Страница 32 из 62
19. Время на исходе
Мы вжимаемся в холодную кирпичную кладку. Я перестаю дышать, Нора судорожно сжимает мою руку.
Голос Эдрика Пирса разносится по сырому коридору: спокойный, деловой и от этого еще более жуткий.
— Подготовка завершена, — говорит он своему собеседнику. — Через два дня состоится церемония восстановления защитного купола. Там соберется вся Академия: студенты, магистры, представители Сальватора. Идеальный момент для нашего триумфа.
— А если что-то пойдет не так, господин? — с сомнением спрашивает боевик. — Если вмешаются гвардейцы Кейрана? Нас ведь начнут искать.
Эдрик тихо, снисходительно смеется.
— Пусть ищут. У нас уже есть идеальный подозреваемый. Если кто-то выживет и начнется расследование, они найдут только стабилизатор, который сделала Блум, — с садистским удовольствием заканчивает Пирс. — Ее легко будет выставить как продолжательницу дела Рихтера.
Меня начинает трясти.
Из меня лепят настоящего монстра. Они не просто хотят использовать мои знания, они хотят повесить на меня массовую бойню!
Но этот эгоистичный страх полностью сметает другая, куда более страшная мысль.
Каэл.
Если Эдрик планирует атаку через два дня, значит, он не оставит Каэла в покое. Его превратят в кровожадное чудовище.
— Нет! — одними губами шепчу я, чувствуя как злость выжигает панику.
Я поворачиваюсь к Норе. В полутьме ее глаза кажутся огромными.
— Мы идем за ним, — решительно шепчу я ей. — Прямо сейчас.
Нора коротко кивает.
Мы осторожно пробираемся к залу. Она почти пуста. Эдрик и большинство его цепных псов куда-то ушли.
В центре тускло освещенного зала осталась лишь тяжелая ритуальная рама, на которой распят Каэл.
У меня перехватывает дыхание, а на глаза наворачиваются слезы.
Он выглядит жутко. Черные жилы пульсируют на его мощной шее, драконья чешуя проступает сквозь смуглую кожу. Он тяжело дышит, его глаза прикрыты.
Рядом с рамой стоит Тесса.
Над ней нависает единственный оставшийся в зале охранник — здоровый, боевик Эдрика.
— Давай быстрее, целительница, — грубо рыкает он, толкая Тессу в спину. — Вливай в него эту дрянь.
Руки Тессы трясутся так сильно, что она едва может удержать стеклянный шприц. Она набирает в него густую темную жидкость.
Не знаю что это такое, но чувствую, что если она вколет это Каэлу сейчас, то он отключится окончательно.
Я не могу этого позволить.
Я лихорадочно шарю рукой по пыльному полу и нащупываю небольшой кусок отколовшейся штукатурки.
Сердце колотится где-то в горле.
Я прицеливаюсь и, молясь всем богам, чтобы бросок был точным, швыряю камень в зал.
Щелк.
Камешек звонко отскакивает от металлического подноса с инструментами, стоящего прямо перед Тессой.
Охранник дергается, озираясь по сторонам, но в тусклом свете не видит ничего подозрительного.
— Крысы, — презрительно сплевывает он. — Коли, я сказал!
Но Тесса замирает. Она осторожно поворачивает голву в проход и… наши взгляды встречаются.
Я вижу, как она вздрагивает, как в ее расширенных от ужаса глазах внезапно вспыхивает отчаянная надежда. Она видит меня и Нору.
Увидев, что она меня заметила, я яростно мотаю головой и беззвучно произношу один-единственный приказ:
Не вводи это!
Тесса замирает. В ее взгляде бьется животный страх, но она плотно сжимает губы, собирает всю свою волю в кулак и твердо кивает.
А потом… роняет стеклянную ампулу с препаратом на пол.
Раздается звонкий треск. Ампула разлетается вдребезги.
— Ты что творишь, криворукая дрянь?! — рявкает охранник, злобно нависая над ней.
— П-простите! Я случайно, у меня руки дрожат! — Тесса сжимается в комочек, изображая панику, и судорожно опускается на колени, делая вид, что пытается собрать осколки.
— Я сейчас заменю… все в порядке…
Она суетится. что-то быстро кладет на поднос, что-то с него убирает и под шумок тайком набирает в шприц другую жидкость золотистой жидкостью.
Тесса вкалывает его в шею Каэла и вместо того чтобы обмякнуть, Каэл вдруг выгибается в раме так, что металл стонет.
Из его груди вырывается оглушительный рев раненого зверя. Черная, непроглядная пелена в его глазах исчезает, к Каэлу возвращается его осознанный взгляд.
Охранник отшатывается, с ужасом глядя на взбешенного дракона, а затем с яростью оборачивается к целительнице.
— Ах ты дрянь!
Он замахивается, чтобы ударить Тессу, но я уже не прячусь.
— Давай! — кричу я Норе.
Мы вдвоем врываемся прямо в зал. Охранник резко разворачивается на шум, но Нора оказывается быстрее. Она выхватывает из прически длинную заколку-накопитель и с размаху всаживает ее в сочленение доспехов боевика.
Вспышка синего света, треск магического разряда — и огромный амбал с глухим стуком валится на пол, дергаясь в судорогах.
Я даже не смотрю на него.
Я бросаюсь к ритуальной раме, падая на колени перед Каэлом. Мои руки дрожат, когда я касаюсь его горячей, покрытой испариной груди, прямо под тем местом, где раскалился мой артефакт.
— Каэл! — я всхлипываю, глядя в его измученное лицо. — Держись, я сейчас... я сниму это!
Я вцепляюсь побелевшими пальцами в края стабилизатора, пытаясь сорвать его, но Каэл хрипло выдыхает, останавливая меня.
— Уходи, Мира, — его голос звучит страшно, как скрежет камня. Мышцы на его шее вздуты от нечеловеческого напряжения. — Забирай девченок и беги к Архимагу. Я сейчас сорвусь.
— Нет! — мои глаза застилают слезы, я мотаю головой. — Я без тебя никуда не пойду! Я сниму эту дрянь!
Каэл смотрит на меня с такой невыносимой обреченностью, что мое сердце разрывается на куски.
— Послушай меня! — рычит он. — Если ты снимешь стабилизатор, Черная Гниль сомнет меня за минуты! А если оставишь... я потеряю контроль! Поэтому, не спрь и уходи!
Эти слова бьют меня наотмашь, больнее любой пощечины.
Он прогоняет меня, потому что боится причинить мне вред.
— Не смей так говорить! Я тебя не брошу! — в отчаянии кричу я.
Я выхватываю из рук подбежавшей Норы тонкую заколку и склоняюсь над артефактом. Если я не могу его снять, я его сломаю изнутри.
Мои пальцы порхают над горячим металлом, царапая и выжигая нужные руны прямо на ходу.
Контур замыкается.
У меня получается!
Еще один штрих, и я освобожу его!
И в этот самый миг по залу разносится звук аплодисментов.
Хлоп. Хлоп. Хлоп.
Я вздрагиваю и замираю.