Страница 162 из 756
Чай или вино? Вот в чём вопрос! Гостья, которая сегодня навестит меня, это будет моя привычная знакомая леди Милдред? Или кто-то другой? Пришла бы она, как и положено днём, даже не возникло бы никаких предположений. Но визит ночью сразу всё меняет. Вообще, ночные дела всегда овеяны тайной и загадкой. Поставь ночью печь пироги, и в них будет нечто особенное. Аромат тайны, например.
Решила остановиться на вине. Была у меня бутылочка нинейского красного. Сладкое и тягучее, как южная ночь на побережье океана. Вполне подойдет для ведьминских посиделок. А то, что гостья моя окажется ведьмой, я почти не сомневалась.
Леди Милдред появилась ровно в полночь. Я встретила её соответственно: в тёмном будуаре, одетая в чёрный пеньюар и с бутылочкой красного.
– А вы подготовились! – обрадовалась гостья вину.
Мы отсалютовали друг другу бокалами и пригубили отраву. Очень вкусно: и терпко, и сладко, и на шалости настраивает. Я не задавала вопросов, леди Милдред не торопилась говорить.
Спустя половину бутылки, она всё же сказала:
– Вы нашли мою шкатулочку.
– Я её даже пальцем не тронула.
– У вас просто не было возможности.
– Не было. Но факт, что не тронула.
Мне ответили насмешливым взглядом.
– Моё настоящее имя Аэрэлия Блэр.
– Из тех самых Блэр?
Это было даже лучше, чем я надеялась.
Семья Блэр – это самая старинная ведьмовская семья материка. В отличие от нас, ведьм одиночек, Блэры всегда жили вместе. Всей семьёй. Ни девочки, ни мальчики, которые рождались реже, но тоже имели силы тьмы и природы, никогда не покидали родное гнездо. Просто приводили в дом свою пару и продолжали копить силы и передавать свои умения через поколения. Бабушка объясняла эту особенность тем, что их основателем был мужчина, ведьмак, рождённый на тёмном континенте Меденос, принесённый сюда ещё во младенчестве. Он очень ценил семейные узы.
Моя гостья лишь кивнула в ответ на мой вопрос.
– Но как?
– Это долгая история. И берёт она начало со времён беспредела инквизиции.
– Вы не хотели оставлять дом? – догадалась я.
– Тяжело скрываться, когда каждый встречный знает, где найти целую семью ведьм.
– Часто жгли?
– О, регулярно! Наши горожане полюбили это развлечение, и в каком-то смысле, даже привязались к нам. Это стало местной традицией, устраивать поджог Дома Ведьм. Ежегодное городское мероприятие. Даже мы к нему привыкли, одевались красиво: в разные драные тряпки, вытаскивали мётлы, одевали кандалы.
– Кандалы-то зачем? Вас же никто не хватал?
– Для антуража. Чтобы, так сказать, соответствовать обстановке и настроению публики.
– Всем нравилось, и вам – особенно! – понимающе кивнула я.
– Было весело, – улыбнулась леди Милдред, точнее Аэрэлия. – Вы же знаете, если ведьмы сильные, то огонь не только не страшен, но и управляем. Так и было на протяжении десятков лет: городская процессия торжественно поджигала наш дом факелами, мы, потрясая кандалами, горестно стенали. Дом ярко горел, языки пламени гордо взлетали над городскими крышами. А как угасали, все шли пить вино и есть жареное на костре мясо. Часто ели все вместе: и мы, и горожане.
– Но в один непрекрасный момент веселье закончилось?
– Верно. Когда в наш город приехал с инспекцией Великий Инквизитор Елизарий. Он сжёг огнём света и наш дом, и много домов простых горожан. Чтоб искоренить ересь, так сказать.
– Мне жаль… – мягко поддержала я.
– Не стоит, – покачала головой леди Милдред (всё же называть её так пока привычнее). – Свет может уничтожить дом ведьм, но не самих ведьм.
– И с тех пор вы скрывались? Но как?
Моя гостья хитро на меня посмотрела, и тут до меня дошло:
– Вы не стали скрываться! Вы вышли в свет!
– Именно, мы просто поменяли фамилию и скрыли свою магию.
– Но как? – от неожиданности я стала повторяться.
– Блокирующие магию браслеты могут иметь разные формы.
– Не может быть! Это же… – я не смогла найти слов.
– Страшно, я знаю. Безумно страшно для опытного мага остаться без магии. Но… тогда это был способ выжить. По сути, единственный, который позволил семье остаться вместе.
– Откуда вы их взяли столько?
– Сделали.
– Сами? – я была в ужасе.
– Да, – кивнули мне, – у деда остались разработки, вывезенные из Градургашша.
– Оу. – только и смогла сказать я.
– Нет, вы не подумайте, мы не пользовались их разработками, только тогда…
Ну да, только хранили, и только один раз применили. Всегда бывает первый раз… Однако, не буду их осуждать. Любопытство и некоторая жадность знаний свойственны всем ведьмам. И времена действительно были… непростые. Я вообще тогда Драконов разбудила, тоже не от большого ума, а от злости. Злость и разумность редко идут рядом. Ну как редко? Никогда.
– А шкатулочка?
Леди Милдред кивнула:
– Одна из форм блокировки магии. Если дома я снимаю браслеты, то излишки магии втягивает шкатулка, блокируя возможность меня засечь или как-то опознать.
– Впервые вижу пользу от этих изобретений.
– Понимаю ваше отношение. Но любой предмет, это всего лишь предмет. Он не несёт в себе никаких стремлений. Всё зависит от целей того, кто его использует.
Справедливо. Нерданы использовали браслеты для похищения и подчинения, Блэры для защиты семьи.
– И так вы скрывались столетиями? Блокируя собственные способности, и выдавая себя за простых смертных?
Моя гостья кивнула.
– Почему же вы не открыли себя, когда смутные времена прошли и тёмных стали принимать даже при дворе?
– Сначала проявляли осторожность, потом.., наверное, просто привыкли и чувствовали себя в безопасности.
Я их понимала, сама не стала раскрывать свою истинную личность. Ибо… чревато осложнениями разной степени тяжести. Не столько для меня, сколько для интересующихся. Ну и, конечно, политика. Как только моё истинное имя становится известным, я сразу оказываюсь втянута в какие-то интриги, имеющие большой масштаб.
– Леди Милдред… или Аэрэлия? Как лучше вас называть?
– Зовите как раньше… я и сама более привычна к этому имени, чем к истинному.
– Ложь, если её упорно повторять, становится более реалистичной, чем правда. – я понимающе кивнула. – Так почему же вы открылись мне, леди Милдред?
– Потому что вы не так хорошо скрываетесь, как мы, миледи. Вашу силу трудно не узнать, особенно при близком знакомстве.