Страница 60 из 69
Позади остались жаркие споры, крики, свара и почти что драка, когда дядька и впрямь чуть не полез на огрызнувшегося особо едко колдуна. Не помогли и умные разглагольствования. Ни к чему не привели в сотый раз повторенные действа, что позади остались. В надежде выискать какую лазейку, припомнить, может, что упущено было, да только куда там. Уж коль даже Ханур, странный чаклун, что и про прошлые обряды до раскола знал, и пути в Пограничье, и явно еще немало скрывал, и тот сидел понуро, то что уж говорить. Дело и впрямь было дрянь.
Дядька было выдвинул мысль, а не завел ли их подлый чернец в западню, дабы сгубить, но юноша разом отсек ее, заявив, что коль хотел бы сгубить, то сам бы в прореху и не лез, да оставил тут дураков и всех делов. Бирюк недовольно поворчал, но с доводом согласился.
Теперь же все трое сидели кругом, понуро опустив головы и размышляя.
Вдруг Отер вскинулся и треснул себя ладонью по лбу так сильно и звонко, что даже туман, что медленно подбирался к путникам, в испуге отпрянул:
— Дядька! Дядюньчик! — Он заплясал вокруг пестуна и колдуна, поднимая в воздух целый ворох сухих иголок. — Как же я забыл! Ты же сам говорил?
Бирюк недоуменно хмыкнул и непонимающе воззрился на парня. Его примеру последовал и Ханур.
Молодец подскочил к ним и жарко затараторил:
— Дядька! Сам же говорил! Тогда, в чаще. Когда от Блуда уходили!
Парень хлопнул себя по одеждам в области живота и хохотнул, удивляясь несмышлености остальных:
— Яйцо! Ну же! Как сейчас помню ж — твои слова.
Он резко выпрямился и забасил, явно пытаясь подражать образу бирюка:
Говорила знахарка-матушка да все загадками. Три раза яичко пособит. Куда надо доведет, когда надо — выручит, откуда надо вытащит…
— К-какое яйцо? Ты что несешь, Отер, сын купца Вала? — совершенно растерянный Ханур переводил взгляд на гогочущего молодца и на начавшего вдруг тоже щериться дядьку.
А после и вовсе захотел спрятаться за ближайшую сосну, когда бирюк тоже вскочил и заскакал, следуя примеру юнца. Седина в бороду.
Когда же оба спутника колдуна чуть успокоились, то кинулись они к нему. Юноша полез за пазуху с глупым хихиканьем и позже выудил наружу ладонь с чем-то. Колдун подался вперед и с удивлением рассмотрел на раскрытой руке небольшое яйцо.
— Вот, колдун. Глянь-поглянь на подарочек. Это яичко нас уж раз выручало, может и теперь сгодится. «Куда надо — доведет! Когда надо — выручит. Откуда надо — вытащит!» Смекаешь? Тогда от Блуда к Избаве вытянуло, за уши. Чудом ушли. Нынче тоже сладиться может.
— Верно ты припомнил, — скупо усмехнулся бирюк и с одобрением хлопнул по плечу парня. — Сладится!
Колдун не сводил взгляд с тусклого кругляша, теребил бороду и бормотал себе под нос:
— Не прост ты, Отер, сын Вала. Ох, непрост. — он поднял взгляд на спутников и кивнул. — Может и выйдет толк с затеи.
Вскоре, когда дядька и Отер унеслись вперед, следуя за ожившим и укатившимся куда-то в туман яйцом, Ханур на миг задержался на опустевшей полянке.
Он все также нещадно теребил бороду, которая вот-вот готова была пойти клочками.
— Не так прост… — повторял он, будто наговор читал.
— В чем тайна его вызнать надо! Где силу взял. Сгодиться может, — вкрадчиво шепнул на ухо Тот, То Знает.
Ханур кивнул и пробормотал:
— Не так прост… Или же… — Он покосился через плечо и процедил: — Или же дуракам везет.
Тот, Кто Знает ответил что-то неразборчивое, но колдун уже спешил следом за спутниками.
Не хватало еще в Пограничье затеряться.