Страница 128 из 144
Этого не достичь за то короткое время, что у меня осталось с ними, но, возможно, однажды я узнаю.
Я была поглощена маленькими искорками надежды, от которых не могла избавиться, даже когда остальная часть меня ушла в себя и вернулась к реальности. Это была мечта – жить жизнью рок-звезды. Но это была не моя мечта.
Не мое будущее.
Больше нет.
В автобусе оказались только «Беллероуз», Том, Марк – наш водитель – и я. Остальных, как обычно, отправили в два других автобуса, и мы двинулись в путь намного быстрее, чем раньше. Через несколько минут мы были уже на пути в Нью-Йорк, и это был напряженный момент, поскольку все в гостиной хранили молчание и неподвижность. — Я, пожалуй, пойду прилягу, — наконец сказала я, желая избавиться от напряжения.
Прежде чем кто-либо успел ответить, я направилась в спальню – единственное место в этом автобусе, где можно было спрятаться. Казалось бы, это нормально – развалиться на части, но я не могла вызвать никаких подозрений относительно моих планов. По этой причине было лучше не появляться рядом с ними, насколько это возможно, пока мы не доберемся до города. Там они были бы уже заняты своим концертом, а я бы укрепила свои планы сбежать с площадки во время шоу. Это был мой лучший шанс – затеряться в толпе и знать, что Грейсон и Ретт были на сцене и не могли так же пристально следить за мной.
Это был момент, когда я хотела убежать и никогда не оглядываться назад.
Грейсон, без сомнения, разозлился бы. Ему явно не нравилось терять контроль над чем-либо. Ретту было бы
больно
, и этого было почти достаточно, чтобы заставить меня пересмотреть свое решение. В конечном счете, я бы предпочла, чтобы чувства Ретта были задеты, чем он был мертв. В этом нет вопросов.
Глубоко вздохнув, я запустила пальцы в карман в поисках клочка бумаги с номером телефона Анджело.
— Нет! — Я ахнула, когда мои пальцы не коснулись ничего, кроме ткани. — Нет, нет, нет! — Я резко выпрямилась, вывернув карман наизнанку, чтобы найти бумажку,
уверенн
ая
, что она просто была засунута в угол или что-то в этом роде. Но там не было ничего, кроме ворсинок.
Меня охватила тошнота, дыхание участилось, когда я проверила все остальные карманы. Однако бумаги нигде не было. Когда она была у меня в последний раз? В машине… прямо перед тем, как я убежала. Прямо перед тем, как Грейсон трахнул меня пальцами у стены переулка и заставил меня видеть гребаные звезды, когда он целовал меня.
Я уронила ее? Или он забрал ее? В любом случае, меня тошнит от беспокойства.
Что бы сделал Грейсон, если бы это было у него? Попытался бы он противостоять Анджело? Одно было чертовски точно, он не был обычной рок-звездой… если такое вообще существовало. Грейсон был загадкой и не новичком в насилии. Мне захотелось раскроить ему голову и понять, что сделало его таким, какой он есть. И выяснить, как, черт возьми, он оказался в «
Беллероуз»
.
Я плюхнулась обратно на кровать, в изнеможении проводя руками по лицу. Отсутствие номера Анджело ничего не меняло. Не совсем. Мне просто нужно было придумать, как либо попасть в поле зрения кого-то, кто мог бы сообщить семье Риччи, либо выяснить, как связаться с кем-то в их организации, чтобы сообщить им, что я больше не с «Беллероуз». Тогда они могли бы отвлечь свое внимание от известных музыкантов. Что обеспечило бы безопасность группы.
Дрожь страха пробежала по мне при мысли о встрече с Джованни Риччи. Он ненавидел меня подростком, когда мы с Анджело были влюблены друг в друга, так что я сомневалась, что с тех пор что-то сильно изменилось.
Кто-то тихо постучал в дверь, и я сделала глубокий вдох, прежде чем снова сесть. — Входи, — крикнула я, как будто это была
моя
комната или что-то в этом роде.
Ретт осторожно открыл дверь, одарив меня обнадеживающей улыбкой и помедлив в дверях. Один только вид его немного ослабил мое напряжение и страх, поэтому я поманила его поближе.
— Я хотел проведать тебя, — тихо признался он, закрывая за собой дверь. В изножье кровати было не так уж много места, поэтому я положила руку ему на талию, чтобы притянуть ближе.
Он дал мне то, что я хотела, забравшись на кровать и обхватив руками мою голову по обе стороны, когда я снова легла. Затем он прошелся мягкими поцелуями по моим губам, растворяя оставшуюся тревогу, все еще клубившуюся во мне.
— Грейсон сказал нам, что ты пыталась сбежать, — сказал он тихим голосом, и я застонала.
— Грейсон слишком много болтает для человека, который почти не разговаривает.
Ретт поцеловал меня глубже, заставляя все мое тело вспыхнуть от жара. — Он волновался, Торн. И это понятно. Ты бы действительно ушла?
Я ужасно не хотела лгать Ретту; он был ко мне только добр с того момента, как я столкнулась с ним возле клуба в Сиене той ночью. Он постоянно из кожи вон лез, чтобы защитить меня, даже после того, как узнал о моем прошлом с Джейсом. Я не могла отплатить ему ложью. Поэтому вместо этого я просто увиливала.
— Это, наверное, убило бы меня, если бы я это сделала, — прошептала я, затем обхватила рукой его затылок и притянула его лицо обратно к своему. Наше время вместе уходило так чертовски быстро; я хотела максимально использовать каждую чертову секунду. Если Джейс не сможет с этим справиться… его проблемы.
— Ретт, мне нужно почувствовать тебя внутри себя.
Он поколебался мгновение, но
только
мгновение.
На этот раз мы не скрывали, что делаем. И извращенная часть меня не могла перестать представлять Грейсона, сидящего там и слушающего нас. Это его заводило? Или разозлило? Оба варианта понравились мне больше, чем я хотела признать.