Страница 26 из 36
— Марин?..
— Ась? — тут же откликнулась та.
— Я вот что подумала… — Женя повернулась к собеседнице, нахмурилась. — Как так вышло? Я понимаю, что аптеку у вас закрыли. Лекарств купить поблизости негде, надо ехать в райцентр. Ездите, закупаете впрок…
— Ну, — пришел черед нахмуриться Марине, не понимающей, к чему Женя ведет.
— Но я не верю, что у всей деревни совсем не осталось медикаментов. Старики, они же…
— Запасливые, — со знанием дела подмигнула Марина.
— Да. И чтобы ни у кого… Нет, не верю.
— Ну и правильно, что не веришь. — Женя недоуменно округлила глаза, а та продолжила: — Таблетка-другая наверняка есть у каждого. Лишнего точно нет. А Марья Никитична у нас дама не самого сахарного характера — кто ж ей последнее отдаст?
— Зонт же отдали, — буркнула Женя.
— Да это ничей зонт, — отмахнулась Марина. — Гарьевой внуки приезжали, когда она померла, да забыли у меня в магазине. Лежал полгода. То один возьмет, то другой. Вот кто-то принес сюда. Потом дальше по деревне пойдет.
Продавщица замолчала, а Женя откинулась спиной на забор позади себя и запрокинула голову. И без того ярко-желтый, на солнце зонт казался еще ярче.
— Красивый, — сказала она.
— Ага, — согласилась Марина.
Потом та заторопилась и ушла, потому как вспомнила, что в спешке бросила магазин открытым. А Женя еще долго сидела на скамье под ничьим зонтом и думала о том, как поступила бы она. Отдала бы человеку, которому плохо здесь и сейчас, последнее лекарство, которое в любой момент может понадобиться собственной семье, а когда случится пополнение запасов — неизвестно?
Женя рассуждала о человеческой природе, о добре и зле, об искренности и лицемерии, о взаимопомощи и равнодушии. Наверное, она вообще никогда так много не думала о чем-либо подобном — крутилась в насущных делах и заботах, строила планы на будущее и пыталась их реализовать.
Сейчас ее план на жизнь стал до абсурдного короток — дождаться окончания четверга.
Зато нашлось время подумать.