Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 58

- Правильно, что боязно, - лошадь сменила размеренный шаг на легкую рысцу, и левая рука генерала переместилась к Иде на живот безо всякого предупреждения. - Если бы Иска сейчас не лежала на дне ущелья, я под страхом смертной казни Вас, госпожа Вальд, за стену бы не выпустил.

Держали ее крепко, и она позволила себе немного расслабиться, подумать о своем. Тем более что на светской беседе Берна не настаивал.

Предательство Бэк… Отрезвило ее, что ли. Ида как будто спала не один год, но вдруг проснулась и увидела то, что каким - то невообразимым образом долгое время в упор не замечала. Раз за разом она прокручивала в голове каждую встречу с Мирандой, каждый взгляд, малейший, самый незначительный разговор и диву давалась от собственной глупости. Только слепой бы не заметил, как меркла мышь, стоило Ральфу оказаться в поле зрения. Меркла, тушевалась и старалась убраться куда подальше и как можно быстрее. Не остаться рядом с объектом своих мечтаний, а сбежать. Ида бы и внимания на нее не обратила, но Стелла «вовремя» подсуетилась, шепнула на ушко, что к Ральфу Мирри испытывает совсем не дружеские чувства.

Получается, все насмешки, издевки над Мирандой были беспочвенны.

- Госпожа Вальд, Вы чего так тягостно молчите? - Берна заговорил первым, выдернув Иду из круговорота самобичевания.

Пока Ида в собственной голове копалась, на горизонте появился небольшой оазис, где аж целый водопад имелся. Если ей память не изменяла, то как раз за этим пейзажным «уголком» и находилось ущелье, куда умудрилась провалиться Иска.

На орочьих картах, когда - то собственноручно добытых ее отцом, оно обозначалось как «разлом» и, фактически, отделяло Алтасар от Гхарда, королевства орков, окруженного таким количеством тайн и домыслов, что отделить правду от вымысла было попросту невозможно.

- Задумалась о своем, - честно призналась Ида. - Скажите, генерал, Вы бывали в Гхарде?

- Боги миловали. Я даже орочьего языка не знаю, - невозмутимо выдал Берна.

Командир северных рубежей не владеет орочьим?

- Вы сейчас серьезно?

Берна направил лошадь в заросли, к водопаду:

- Госпожа Вальд, для вас, как для дипломата, это, возможно, сюрприз, но на все королевство человек тридцать будет, если повезет, кто хоть пару слов может на орочьем связать. Да и то исключительно стараниями Вашего дяди. Это ведь он вытащил Шеди из темницы.

Заслуга дяди в том, что с первым встречным орком Ида могла бы поболтать, не испытывая лингвистических трудностей, действительно была. Именно он убедил короля Северина, нынешнего монарха, что лучшему учебному заведению королевства необходим преподаватель орочьего языка.

Конечно, Берна слегка преувеличивал, многие вояки, особенно побывавшие в плену, могли не только пару слов связать, но и целое предложение построить. Правда носитель, изъяснявшийся на орочьем свободно, в Алтасаре все равно был один… Драгр Шеди.

Он попал в тюрьму во время последней войны только за то, что давным - давно его бабка - целительница лечила плененного орка и влюбилась. Влюбилась настолько, что плодом этой любви стала мать Драгра.

Новые предметы - орочий язык и устаревшие диалекты орков - в академии сделали факультативными, опасаясь, что студенты бунт поднимут, не желая посещать лекции человека, в чьих жилах текла кровь так ненавистного каждому жителю Алтасара народа.

Не прогадали, энтузиастов можно было по пальцам пересчитать. Если сам язык вместе с Идой в текущем году изучали целых семь человек, то на устаревших диалектах в аудитории она восседала в гордом одиночестве. Большая часть студентов от Шеди шарахалась, как от огня, несмотря на то, что преподавателем он был отменным.

Исключения, естественно, были. Не все судили книгу по обложке. До выпуска из академии компанию на занятиях по диалектам ей составлял Хант, а сейчас в свободное от работы время у Драгра брал уроки ее дядя. Генерал мог бы заняться тем же, но, видимо, у него или времени не было, или желания.

- Азы мне Шеди объяснил, - Берна спрыгнул с лошади и подал ей руку. - Дальше сил не хватило. Последние пару лет у нас тут такой хаос, что я уже не помню, когда спал больше трех часов в сутки.

- Я могу помочь освежить знания, если у Вас свободная минутка будет. Язык у них сложный, хуже эльфийского, но нет ничего невозможного.

После уроков Драгра она с легкостью могла бы не одну сотню генералов в орочьем поднатаскать.

- Почту за честь. Госпожа Вальд, простите мне чрезмерное любопытство, но у Вас случилось что - то? На Вас лица нет.

В наблюдательности ему не откажешь.

- Случилось, - Ида прошлась по мягкой траве, такой диковинной для жаркого Алтасара. - Если интересно, расскажу, когда вернемся. Там же Иска. В ущелье.

Берна, вопреки ее ожиданиям, лошадь к дереву привязывать не стал. Потрепал по черной гриве, по спине похлопал, за ушком почесал и присел на камень у подножья водопада:

- Рано. Мы слишком быстро добрались. Орки патрулем ходят по той стороне ущелья. Кьян сигнал даст, когда пройдут, но по моим внутренним часам ждать нам еще минут десять - двенадцать.

Ида пристроилась рядом, на соседний камушек:

- Лошадь почему не привязали? Убежит же.

- Жалко. Здесь их патруль не ходит, но разведка временами бывает. А так, где дом, она знает. Убежит и хорошо.

На душе потеплело. Такой суровый, на первый взгляд, мужчина, а животинку пожалел, хоть и понимал, убежит - обратно топать придется пешком.

- Я узнала сегодня, что жених мой… С моей лучшей подругой. Думаю, Вы поняли. Противно. На дядю еще злилась, что благословение свое на брак не дал.

И приспичило же ей пооткровенничать. На нервной почве.

- Вы его любили?

Хороший вопрос. И что страшнее всего, Ида знала на него ответ. Не было у них никакой любви. Привычка, не более. Красивый, обаятельный, во всех смыслах положительный, как ей казалось, Ральф был просто… Удобным. Смешил ее, когда Ида грустила, согревал, когда ей становилось одиноко, но в душу по - настоящему так и не запал.

Берна опять ее «прочел»:

- Может, и хорошо, что Ваш жених подлецом оказался? Да, предательство - это больно, но подумайте о будущем. Вы ведь жизнь могли провести с тем, кого не любили.