опять тебя хочу. Дурею от тебя, – впивается в мои губы коротким жалящим поцелуем, будто стремится передать всю бурю чувств. И она во мне откликается, потому что рядом с Агеевым я как мартовская кошка – всегда готова. И всегда хочу. Но только его. Это какая-то форма зависимости?

– Расскажи, – мягко прошу, оставляя поцелуй на груди. – Пожалуйста, – стреляю взглядом. – Он скоро станет нашим новым клиентом, и он… обронил очень странную фразу. Я хочу услышать все от тебя.

– Нечего рассказывать, Есь, – снова укладывает меня на свою грудь и переплетает пальцы. Я внутренне сжимаюсь. Вдруг становится страшно, и я уже не уверена, что на самом деле готова к этому разговору. Наш мыльный пузырь лопается слишком быстро. И вот уже примешиваются посторонние звуки, наслаиваются чужие обиды и ожидания. – Это была некрасивая ситуация.

– Я вся внимание, – снова касаюсь губами его кожи и вдыхаю охренительный запах, от которого голова идет кругом.

– Мы познакомились за рубежом. Быстро подружились. Знаешь, когда встречаешь земляка за пределами родины, он кажется роднее. Так было и у нас с Костей. Мы вместе строили бизнес, что-то пробовали, прогорали и начинали сначала. У нас все было пополам: и проекты, и жизнь. А потом Костя уехал на полгода в Прагу, вернулся, сказал, что собирается жениться, – Дамир трет большим пальцем мой безымянный, где когда-то красовались два кольца, подаренные им. – Я был рад, правда. Его невеста должна была прилететь через неделю, чтобы познакомиться со всеми. А она прилетела раньше. Мы познакомились в баре, она сидела одна. Я подкатил, понятия не имея, кто она на самом деле. Мы переспали. Если бы я знал, ничего бы не было, разумеется. Но… она не говорила, что у нее есть жених. А мне было слишком плевать, с кем спать, после новости о разводе.

Мое сердце сжимается. Даже сейчас, спустя столько лет, больно вспоминать о том времени. И, видимо, страдала не я одна.

– Только не говори, что это я виновата в твоем распутстве, – посмеиваясь, легонько кусаю его. Хочется как-то снизить градус напряжения и развеять марево печали.

Словно не заметив моих слов, Мир продолжает:

– В общем, Костя узнал быстро – как только привел ее к нам. Все было написано на наших лицах. Так закончилась дружба. Он не захотел меня слушать и, бросив все, вернулся в Россию. Мы не общались все это время. И не контактировали бы дальше, если бы ты… Еся, выпороть тебя за это надо, – его ладонь соскальзывает с поясницы и сжимает попу. Я жалобно всхлипываю, но сдаюсь напору, с которым Дамир мнет мышцы.

– Ты сам виноват, – закатываю глаза. – И между прочим, мог бы рассказать мне раньше. Или мне все из тебя клещами вытягивать?

– Лучше высоси из меня все соки, – весело отвечает он.

– Ты ужасный!