Страница 42 из 127
12
Мероприятие было забавным.
Это именно то слово, которое крутилось в моей голове.
За-ба-в-но.
Маленькие пироженки, миниатюрные чашечки на таких же блюдечках, кружевные салфетки… Всё было таким кукольным, что я в этой обстановке казалась самой себе просто бомжом, завалившимся погреться, и меня почему-то приняли за свою.
Но своей я всё равно не стала.
Взгляды девчонок, время от времени прицельно направленные в мою сторону, то и дело как бы спрашивали, что я оставила в этом царстве истинных леди, и вообще, почему это они — все такие аристократичные и породистые должны дышать одним воздухом со мной? Других иномирянок, помимо меня тут не имелось, к счастью или печали, и всё недовольство мира выливалось именно на меня. А мне ведь с этими охотницами за главным достоянием империи ещё надо научиться как-то сосуществовать…
Элеонора Сильвери, она же вдовствующая императрица, она же вершительница судеб, они же мать драконов, вернее, одного конкретного и бабушка другого, сидела по центру, а за её спиной возвышалось два бравых молодца — тоже ящеры, судя по изредка проступающей на лицах чешуе. Охранники не отходили от своей госпожи, а девушки изредка посматривали на них, стараясь долго не задерживать внимание — они всё же пришли за рыбкой покрупнее, и такой интерес мог им ещё аукнуться.
— Мы с вами будем часто видеться, — обрадовала драконица, уже давшая нам понять, что знает всех поимённо и вообще, нет ничего, что мы могли бы от неё скрыть. — Несколько месяцев до конца года вы проведёте здесь, и только одна удостоится чести стать невестой моего внука.
Должна сказать, честь весьма сомнительная, но попробуй я заикнуться об этом — и, боюсь, никакого отбора не будет. Меня просто сразу отдадут принцу, чтобы сам разбирался с такой претенденткой на его сердце и другие органы, однако, даже понимая, что всё это мероприятие — один сплошной фарс, я так до конца и не смогла убедить себя в его театральности. Всё казалось слишком реальным. Эта комната, прозванная «Цветочной», эта улыбчивая женщина, прячущая свои замыслы под образом идеальной хозяйки, и эти девицы, старательно делающие вид, что не собираются подстроить мне сюрприз.
А оттого и предчувствие беды казалось почти осязаемым.
В такой чудесной компании я даже не заметила, как пролетело время за обсуждением дальнейших планов, и едва не рванула с места первая, как только драконица объявила, что посиделки на сегодня закончены.
— Что ж, вы можете осмотреться, если хотите, — великодушно позволила она. — Отныне дворец станет для вас вторым домом, и мне бы очень хотелось, чтобы таковым вы его и считали.
Ну да, ну да… Это место такое гостеприимное, что даже маньяк запросто будет чувствовать себя здесь, как у себя в логове.
— Идите, — махнула рукой женщина, задерживая свой цепкий взгляд на каждой и словно уже заранее знала, кто и как будет себя вести. Лишь я оставалась для неё тёмной лошадкой, но ей это, похоже, даже нравилось. — Прогуляйтесь, пока ваш ректор заканчивает дела, а завтра увидимся с вами снова.
Тут я уже не выдержала и первая под шумок вырвалась за пределы этого девичьего царства, очень своевременно покинув дам. Своевременно, поскольку едва завернула за угол, услышала звуки открывшейся охоты на самое слабое звено в этой цепи.
— Где эта дрянь? — совсем рядом прошипела, кажется, дочь какого-то министра — я не особо запоминала, насколько важные мне достались соперницы.
— Я видела, как она сюда пошла! — добавила её соседка, с которой они внезапно сдружились, сидя рядом во время чаепития и стреляя глазами в охранников. Общий враг сближает. — Далеко уйти не могла.
Какое же опасное это дело — выживать среди женщин! Наверное, поэтому у меня никогда не было подруг…
Обнаружить меня могли в любую секунду, и приближающийся звук каблуков отдавался в ушах вместе с всё возрастающим пульсом. Не то чтобы я испугалась парочки папенькиных дочек, решивших показать иномирянке её место, но я тоже была дочерью своего отца, а он всегда говорил, чтобы в первую очередь берегла свои нервы и не ввязывалась в сомнительные разборки. В кои-то веки рефлексы сыграли на опережение, а ноги заработали в скоростном режиме, унося их хозяйку прочь.
Правда, как только меня схватили за руку, резко увлекая в одну из ниш, я была уже настолько на взводе, что напрочь забыла обо всём, готовая врезать обидчице, не глядя, однако девушка точно не стала бы прижимать меня к стене, прислоняясь своим телом — это было бы, как минимум странно, как максимум — интересно. А тело-то мощное и очень знакомое…
Стоило поднять взгляд, и я тут же пожалела об этом, попав в плен звериных глах, полностью парализованная этими двумя светящимися огнями. Мимо стремительно промчались мои преследовательницы, и ард Сильвери прижался ко мне ещё теснее, почти выдавливая воздух из моих лёгких, пока фурии не удалились.
Переждав так опасный момент, дракон всё-таки отстранился, позволяя мне дышать, хотя, не отошёл, а потом как ни в чём не бывало, сказал:
— Ну же, Аделина, хотя бы улыбнись своему принцу в уплату за спасение. Разве так ведут себя влюблённые девушки?
Ого, у кого-то проснулась врождённая наглость?
— Вы не мой, и попрошу не делать на этом акцент, — упрямо глядя ему в глаза, произнесла я, чувствуя, что со мной начинает происходить что-то не то, чем дольше я это делаю.
— А придётся заставить остальных поверить в обратное, — почти жестоко улыбнулся мужчина, и я не смогла бы с уверенностью сказать, что он не получал удовольствие от ситуации. — Тебе предстоит вести себя так, словно от победы зависит твоя жизнь! — совершенно серьёзно заявил он, убирая пальцами прядь моих волос за ухо. — И знаешь, не будь так категорична. Возможно, вскоре ты сама захочешь этого.
Его руки, державшие мою талию в замке, вдруг сместились ниже, а у меня в голове, итак гудящей после безумной чайной вечеринки, сами собой начали всплывать заповеди, и «не убий» была самой громкой. А вот с телом творилось неладное. Я словно разделилась на две части, и если мысленно расчленяла принца, то вот конечности как-то подозрительно быстро обмякали, позволяя магистру трогать меня слишком уж откровенно.
Неужели это он специально на меня так воздействует?
— Тц, надо внести запрет на брюки для студенток, — посетовал ард, нисколько не стесняясь своих действий. — Слишком большое искушение.