Страница 429 из 756
Приворотные зелья, были… незаконными. Точнее, не совсем законными. Воздействовать на чувства магов строго запрещалось, но, если это уже произошло (жертва влюбилась), то обычно всё заканчивалось свадьбой, ну или постелью. Однако если нет, то виновника (или виновную) судили. В прежние времена ещё и ведьму, сделавшую такое зелье, казнили, причём независимо от того, поженились подопытные или нет.
– Не переживай. Это слабое приворотное зелье, смешанное с сывороткой правды. Поэтому, если ты ему немного нравилась, или он находил хоть раз тебя привлекательной, зелье просто подтолкнёт его чувства. Сработает как катализатор.
– А если… – леди Анна опустила голову, – если я ему вообще никогда не нравилась?
Ох, наивное дитя!
– Ты себя-то в зеркале видела? Ты красивая. А у молодых парней всегда есть желание к красивым девушкам. Мы просто поможем его раскрыть. Но я тебя предупреждаю: зелье слабое и его воздействие быстро пройдёт. Поэтому, если дальше у вас не заладится – я не виновата.
– Поняла, – кивнула Анна.
– Так что? Действуем?
Та уверенно кивнула.
Ну что ж, подтолкнём судьбу!
По-настоящему приворотное зелье я использовать не любила. Для себя так и вовсе – никогда! Это же был бы позор моим женским чарам! Предпочитаю, так сказать, всё натуральное! Даже когда я, при встрече с Тёмным инквизитором, потерпела поражение в попытках его соблазнить, не стала готовить приворот.
С другими же, я использовала лишь его слабый раствор, позволяющий чувствам, которые скрывались по каким-то причинам, выйти наружу. Это, можно сказать, добрая ведьмина помощь влюблённым, а не колдовство.
А если чувств совсем нет, то и я не богиня любви. Никого принуждать не буду. Да и чревато это неприятностями и для парочки, и для ведьмы.
Я взяла поднос (бутылёк с зельем у меня был с собой в корсаже) и направилась к столу старшекурсников, где как раз и сидел жених Анны, виконт Джеймс Ферфакс. (Кстати, мальчик поражал своими способностями к обеим сторонам магии: Ферфаксы старинная фамилия тёмных, а его мать была светлой леди из не менее знатной фамилии. Так что юноша – продукт новых времён.)
Я поравнялась со столиком парней, Ферфакс в этот момент рассеяно смотрел в окно (вообще, как я заметила, парню было невероятно скучно и в компании, и на учёбе), всё моё внимание было сосредоточено на цели, поэтому не заметила, как на меня налетели.
Я почувствовала толчок сзади и со всего маху полетела носом вперёд (вместе с подносом) на пол.
Академия оказалась опасным местом даже для ведьмы, я уже приготовилась встретиться с неизбежным (с полом значит), как чьи-то сильные руки перехватили меня поперёк талии.
– Надо быть осторожнее, цыплёночек, – насмешливый голос раздался прямо у моего уха.
«Вот твари подземелья! Я совсем и забыла, как за понравившимися девочками в этом возрасте ухаживают мальчики!».
Положение, в котором я оказалась, вряд ли можно было назвать уместным: я висела почти горизонтально, в руках первого задиры Академии – Николаса Айндервуда.
Глава 6. Прелести студенческой жизни
Можно было готовиться к худшему. Меня выбрали то ли как предмет обожания, то ли как издевательств. Итог один: милой рыжей новенькой придётся несладко. Не могу же я на глазах у всей Академии шарахнуть его чем-нибудь тяжёлым.
– Скажи, цыплёночек, спасибо доброму дяде Николасу, – продолжал он надо мной глумиться, – иначе так и будешь висеть. Я помогаю только воспитанным девочкам.
– Спасибо, – пискнула я, судя по всему тому, кто сам и толкнул меня.
– Молодец! Хорошая девочка, цыплёночек! – меня поставили на ноги, но из рук не выпустили.
– Тут же преподаватели, – попыталась я воззвать к голосу разума.
Но разум в этом возрасте у мальчиков не водится (хотя не факт, что он у них появится в более зрелом возрасте.)
– Всё хорошо, цыплёночек, – доверительно сообщили мне, – они просто видят, как я благородно помогаю новенькой. Сядешь с нами, – повелительно добавил он, и, забрав у меня поднос, поставил его на свой стол.
Я похлопала ресницами, но посчитала, что для исполнения моей задачи лучше будет действительно сесть за стол вместе с моей жертвой – виконт Ферфакс сидел тут же и по-прежнему не проявлял интереса к происходящему.
Я оглянулась вокруг: остальные свидетели моего падения старательно отводили глаза. Это могло означать только одно – влияние юного наследника было большим, и к издевательствам (даже над леди) все привыкли.
Что ж, парень, на неприятности ты нарвался. Тётя Каролина тебя проучит.
Я ослепительно улыбнулась:
– А что вы пьёте?
Брови задиры вопросительно поползли вверх, остальные парни с интересом на меня уставились. Во-первых, жертва вела себя необычно, во-вторых, вопрос про выпивку всегда мил сердцу любого студента.
– Есть предложения? – уточнение исходило от того же задиры.
– Компотик не предлагаю, мальчики, – и коварно наклонившись поближе, прошептала, – приходите сегодня после уроков ко мне перед отработкой щитов. Где она, кстати, проходит?
– В тренировочном зале, – ответил мне один из студентов плотной наружности (наверняка будущий боевик).
– Вот туда и приходите, – кивнула я.
– Но ты будешь на отработке с профессором Верлицким – насторожился «мой» блондинчик.
– Трусишь? – бросила вызов я. Знаю: такие, как он, всегда на него реагируют.
– Нисколько – одарили меня ослепительной, но немного нервной улыбкой.
– Отлично! И мальчики, – обратилась я к компании за столом, – приходите все. И этот, – я невежливо указала пальчиком на виконта Ферфакса, единственного, кто не смотрел на меня, – тоже!
Глаза блондинчика зло сверкнули. Ах, эта ревность! Как мило!
– Я буду с подружкой, – «успокоила» я «своего» блондинчика, жестом указав в сторону Анны. Все понимающе загоготали. Значит, о их помолвке и о влюблённости княжны они знали.
Я взяла поднос и направилась прочь от новых «друзей», когда Айндервуд схватил меня за руку.
– Ты точно придёшь?
Я кивнула:
– И точно приду с выпивкой. Не тревожься… цыплёночек.
Я гордо ушла, а парни за столом продолжили гоготать над своим лидером. Второй раз за день – и всё благодаря мне.
У Анны, пока я к ней подходила, были большие глаза. Видимо, такое поведение для леди редкость в академии. Ну а мне-то что?
– Готовься – у нас групповое свидание вечером.
– Групповое? – сапфировые глаза девушки стали ещё больше.