Страница 37 из 98
Как же тяжело чувствовать ее слезы на коже.. Они обижают меня, как кислота, и все время возвращают в момент, когда я сказал ей: “Прощай!”. А теперь вернулся, и даже после всего она не гонит меня, а постоянно повторяет мое имя, чтобы убедиться, что это все не сон.
— Не плачь, я здесь, — говорю я, не зная, что еще могу сделать в этой ситуации, а Вив наконец приходит в себя, но вместо поцелуя резко отскакивает.
— Как ты прошел мимо Мэта? — громко спрашивает она, запахнув халат. — И что это за кровь на футболке? Что с руками?
Я встаю и, убрав руки в карманы, чтобы не смущать ее, спокойно отвечаю:
— Спроси еще громче, и этот бугай с чистой совестью пристрелит меня.
— Что? — не понимает она.
— Это плата за вход сюда, — шучу я, но вижу, что Вив напрягается еще больше, и продолжаю: — Таков уговор. Если ты будешь кричать, то они прострелят мне башку. Так что у тебя есть шанс отомстить мне.
Это точно не то, что нужно ей. После моих слов она отходит к окну, но сразу же начинает говорить тише.
— Чья это кровь? — спрашивает она, отвернувшись.
— Эймса и еще парочки дружков. Он сболтнул лишнего, а те просто попали под руку. Давно нужно было сделать это, — я щурюсь от боли в шее. — Пройти сюда мне помог Луис.
— Зачем ты пришел?
Я не хочу кричать об этом на всю комнату, тем более что такие признания нужно говорить глаза в глаза, но, как только обхожу кровать и приближаюсь к Вивьен, она вырывается и отходит еще дальше.
— Ладно. Я здесь, чтобы попросить прощения, — говорю я и пытаюсь подобрать слова, но все, что на душе, само вываливается на поверхность: — Я не воспринимал наш роман всерьез, ведь все начиналось как игра..
Она продолжает смотреть в окно, и это режет меня, как перочинный нож.
— Да. Такие игры только для взрослых, но я нарушила договор и подумала..
— Я тоже думал, что я мастер в таких играх. Только для меня она закончилась не начавшись.
На секунду Вив поворачивает голову, но не верит мне, поэтому продолжает вести себя очень холодно.
— Эван, это плохая идея.. — протягивает она.
Мне надоело говорить со спиной! Она должна видеть и чувствовать, что я всегда рядом.
Я резко подхожу, чтобы Вив не успела сбежать, и крепко прижимаю ее к себе. Сначала она сопротивляется и отводит взгляд, но быстро понимает, что я не шучу, и наконец смотрит мне в глаза.
— Тебе ведь так же плохо, как и мне. Я вижу. Просто.. ты можешь показывать чувства, а я всю жизнь пытаюсь победить их. Но уже сутки ничего не могу сделать с атомными взрывами в башке.
— И чего ты хочешь? — вскрикивает она, но вспоминает о моем договоре с охраной и говорит спокойнее: — Продолжить то, что закончится через два дня?
Склоняюсь к ее лицу, обжигаясь ее частым дыханием, и на ухо прошу так честно и открыто, как только могу:
— Будь моей, Вив. Только моей. И я клянусь, все это не повторится. Мы проведем эти дни вместе, а потом уедем подальше отсюда. Я завяжу с вечеринками, начну новый бизнес, налажу отношения с твоим отцом..
— Эван, — протягивает она и снова отворачивается.
— Я не отдам тебя ни одному холеному ублюдку. Слышишь? — предупреждаю я, покрывая ее лицо поцелуями. — Никто больше не коснется тебя и даже не подойдет, потому что я буду рядом. Я всегда буду рядом..
Вижу, что мое признание трогает ее за душу и развеивает напряжение, витающее в воздухе, но она все равно сопротивляется и старается сменить тему.
— Тебе нужно обработать руки, — говорит Вив, рассматривая ссадины и запекшуюся кровь на костяшках.
— К черту их! — вспыхиваю я и прошу: — Скажи, что ты чувствуешь, Вив. Просто скажи..
— Я думаю.. что совсем не знаю человека, с которым была все это время, — честно отвечает она. — И нам придется начать все заново. Научиться говорить правду и доверять. Только так.
— Ты права. Мы начали не с того, — соглашаюсь и отпускаю ее. — Прошу только об одном. Не отстраняйся, как в этих слезливых романах. Мы уже перешли черту, когда можно было бы вернуться к утренним “смс” за кофе и разговорам о детстве. Сделав три шага вперед, нельзя отступить на два и сказать, что все в порядке. Так что, если ты ждешь, что мы как школьники будет прятаться друг от друга — ошибаешься.
— И как же это будет?
— Мы как взрослые люди продолжим с того места, откуда начали. Без обид и истерик. Здесь и сейчас. Поверь, у меня тоже в голове бардак и меня изводили такие же сомнения, но пора остановиться и просто довериться друг другу. А еще прекратить врать.
— Что ты хочешь услышать? — спрашивает она, и ее голос опять начинает дрожать.
— Правду. Мы влюблены друг в друга до чертиков! И я готов к этому. А ты?
— Не знаю, — врет она, явно, чтобы помучить меня.
— Хорошо. Я не буду давить. В любом случае, я знаю ответ, и завтра мы отправимся на Косту, — предупреждаю и включаю прикроватную лампу, чтобы прекратить говорить в темноте. — У меня есть дело там.
— Что за дело? — интересуется она, стараясь прикрыть волосами покрасневшие от слез щеки.
Я говорю еще строже, чтобы сразу оборвать любые расспросы об этом:
— Тебе не нужно знать. Оно касается только нас с Джоном. Кстати. Я снял соседний номер, если ты захочешь, чтобы я ушел.
— Нет, — тихо отвечает Вив, берет меня за руки и ведет в ванную, постоянно спрашивая не больно ли мне.
Это выглядит очень мило. Никто никогда не заботился обо мне с такой нежностью, как это делает она.
— Прими душ, а потом я обработаю руки. У меня есть аптечка с собой.
— Как скажешь, — соглашаюсь я, расслабившись, но не проходит и минуты, как меня простреливает острое напряжение.
Оно появляется, когда Вив стягивает с меня футболку, чтобы помочь.
Боже, как же я хочу ее! Особенно, когда знаю, чтоб под этим тонким халатом ничего нет. Еще немного и меня разорвет, но нужно держаться! Прямо сейчас не время для этого. Пока не время.
— А что с твоей одеждой?
— Есть немного в машине. Этой уже не помочь, — отвечаю и выбрасываю футболку в ведро, заметив там набор для душа и второй халат.
— А в чем ты будешь сейчас? — стеснительно спрашивает она.
— Сейчас мне хватит одного полотенца, — говорю и медленно снимаю штаны вместе с боксерами.
И, конечно, твердый, как скала, член, сразу же выдает мое дикое возбуждение.
К ее щекам приливает кровь. Вив старается не показывать желание, которое растекается по ней, как капли по обнаженному телу, но я не хочу опять все испортить и уверенно захожу в душ. А она бросает на меня растерянный взгляд и быстро выходит.
Нет, детка. Теперь ты со мной, а значит, я сделаю все, чтоб ты запомнила эту ночь.