Рыцарь для Лики

Саша наклонился, сорвал несколько золотистых цветков горного лютика и преподнёс их Лике. Путешественники миновали лес и начали карабкаться вверх по голым скалистым склонам. Миша шёл так уверенно, что можно было подумать, будто он ходил этим маршрутом уже много раз. Но часто останавливался и фотографировал под ногами окаменевшие остатки первобытных стихий, округлые трубочки с радиальными отверстиями, или веточки. Он по-детски восторженно призывал друзей посмотреть на поблёкшие створки моллюсков, выброшенные волнами первобытного океана, на ископаемые колонии кораллов и увлечённо просвещал неосведомлённых о юрском периоде и мезозойской эре, пересыпая околонаучный текст шуточками. Идти в гору, не запыхавшись, и разговаривать получалось только у него. Остальные путешественники сосредоточенно молчали, стараясь не оступиться и не упасть, останавливались отдышаться и полюбоваться видами.

Так незаметно, останавливаясь на короткие привалы и восхищаясь пейзажами, они протопали два часа и подобрались к самой вершине Сокола. Путники оказались в густой тени двух сосен с кронами в форме зонтиков. Панорама, открывшаяся перед ними, была настоящей наградой за нелёгкий подъём. Они увидели перед собой завершённое творение великого вселенского мастера – природы. Острое чувство восторга охватило при виде этого великолепия. Это было ошеломляющее, поразительное зрелище. Внизу – головокружительная пропасть (474 метра над уровнем моря), впереди – необъятная даль моря, сливающаяся с горизонтом, и сказочная панорама от зубцов Карадага на востоке до вершины Ай-Петри на западе. Внизу, под обрывом горы с редкими соснами, словно в бездне, была как на ладони окружённая причудливыми скалами Новосветская котловина и, как на картине маслом, выписана Зелёная бухта.

– Привал! – скомандовал Миша. – Можно снять обувь и отдохнуть. Ну что скажете? – спросил он с довольной улыбкой именинника, будто эта великолепная панорама была делом его рук.

– Спасибо, Миша, что привёл сюда, – восторженно откликнулась Лика. Её лицо сияло счастьем: – Это потрясающе! Ничего подобного в своей жизни не видела. У меня нет слов.

Она сбросила запылившиеся мокасины и, поджав ноги по-турецки, уселась под деревом. Саша сел в отдалении и тоже снял свои офисные туфли. Миша с Таней обнялись и зачарованно смотрели на горизонт. Говорить никому не хотелось, чтобы не нарушить очарование момента. Хотелось замереть и созерцать, впитать, вдохнуть и запечатлеть в своей памяти навсегда эту удивительную, грандиозную красоту, увиденную с высоты птичьего полёта.

С вершины горы они спустились по очень крутой тропинке до причудливой сосны в форме кольца и дальше по скалам и кручам, преодолевая осыпи, подошли к узкой поляне на кромке большого оврага. Пока спускались, Миша делился впечатлениями от поездки в Париж. В прошлом году они с Таней ездили туда в свадебное путешествие.

– Я понимаю, что несравнимы эти две вещи – живопись и природа, – говорил он. – Но, честное слово, не понимаю этих японцев… Стоят в Лувре по три часа перед каждой картиной. Возле «Джоконды» так вообще в транс впадают, оторвать невозможно. Мы несколько дней подряд туда ходили и всё время одних и тех же японцев встречали. Они бы там и спали, если бы можно было. А вот я жил бы тут, и мне бы никогда не надоело, если б не необходимость работать.

– Да что вообще все находят в этой «Джоконде»? – подал голос Саша, желая впервые поучаствовать в разговоре. – Страхолюдина без бровей, на мужика похожа.

– Ну, ты не прав, она милашка, учитывая, что девушке пять веков. А брови смыл реставратор, выбрав неверно растворитель при первой расчистке, кажется, в семнадцатом веке, и возможно, благодаря отсутствию бровей и появилась загадка. Брови большое значение имеют. По ним определить эмоцию и характер можно. – Михаил открыл свою карту, сверился и продолжил: – К большому сожалению, это не единственная картина, пострадавшая от неумелых реставраторов… Итак, мы можем пройти сразу влево и по тропинке спуститься в Новый Свет. А можем ещё немного попутешествовать, если не устали. Если пойдём направо, пройдём по южному склону, то найдём природный источник и идеальную поляну для отдыха. Что будем делать?

Слушая этот короткий диалог, в котором Миша так элегантно обошёл Сашу, даже не пытаясь с ним спорить, как не спорит профессор с первокурсником, Таня с Ликой молча переглянулись, улыбаясь. И Лика почувствовала неловкость, граничащую со стыдом, это ведь с ней шёл Саша. Сам-то он кто? Что сделал выдающегося, чтобы критиковать портрет, вдохновляющий пять веков поэтов, музыкантов, писателей, скульпторов? Спасибо ребятам, что взяли их в горы… «Одна его реплика – и всё ясно», – решила про себя Лика.

Михаилу явно нравилось путешествие. Он был в своей стихии. В отличие от Александра… Не подходящая для такого путешествия офисная обувь пришла в негодность, мозоли саднили, ноги подкашивались от напряжения, и он уже не раз пожалел, что вызвался сопровождать Лику. Тем более что при таких обстоятельствах не приблизился к девушке ни на йоту и ни одной минуты не был с нею наедине.

– Так что будем делать? – повторил Михаил.

– Лично я – налево, в Новый Свет. И домой, – произнёс Александр.

– Я тоже, но не потому, что устала, – Лика заговорщицки улыбнулась и достала из рюкзачка конверт. – Мне сегодня необходимо попасть ещё на одно мероприятие.

– Что за мероприятие? А нам можно поучаствовать? – спросила Таня.

– Нужно, – Лика вынула из конверта открытку и протянула девушке. – Одна я не решусь туда пойти. Поэтому предлагаю источник и другие прекрасные поляны оставить на другой раз. Ведь мы же только открыли для себя это место и вернёмся сюда ещё. Ну если не в этом году, то в следующем обязательно!

– Ого! – Таня зачитала приглашение вслух. – А от кого? Тут не написано. А, догадываюсь. У нашего отеля такая фишка для одиноких девушек? Мне такое приглашение не прислали же, – умозаключила она.

Саша нахмурился и протестующе поднял руку:

– Нет, отель здесь ни при чём. Он этими играми не занимается.

– Тогда кто? – удивилась Лика и, прищурившись, посмотрела на Сашу.

В её глазах читался ответ. Все поняли, на кого она подумала.

Саша широко улыбнулся и развёл руками:

– Понятия не имею. Я здесь ни при чём.

Но у него это получилось так, что каждый мог с уверенностью сделать вывод: ещё как при чём!

– Хорошо, тогда спускаемся в Новый Свет и оттуда прямо в крепость, – принял за всех решение Михаил.