Игры хаоса

— Не знает, — ответила за меня Луричева. — Расскажи.

— Не фотографировать объект. Не записывать голос. Аномальные свойства могут проявляться даже дистанционно. Ни в коем случае не открывать камеру. Запах объекта особенно опасен.

— Запомнил, — улыбнулась Луричева. — Страшно?

Я поморщился и в глазах охранника уловил что-то вроде понимания. Похоже, моя спутница его бесила не меньше, чем меня.

— Идём, — со скрытым раздражением сказал он и двинулся по коридору.

Лаборатория была обставлена по последнему слову техники. Металлический пол, яркая подсветка, куча камер повсюду и устройств неясного назначения. При этом нашлось место и для украшений — было достаточно много декоративной растительности.

Мы миновали ещё одну дверь, которая сама открылась при нашем появлении. Дальше за толстым стеклом был широкий полупустой кабинет, в котором трудились мужчина и женщина в белых халатах над каким-то сложным устройством. По другую сторону — пост охраны. Люди в чёрной спецовке с нагрудником. У всех логотипы организации.

При виде нашего спутника они вытянулись по струнке и отдали честь.

— Предъявите уровень допуска, — тем не менее сказал его напарник.

— Мне не надо. Дальше они сами, — сказал наш проводник и кивнул на Луричеву.

При виде её настроение у охраны тоже слегка подпортилось. Но они приняли наши с ней пропуска и скрылись с ними внутри комнаты минут на пять. Всё это время мы были вынуждены слушать насвистывания Ани.

Наконец, мужчина в чёрном вышел из комнаты и протянул нам наши пропуска обратно.

— Всё в порядке, они могут идти.

— Назад сам их проводишь, — отдал приказ наш спутник и с явным облегчением пошёл назад, на улицу.

Темноволосый мускулистый мужчина в спецовке мрачно посмотрел на меня, но ничего не сказал и направился к следующей двери. Ещё одним массивным гермовратам.

Так мы прошли через ещё один коридор, на этот раз более длинный и поворачивающий налево, где нас встретили новые врата. Там мужик в спецовке приложил пропуск к считывающему устройству под бдительным надзором камеры и отошёл в сторону.

На этот раз потребовалось и нам с Луричевой проделать то же самое со своими пропусками, и лишь после этого створка начала отъезжать в сторону.

— Жду вас здесь, — сказал он и отошёл в сторону.

Луричева вошла внутрь, и я последовал за ней. Всё происходящее нравилось мне всё меньше, но с другой стороны сложности говорили о том, что способность у здешнего бывшего стирателя тоже непростая.

— Зачем такие предосторожности? — спросил я, когда дверь за нами закрылась.

— Сам у неё спросишь, — ответила Луричева. — Некоторым нравится играть странные роли. Каждый сам выбирает для себя клетку.

— Сам? Хочешь сказать, она по своей воле здесь сидит?

— Именно так. Кто-то живёт в старом особняке ведьмы, кто-то прячется на кладбище, а кто-то создаёт целую лабораторию, чтобы сдерживать свою силу.

— То есть лаборатория — её эхо? — ещё больше удивился я.

— Ага. Она очень боится, что её навык сломает кому-нибудь жизнь.

— И многим уже сломала?

— Говорит, бывали случаи. Я свечку не держала, если что.

— И такое существо согласилось передать часть этой силы мне?

— Вот видишь, как много от меня пользы, с какими интересными тебя свожу людьми, — улыбнулась Луричева, и что-то в её улыбке мне сильно не понравилось.

— Если это очередной обман, я успею тебя убить первой.

— Угу. Добро пожаловать, — она коснулась пропуском очередной панели и последняя гермодверь перед нами разъехалась, являя большое помещение лаборатории со смотровым экраном, за которым, угадывался темнеющий женский силуэт. — Йоу, Альфрида! Как жизнь?