До последней строки

— О чем ты говоришь? — я крепко обнимаю его. — Я останусь с тобой. Книги можно писать где угодно! И вообще заниматься тем, что мне нравится. В финансовом плане я давно обеспечиваю себя, и только мне решать, с кем и где быть.

— Детка, со мной тебе не нужно думать об этом. — шепчет Эван и, избавившись от тяжкого груза, нежно целует меня.

Спустя несколько минут непрерывных ласк, я спрашиваю.

— Только что делать с ними?

— Решим. Там они не смогут просто так размахивать пушками, — любимый проверяет мой ремень безопасности и запускает мотор. — Пора отдохнуть от всего этого безумия.

Пока мы плывем в акватории порта, Эван осторожно ведет катер, но, оказавшись в заливе, уверенно прибавляет скорость и начинает гонки с ветром.

Какое-то время я смотрю за происходящим из кабины, но эта свобода так привлекает меня, что я прошу его притормозить, чтобы полюбоваться океаном с заднего сидения.

Так лучше! Теперь ничто не напоминает мне о цепях, которые упрямо тянули меня домой, и я потихоньку избавляюсь от всего, что хоть немного напоминает мне об этом.

Попав в поток соленого бриза, я распускаю волосы и подставляю лицо под прохладные брызги. Теплые лучи играют в гранях прохладных капель и окончательно избавляют меня от мрачных мыслей, как и взгляд Эвана, вскользь наблюдающего за мной со стороны.

Мне кажется, что сейчас наше сердцебиение становится единым и сливается с шелестом воды под ревущим мотором. А следом приходит понимание, что мне больше ничего не нужно!

Только он и я, и целый мир впереди!

Внезапно Эван кричит мне: “Держись” и направляет катер к одной из высоких волн, я же вскрикивают от восторга, когда ее гребень подбрасывает нас и отпускает, на миг вызывая ощущение полета. Он делает так несколько раз, прежде чем отправиться дальше, и вскоре на горизонте появляется узкая полоса из белоснежного песка.

Это место похоже на кусочек рая! Вода вокруг отмели очень чистая и светится, как сотня бриллиантов, и только синеющие волны неподалеку напоминают о том, что нас окружает океан.

Эван замедляет ход судна и спрашивает:

— Хочешь поплавать здесь?

— Очень! — отвечаю я и дожидаюсь полной остановки, чтобы раздеться.

— Я помогу тебе, — загадочно произносит любимый, приближаясь ко мне.

— Не догола, надеюсь, — я прикусываю губы при виде его хитрого взгляда.

От Эвана можно ожидать чего угодно, но он еще не догадывается, что я задумала сейчас!

— Если бы не надсмотрщики, то мы плескались бы голышом, — шепчет на ухо он, положив руки мне на бедра. — А пока придется довольствоваться тем, что есть.

— Вы надолго? — резко доносится из рации.

— Видишь? — улыбается он и отвечает: — На полчаса.

Катер охраны останавливается впереди нас на расстоянии пятидесяти ярдов, и я намерена использовать эту возможность показать Эвану, что не только он способен удивлять.

Мне трудно забыть то, что было: упеки Вив, разговор с папашей Джоном, смерть Луиса, опасность и полное непонимание, что Нокс выкинет дальше.

Это чертово напряжение так достало меня, что я начинаю превращаться в угрюмого монстра, и точно знаю, что мне нужно, чтобы расслабиться.

Только не могу сделать этого!

Как назло, Вив стоит передо мной такая мокрая и раскрепощенная, что я еле сдерживаюсь от нового нападения, а руки так и тянутся сорвать с нее одежду.

К счастью, накануне я получил мощную прививку от безрассудного секса, и единственное, что я сейчас могу себе позволить — это ощущение ее тела в океанских волнах.

Зачем я сказал, что помогу Вив раздеться? Теперь придется давиться слюной и вспоминать все самые хреновые моменты в жизни, чтобы не сорваться! Хотя мне хватает и нынешних, но есть проблема — это тоже не срабатывает!

Адреналин снова будоражит голову и заставляет искать возможности для выплеска. И если раньше я находил его в экстриме, драках и развратных телках, то сейчас мне поможет только ампутация, ведь рядом с Вив все это мне не нужно.

Я не рискую раздеваться при ней, чтобы не выдать стоящий колом член, поэтому кладу флешку в потайной карман сумки, и иду как есть. Вив терпеливо ждет меня у сидений и вздрагивает, когда я дерзко забираюсь под ее сексуальные шорты большими пальцами. Я же дожидаюсь, пока мурашки не захватывают все ее тело, а после обостряю ощущения легкими поглаживаниями вдоль пояса.

Я очень хочу подразнить принцессу и пробудить ее бурную фантазию, но не из мести, а для понимания, что физическая близость — естественный процесс, и его незачем ограничивать.

Продолжаю невинные ласки и временами останавливаюсь, чтобы уловить направление ее мыслей, но Вив, похоже, не думает ни о чем, кроме секса. Она едва стоит на ногах, глубоко дышит и ждет очередного шага, а я все медлю, и тогда моя крошка неожиданно берет все в свои руки и моими пальцами расстегивает пуговицу.

Черт! Она сущее пламя! Но что это: желание или провокация? Вдруг она проверяет меня, а после подумает, что мне нужно только одно! Я не могу вот так все испортить, потому что вижу в ней не только сексуальный объект, а любимую женщину. Нужно держаться!

Пока я думаю, Вив остается в милых белых трусиках, и тут-то я понимаю, что мне конец, поэтому делаю шаг назад и прыгаю с катера, чтобы охладиться. А заодно снять шмотки и перебросить их через поручень.

Теперь ничто не стесняет движений, а холодная вода немного остужает мой звериный пыл.

— Ты идешь? — спрашиваю я, нарезая круги вокруг судна.

— Да, сейчас, — кричит она, но минуты тянутся, а Вив все не выходит.

Чтобы дать ей еще немного времени, я делаю очередной круг, но потом все же устремляюсь к поручню и застываю, стараясь не потерять отвисшую челюсть.

Моя сногсшибательная крошка все же решилась поиграть во взрослые игры и спускается ко мне в чертовой сеточке поверх голой груди, а внизу выглядывают те самые трусики, которые я готов сорвать зубами!

Грубая ткань ее накидки теребит соски при каждом движении, вызывая во мне дикое желание укусить их. Но это ничто, в сравнении с тем, что я вижу, когда она окунается в прохладную воду!

Ее кожа снова покрывается мурашками, капли бессовестно бегут по телу и волосам, а трусики уже крутятся в ее руке и отправляются вслед за моими шмотками.

Я умер или раньше времени попал в рай?