Страница 49 из 58
– Благодарю, госпожа, – поклонился смертник.
– Еще есть проблемы?
– Госпожа, могу я приехать в лагерь? – осмелился задать вопрос Крэг.
– Нет! – черничный здоровяк чуть не подпрыгнул от рыка жены. Впервые за совместную жизнь она повысила на него голос. – Лагерь предназначен для проживания и тренировки мужчин старше тридцати лет, не состоящих в браке и не имеющих детей. Впрочем, ты сможешь сюда переехать, если расторгнешь брак. Разведенные в лагерь также допускаются. Я так понимаю, ты хочешь оформить развод и бросить меня?
– Нет, госпожа. Умоляю, не делайте этого, – брюнет в ужасе отшатнулся от браслета.
– Чарли, на закате ты должен вернуться в лагерь, а пока можешь пойти и утешить Макса.
– Благодарю за милость, госпожа, – произнес Чарли, и благодетельница оборвала связь. – Такого подтверждения тебе достаточно?
– Вполне, – рассеяно ответил Крэг, убитый наповал отказом жены. – Хоть живи с рыжим. Меня это больше не касается.
Чарли хмыкнул и захлопнул за собой дверь.
Крэг вызвал флаер и отправился в город. Упоминание о расторжении брака и нежелание госпожи с ним встречаться, побудили раба искать совета у высших сил. Войдя в храм, он отдал жрице сорванные возле дома лесные цветы и распростерся на холодном полу перед статуей Великой Богини. С высоты пьедестала на него взирала красивая женщина средних лет в длинном до пят платье, украшенном цветами мальвы, любимого растения богини. Уткнувшись лбом в пол, чтобы не видеть осуждающего, как ему показалось, взгляда богини, Крэг шепотом признался в своем преступлении и замер в ожидании небесной кары. Однако молния почему–то его не поразила. Приподняв голову, он с трепетом оглядел молельный зал. Кроме статуи Великой Богини вдоль стен стояли изваяния двух ее дочерей: богинь войны и мира, и трех ее мужей: духов плодородия, мужской силы и смерти. В сумраке зала, освещенного множеством свечей, мужчине померещилось, что в богине войны он узнал свою жену. Отогнав наваждение, Крэг опустил голову и продолжил исповедь. До поздней ночи он замаливал свои грехи, умоляя Великую Богиню уберечь госпожу от последствий его грубости и послать ей легких родов. Для себя он ничего не просил, отлично понимая, что заслужил смерть.
Уезжая домой, он купил в лавке при храме переносной алтарь и установил его в своей комнате. Вешая одежду в шкаф, брюнет обнаружил, что полки, занимаемые вещами Вилли, пусты. Это обстоятельство окончательно подкосило и без того снедаемого чувством вины брутала. Он бросился на кровать и рыдал, пока не заснул.
22:00. 18.01.437. Кабинет Эйланы. «Лагерь Смертников»
Вечером Луи принес ужин в кабинет хозяйки, мастерски сервировал его на журнальном столике и опустился на пол возле ее кресла.
– Ты что-то хочешь спросить, Солнышко? – Эйлана подняла голову блондина за подбородок.
– Госпожа, вы простите Крэгу синяки на ваших ручках? – деликатно осведомился управляющий и сдал кулаки, умело сдерживая злость на Крэга. – Только прикажите, и я…
– Разумеется, нет. Я ничего не забываю, ни хорошее, ни плохое, Я наказываю его прямо сейчас, и весьма жестоко, – Эйлана усмехнулась и погладила управляющего по льняным волосам. – А ты, Солнышко, можешь позаботиться о моих синяках и охранять мой сон этой ночью. Подушку я тебе скину.
Довольный Луи припал губами к ее запястьям.
10:00. 19.01.437. Усадьба «Логово»
Утром Крэг спустился в прачечную, надеясь встретить там своего друга. Вилли обнаружился сортирующим белье возле стиральной машины. Увидев Крэга, юноша бросил розовую в цветочек простыню в корзину с цветным бельем и потянул шнурок на штанах.
– Здесь меня трахнешь или дашь загрузить машину, и поднимемся в комнату? – хмуро спросил он, вызывающе глядя на старшего друга.
– Ты вчера перебрался в другую комнату? – вопросом на вопрос ответил здоровяк.
– Меня осенило, что раз ты не делаешь различий между мной и другими парнями, значит, я для тебя больше ничего не значу, – горько вздохнул юноша. – Так, зачем мне оставаться в твоей комнате, если ты меня больше не любишь. Я поселился за гаремным залом, где живут все шкеты.
– Ты же знаешь, я был не в себе, – попытался оправдаться здоровяк, но Вилли сердито тряхнул челкой.
– Не в себе? Джонни в свой первый день в доме был не в себе, а ты просто отказался себя контролировать, – взорвался юноша. – Какого хера ты меня взял без смазки? Я же и так был не против секса.
– Прости меня, Вилли, – брюнет быстро пересек прачечную и бухнулся перед другом на колени. – Не бросай меня, пожалуйста. Я сделаю все, что ты скажешь, только прости меня.
– Госпожи нет, и ты теперь обо мне вспомнил? Почему, кстати, госпожа переехала жить в лагерь? Что ты с ней сделал?– Вилли отодвинулся от своего парня и пораженный страшной догадкой сел на стиральную машину. – Неужели ты и ее тоже…
– Нет. Госпожа вырубила меня раньше, чем я совершил то, на что ты намекаешь, – открестился Крэг и обнял ноги любимого. – Думаю, она уехала в лагерь, потому что не желает меня видеть. Кажется, я понял, какое наказание госпожа мне назначила.
– Ну и, какое? – заинтересовался юноша.
– Госпожа лишила меня счастья видеть и прикасаться к ней, – печально произнес Крэг. – Я считал, что наказание, назначенное госпожой на Гароне, самое страшное. Как я ошибался!
– Что ты собираешься делать?
– Не знаю. Госпожа строго запретила мне появляться в лагере. Живущие там парни по одному ее слову пристрелят меня, если приближусь к воротам, – Крэг печально вздохнул. – Не бросай меня, я не выживу твоей поддержки.
– Я подумаю над твоей просьбой, – ворчливо буркнул он. чем заслужил крепкие объятия Крэга.