Страница 266 из 756
Первым решился виконт Талицкий, тот самый милый молодой человек, с которым любезничала на первом туре Отбора леди Женевьева. Видимо, запала она ему в душу, и он очень хотел доказать, что достоин. Это действительно, смело и благородно. Молодой мужчина вздёрнул подбородок, одёрнул сюртук и смело пошёл к костру. Ровным шагом он обошёл вокруг, пламя не изменилось. Гром аплодисментов стал наградой храбрецу. И тут я не шучу, быть первым в таком деле, когда есть вероятность что ты при всех обнажишь свою душу, весьма отважно. Он победно посмотрел в сторону своей леди. Леди рдела и радостно хлопала, её папенька грозно хмурился. Конечно, какой к тёмным богам виконт, когда на горизонте сам наследник имеется (по крайней мере, в папиных мечтах).
Через мгновение мы наблюдали второго храбреца: проверить свою честь к пламени испытаний вышел барон Демьянинов, тот джентльмен, что был пойман коварной невестой в раздевалке. Видимо, решил показать всем, что не имел дурных намерений, а стал жертвой обстоятельств. Ожидаемо, и на него пламя не среагировало. И тут поток желающих прорвало.
Где-то на двадцатой минуте массовых испытаний, и матушка Трейсед решила, что ничего её милому сыночку пламя не сделает, а быть в потоке со всеми – это правильно. Она нашла дитятко под деревом, и потащила к костру. Дитятко не сопротивлялось, но и особо не стремилось, просто пребывало в прострации.
Когда они подошли, пламя внезапно вспыхнуло и показало искажённое сладострастием лицо Тобиаса, как он зажал Катарину в углу и ударил её по лицу. Гости испуганно отшатнулись и замерли. В виде цензуры (всё-таки тут много невинных дев) изображение исчезло и все только слышали крики девушки. Материализовавшийся призрак Катарины накинулся на обидчика и принялся рвать его волосы. Дальше пламя начало коротко показывать его походы в бордель, и что он творил с другими невинными. Каждый новый случай затуманивался пламенем, но всем всё было понятно. А когда мамаша Трейсед подхватила своего сына в попытках спасти от призрака и отвести от костра, появилось изображение, как она даёт взятку судье.
Тут рядом появился сэр Персиваль с жандармами.
– Преступления будут расследованы! – прогрохотал его голос над поляной, что перестала быть мирной. И жандармы, подхватив преступную парочку, утащили их во мрак ночи.
– Хорошее пламя, полезное. Будет правильно, если все пройдут его. – взгляд светлого мага был суров, его фигура сияла золотом.
Когда робкий поток, уже не сильно желающих, потёк к костру, безопасник обратил свой взор на меня:
– Ваш призрак, леди?
– Возможно.
– К вам у меня тоже будут вопросы.
– Вы меня в чём-то обвиняете?
– Ну что вы! Я просто хочу поговорить. – взгляд у сэра Персиваля был очень неприятным.